Об источниках экономического роста

Мы публикуем тезисы доклада Алексея Кудрина «Об источниках экономического роста (в перспективе до 2025 г.)», представленного на заседании президиума Экономического совета 25 мая 2016 года.

Экономика России проходит сложный период: темпы экономического роста замедлились и даже стали отрицательными, не ожидается возвращения к высоким темпам роста, присущим докризисному периоду, и даже 4 % ВВП роста в год представляются труднодостижимыми. Без проведения структурных реформ темпы роста могут остаться в пределах 2% ВВП в среднем на длительный период, что будет означать стагнацию российской экономики. Доля России в мировом ВВП будет сокращаться, страна не будет привлекательной для инвестиций как внутренних, так и внешних.

Докризисную модель экономического роста можно условно назвать экономикой спроса: основным драйвером роста было его значительное расширение. Источниками роста были доходы от нефтегазового экспорта и обусловленный ими значительный подъем уровня жизни населения. В средней и долгосрочной перспективе эти ключевые факторы не будут существенными и не смогут поддерживать прежнюю динамику, даже если сырьевая конъюнктура улучшится. Наша экономика уперлась в структурные и институциональные ограничения еще при цене на нефть, превышающей 100 долларов за баррель: экономический рост стал снижаться после кризиса 2008-2009 годов.

Драйверами роста в будущем станут новые факторы. Будущую модель условно можно назвать экономикой предложения. На слайде 2 показаны ключевые актуальные ограничения экономического роста со стороны предложения. Именно преодоление этих ограничений сможет обеспечить темпы развития, превышающие 3% ВВП в год. Прежде всего – за счет увеличения конкурентных инвестиций и повышения производительности труда и капитала. Добиться этого, в свою очередь, можно через снижение издержек производства, технологический прогресс, стабилизацию финансового рынка при низких ставках, высокое качество государственного регулирования и защиту собственности. За ближайшие годы необходимо существенно сократить государственное участие в бизнесе и создать дополнительные условия для конкуренции.

По итогам 2015 года мы потеряли 3.7% реального ВВП, а оставшиеся 96% ВВП теперь по-другому оцениваются мировым рынком. Произошло снижение дохода российской экономики примерно на 14.1 % ВВП, - это наши потери в терминах потенциального потребления и сбережений.

На слайде 3 мы видим: до 2014 г. наблюдался тренд роста реального курса российского рубля, что было связано как с улучшением условий торговли, притоком капитала, так и с повышением производительности российской экономики. При росте зарплаты и одновременном укреплении рубля население могло позволить себе потреблять все больше и больше импортных товаров.

В результате ослабления рубля, российская экономика вернулась по реальному курсу на уровень 2004-2005 годов. Это создало конкурентные преимущества для российских товаров, но не привело к бурному росту производства и импортозамещению, как в 1998-1999 годах, - из-за большого количества ограничений, в первую очередь, действующих со стороны предложения.

На слайде 4 видно, что темпы роста, объясняемые вовлечением в производство труда, капитала и их производительностью, то есть, - структурные темпы роста, с середины нулевых годов снижаются и сейчас составляют менее 1% годовых.

На слайде 5 видно, что для того, чтобы структурный рост экономики достиг 4% без повышения производительности факторов, к 2019 году потребовались бы дополнительно 4.5 млн занятых и 40 трлн рублей инвестиций по отношению к прогнозу Минэкономразвития на эти годы.

Рост ВВП хотя бы в 2%, как предусматривается официальным прогнозом, - без дополнительных трудовых и капитальных ресурсов, а также роста производительности - требует рекордно высокой величины конъюнктурной составляющей. То есть, на рынке должны были бы сложиться самые оптимистичные ожидания в отношении будущего роста и отдачи инвестиций, что маловероятно.

Альтернативой наращиванию рабочей силы и инвестиций может быть только рост совокупной факторной производительности (слайд 6). В этом случае производительность труда и капитала должна расти почти на 4% в год. Это требует глубоких институциональных и структурных реформ. Таких преобразований в трехлетний период добиться очень трудно, поскольку их необходимо проводить шаг за шагом, но за более длительный период такой показатель достижим.

Необходимо принимать во внимание, что режим санкций снижает ВВП, по разным оценкам, на 0.8-1% ВВП в год. Кроме того, высокая неопределенность в части позиционирования России на мировых рынках и перспектив расширения участия в международной кооперации сдерживает новые инвестиции.

На слайде 7 видно, что объём вложений в НИОКР ведущими странами существенно превышает возможности России. Мир находится в начале четвёртой промышленной революции. За ближайшие 20 лет технологии существенно преобразуются. Россия не сможет в одиночку конкурировать с глобальной технологической кооперацией, но мы можем встроиться со своими новыми технологиями в мировые цепочки добавленной стоимости. Таможенные барьеры будут стираться с целью облегчить использование новейших достижений при производстве локальной новой продукции. Таможенные союзы облегчат распространение новых технологий. России нужно создавать союзы с высокотехнологическими зонами мира. Наша страна должна предложить миру такие товары, которые заместят и превзойдут по объёму доходы от нефти и газа.

Низкая доля расходов на исследования и разработки в ВВП в России связана с тем, что при государственных вложениях в НИОКР на уровне ведущих стран мира частный сектор инвестирует в три раза меньше государства. В развитых странах ситуация обратная - частный сектор вкладывает в три раза больше. Российские предприятия пока не связывают свою судьбу с инновациями, государственные программы инноваций пока не дали ожидаемых результатов. Нам нужно через развитие конкуренции и специальные программы стимулировать частные вложения в НИОКР.

Проиллюстрировать ситуацию, в которой мы оказались, может график инвестиций, которые, несмотря на номинальный рост, в реальных величинах замедляются (индекс ниже 100%) с 2013 года (слайд 8).

На слайде 9 видно, что быстрее всего сокращаются инвестиции из бюджетных средств. Другими словами, за последние несколько лет мы на уровне бюджетных решений «разменяли» инвестиции на текущее потребление, в том числе, - на рост зарплат. Тем не менее, и частных инвестиций недостаточно для повышения темпов роста до 4% ВВП. Важное обстоятельство состоит в том, что инвестиции должны быть более производительными и создавать новую эффективность экономики. Именно модернизация институтов должна обеспечить повышения качества инвестиций, их ориентирование на инновации.

На слайде 10 видно, что прямые иностранные инвестиции за последние годы снизились примерно с 75 до 5 млрд. долларов. При восстановлении их объема до прежнего уровня это даст дополнительно свыше 4 трлн. руб. инвестиций в год, причем, зачастую, связанных с новыми технологиями.

На слайде 11 мы видим, что по итогам 2015 г. величина срочных депозитов достигла 17% ВВП и превысила 90% от номинального объема инвестиций в основной капитал. Несмотря на то, что около половины прироста срочных депозитов за 2014-2015 гг. обусловлено переоценкой инвалютной компоненты, такого высокого отношения депозитов предприятий к инвестициям у нас не было никогда: в первой половине 2000-х годов отношение срочных депозитов к инвестициям не превышало 20%, а в период 2011-2013 гг. оно составляло около 50%. Дело не в дополнительных ресурсах для инвестиций на рынке, а в неуверенности инвесторов в отдаче от этих инвестиций.

Другой важный показатель – доля зарплаты в ВВП. Доля оплаты труда в ВВП выросла с 45% в середине 2000х до 50% в посткризисном периоде, соответственно доля прибыли снизилась с 36% до 31%. В России доля прибыли в ВВП является низкой в сравнении с большинством как развитых, так и развивающихся стран. Опережающий рост зарплаты по отношению к производительности труда характерен для развивающихся стран, но доля зарплаты в ВВП у них ниже (30-40%). В развитых же странах доля оплаты труда выше (около 50% и выше), но для них характерен опережающий рост производительности по отношению к заработной плате. Это еще одна иллюстрация «размена» будущего роста на текущее потребление. Для запуска роста в наших условиях нужно обеспечить опережение повышения производительности по отношению к увеличению зарплаты.

Следующим важнейшим условием для повышения темпов экономического роста без высоких цен на нефть является стабильная макроэкономическая ситуация с уровнем инфляции не выше 4 % в год (слайд 12). Только в этом случае появятся длинные деньги, которые обеспечат расширение количества инвестиционных проектов. На протяжении всей новой истории России не удавалось достичь этого показателя. Инфляционные ожидания участников российского рынка сейчас составляют около 15%, что повышает ставки кредитования. Ни страны Большой Семерки, ни Китай не допускают высокой инфляции. Около 30 стран проводят политику таргетирования инфляции как важнейшего условия современного роста. За ближайшие два – три года российской экономике необходимо добиться инфляции в 4% и надолго сохранить этот показатель. Это благоприятно повлияет на благосостояние населения и готовность увеличивать сбережения в национальной валюте, что, в свою очередь, создаст основу для увеличения инвестиций. Именно сейчас, впервые за много лет, сложились реальные предпосылки для достижения фундаментального показателя инфляции ниже 4% и существенного долгосрочного снижения кредитных ставок на рынке.

Важным условием в ближайшие три года становится восстановление сбалансированности бюджетной системы после падения цен на нефть и доходов бюджета. В этом году дефицит федерального бюджета составит около 3.5% ВВП, а потенциальный дефицит в ближайшие годы составит около 4.5 – 5 % ВВП. Россия не может позволить себе такой дефицит, он неблагоприятно скажется на экономическом росте. В этом году для покрытия дефицита федерального бюджета придётся использовать 2.5-3 трлн. рублей из резервного фонда, - практически весь он будет потрачен. Возникают три сценария, каждый из которых окажет давление на рост экономики.

В рамках первого сценария валюта резервного фонда покупается Банком России за рубли. Это означает эмиссию в объеме 2.5-3 трлн. рублей, что заставляет Банк России ограничить поддержку банков кредитами и держать высокой ключевую ставку. Второй сценарий предполагает замещение займами на рынке, что приведёт к повышению заимствований Правительства с 1 трлн. руб. до 3.5-4 трлн. рублей (валовых заимствований). Такая политика так же снижает возможности реального сектора занимать на приемлемых условиях. Третий сценарий означает снижение расходов и повышения налогов. На самом деле Правительству придётся идти по третьему сценарию и сокращать расходы в реальном выражении, если не прибегать к повышению налогов. Участники рынка ожидают конкретных действий Правительства по снижению дефицита бюджета и определенности в налоговой и бюджетной политике на ближайшие годы. Сохраняющаяся неопределенность так же откладывает инвестиции и рост.

На слайде 13 представлены три варианта бюджетной консолидации к 2019 г. и достижения дефицита на уровне около 1% ВВП в год.

Вариант 1 исходит из значений прогноза Министерства экономического развития и снижения дефицита до 1 % ВВП в 2019 году. Тогда номинальный объем расходов за эти годы не только не вырастет, но и сократится с 15.9 до 14.2 трлн. рублей.

Вариант 2 заключается в том, чтобы постараться удержать расходы номинально на уровне 15.9 трлн рублей, но провести структурный маневр внутри бюджета - между направлениями финансирования. Тогда дефицит в 2019 году составит 1.7%. В сложившихся условиях этот вариант оптимален.

При третьем варианте консолидации, предполагающем достижение роста ВВП на 4% в 2019 году и сохранение расходов бюджета на номинальном уровне 15.9 трлн. руб., дефицит бюджета составит 0.8 % в 2019 году.

При этом вместе с бюджетной консолидацией невозможно откладывать решение по пенсионной системе: по нашим расчетам, без повышения пенсионного возраста для поддержания коэффициента замещения (отношение пенсии к зарплате) на текущем уровне необходимо будет либо повышать трансферт из федерального бюджета на 1 п.п. ВВП каждые 5 лет, либо повышать тариф взносов на 1 п.п. каждый год.

При сохранении номинальных расходов федерального бюджета на достигнутом уровне требуется серьезный бюджетный маневр для повышения эффективности расходов и их положительного влияния на экономический рост.

Чтобы ответить на вызовы времени, провести структурные реформы и найти свое место в мировом технологическом развитии, необходима реформа системы госуправления. В нынешнем виде она не позволяет ответить на актуальные вызовы. Эта система не может гибко меняться, правильно ставить цели, определять приоритеты, проводить мониторинг и оценку достижения результатов. Отсутствует эффективная кадровая политика, не реализуется принцип персональной ответственности. Все процессы должны быть разделены на процессные и проектные, что позволит системе самосовершенствоваться в ходе реализации многочисленных проектов. Такой опыт в мире уже есть и даёт серьёзные результаты.

Достижение четырехпроцентного и выше роста ВВП может быть обеспечено только при реализации целого комплекса мер. Изменения должны затронуть рынок труда, подготовки и переподготовки кадров, а также рынок капитала - для снижения издержек и повышения производительности. Необходимо поддерживать конкуренцию, малый и средний бизнес, проводить дальнейшую приватизацию. Надо совершенствовать институты правоприменения. По всем этим направлениям можно добиться существенных результатов при более эффективной системе управления.

На Президиуме Экономического совета при Президенте предполагается обсудить три доклада. Подходы ЦСР практически близки к предложениям Минэкономразвития и в некоторых позициях уточняют и дополняют их.

В позиции «Столыпинского клуба» есть предложения, которые близки к позиции ЦСР: это существенное снижение доли государства в экономике, снижение давления правоохранительных сил и контрольно-надзорной деятельности на бизнес и снижение инфляции до 3-4%. Нельзя согласиться с предложением о необеспеченной эмиссии на сумму до 1.5 трлн. рублей и введении ограничений на валютные операции для предприятий и граждан. Данные предложения не учитывают реальные процессы в экономике, разрушают действующие рыночные институты и приведут к снижению стимулов для инвестиций и, в результате, - к снижению экономического роста.

Задачей Рабочей группы Экономического совета «Приоритеты структурных реформ и устойчивый экономический рост» является разработка и представление направлений структурных реформ и улучшения институтов, обеспечивающих повышение темпов роста экономики, с подробными предложениями по механизмам проведения данных реформ.