Оригинал материала
Март великодушный
Выборы 1990 года доказали: это вранье, что нет других людей, способных управлять государством
Тридцать лет и три года назад в Ленинграде был такой же, как сейчас у меня за окном, теплый весенний день.
И светило такое же — еще почти не греющее, но яркое — солнце. И будущее казалось хотя и непростым, но светлым. Потому что это был день победы над опостылевшей властью: 18 марта 1990 года во втором туре выборов народных депутатов РСФСР, Ленсовета и райсоветов выиграли большей частью кандидаты от Ленинградского народного фронта (ЛНФ) и движения «Демократические выборы-90». Кандидаты от коммунистической номенклатуры потерпели сокрушительное поражение. «Март намечается великодушный!» — повторяли мы про себя строчки Булата Окуджавы, читая ранним утром 19 марта — в такой же солнечный весенний день — результаты выборов.
Передо мной на столе — ценнейший документ эпохи: полный список избранных в Ленинграде народных депутатов РСФСР и Ленсовета.
Среди тридцати народных депутатов РСФСР: Михаил Молоствов, Галина Старовойтова, Виктор Югин, Николай Аржанников, Олег Басилашвили, Геннадий Богомолов, Виталий Васильев, Виктор Дмитриев, Михаил Дмитриев, Илья Константинов, Бэлла Куркова, Игорь Кучеренко, Юрий Лучинский, Юрий Нестеров, Марина Салье, Сергей Степашин, Михаил и Никита Толстые и Петр Филиппов.
А среди почти 400 депутатов Ленсовета — Игорь Артемьев и Александр Беляев, Михаил Бегак и Сергей Васильев, Юрий Гладков и Анатолий Голов, Сергей Егоров и Юлий Рыбаков, Алексей Ковалев и Леонид Романков, Александр Шишлов и Николай Журавский, Алексей Ливеровский и Дмитрий Мезенцев, Юрий Кравцов и Георгий Хижа, Борис Моисеев и Сергей Попов, Владимир Ходырев и Владимир Чуров, Валентин Майоров и Андрей Ошурков…
За редкими исключениями о них ранее почти никто не знал.
Да, были известны народный артист СССР Олег Басилашвили, Виктор Югин — главный редактор необычайно популярной газеты «Смена», Бэлла Куркова — создатель не менее популярной телепрограммы «Пятое колесо», и Галина Старовойтова — избранный годом раньше народный депутат СССР от Армении.
Но остальные были известны разве что в кругу своих близких друзей или коллег.
Так, философ Михаил Молоствов сидел по «антисоветской» статье, после освобождения работал учителем, затем — сельским почтальоном, а Геннадий Богомолов и вовсе был «временно не работающим». Виктор Дмитриев работал инженером на Ижорском заводе, Михаил Дмитриев — научным сотрудником в Финансово-экономическом институте, а Илья Константинов — кочегаром («оператором газовой котельной»). Юрий Лучинский заведовал юридической консультацией, Юрий Нестеров был старшим научным сотрудником в институте социологии, Марина Салье — ведущим научным сотрудником в Институте геологии и геохронологии докембрия. Сергей Степашин преподавал историю КПСС, Михаил Толстой был начальником лаборатории в НИИ, Никита Толстой — профессором в ЛГУ, Петр Филиппов — редактором отдела экономики в журнале «Эхо».
Если говорить о депутатах Ленсовета, то, например, Александр Беляев, Сергей Васильев, Михаил Бегак, Александр Шишлов, Леонид Романков, Анатолий Голов, Борис Моисеев, Юрий Кравцов, Андрей Ошурков были научными сотрудниками, Игорь Артемьев, Алексей Ливеровский, Сергей Попов и Юрий Гладков — преподавателями, а Владимир Чуров — инженером. Художник и бывший политзек Юлий Рыбаков работал кочегаром, Сергей Рябов и Евгений Красницкий — электромонтерами, альпинист, спасатель и «снежный барс» Николай Журавский — электриком. Хорошо известны горожанам были лишь немногие: например, председатель исполкома Ленсовета Владимир Ходырев, гендиректор объединения «Светлана» Георгий Хижа и главный редактор «Вечернего Ленинграда» Валентин Майоров.
Но все они уверенно выиграли выборы — получив доверие избирателей, еще недавно большей частью не подозревавших об их существовании.
Потому что избиратели жаждали увидеть реальных кандидатов, а не как раньше — отобранных обкомом или райкомом КПСС для «выборов без выбора».
Увидеть реальные дебаты и реальную конкуренцию — чтобы было из кого выбирать. И, как выяснилось, избиратели прекрасно разобрались в огромном числе кандидатов — найдя из длинных списков претендентов тех, кому можно доверять.
А списки были длинными, потому что тогда, три с лишним десятилетия назад, на выборах-90 были предельно упрощены условия выдвижения кандидатов в депутаты всех уровней. Кандидатов могли выдвигать даже небольшие трудовые коллективы — лабораторий и отделов НИИ, кооперативов и театров, а также клубы избирателей на своих собраниях. И, например, один только коллектив недавно созданного в Ленинграде Интерьерного театра выдвинул десятки будущих депутатов!
Фантастически свободными и честными — по сравнению с последующими временами — были и сами выборы.
Напечатав на пишущей машинке и размножив на служебном ксероксе (втайне от строгого «первого отдела»*) несколько сот листовок, нарисовав десяток-другой плакатов, выставив с помощью «группы поддержки» из друзей и родственников пикеты у станций метро и отдежурив у этих пикетов две-три недели, можно было стать не только городским или районным, но и российским депутатом.
«Предвыборные штабы» кандидатов, как правило, располагались у них на кухне, а никакого «избирательного фонда» и в помине не было —
потому что кощунственная мысль о том, что за дежурство в пикетах или раздачу листовок можно требовать (или платить) деньги, никому из агитаторов или кандидатов в голову прийти не могло.
И точно так же никому не могло прийти в голову, что можно «зачищать» почтовые ящики от листовок конкурентов или срывать чужие плакаты, заниматься «черным пиаром», «мочить» конкурентов или раздавать избирателям продуктовые наборы за «нужное» голосование.
А еще одно важнейшее отличие тех выборов — никто из демократических кандидатов не воспринимал возможное «хождение во власть» как способ решения собственных проблем. И потому, если в одном округе баллотировалось сразу двое-трое единомышленников, выступающих против всевластия КПСС, за многопартийность, демократические свободы и рыночную экономику, — было не важно, кто из «своих» станет депутатом: выигрыш любого из них воспринимался как общая победа…
Высоких постов из перечисленных потом достигнут немногие. Выше всех — до премьера — поднимется Сергей Степашин. Георгий Хижа год пробудет вице-премьером, а Дмитрий Мезенцев будет «сенатором», губернатором Иркутской области, послом в Белоруссии, а затем (и по сей день) — госсекретарем Союзного государства.
Михаил Молоствов, Галина Старовойтова, Юрий Нестеров, Александр Шишлов, Анатолий Голов, Сергей Попов, Юлий Рыбаков, Борис Моисеев потом станут депутатами Госдумы, а Александр Беляев — председателем Ленсовета и членом Совета Федерации. Председателем Законодательного собрания, сменившего Ленсовет, станет Юрий Кравцов. Депутатом Госдумы, а затем главой Федеральной антимонопольной службы — Игорь Артемьев. Владимир Чуров станет главой Центризбиркома, Сергей Васильев и Михаил Дмитриев — заместителями министра (Васильев потом еще и членом Совета Федерации)…
И тем не менее в биографии каждого из них, как и других победителей-90, самым ярким моментом останутся именно эти выборы.
Потому что ТАКИХ выборов с тех пор не было ни разу. И такого настроения — весеннего, яркого, радостного, наполненного надеждами — тоже.
Потом — когда надежды сменятся разочарованиями — мы увидим, что весна (мне часто приходится с грустью это повторять) оказалась лишь оттепелью. И увидим, как недавние единомышленники, одинаково понимавшие «против» чего они выступают, но совершенно по-разному понимавшие «за» что, окажутся по разные стороны баррикад — и не только идеологических. Но это будет потом — о чем победители выборов-90 не подозревали и подозревать не могли…
Когда сегодня (да и в прежние годы) приходится слышать, что «не из кого выбирать» и «не за кого голосовать», хочется напомнить те далекие выборы.
И сказать: объявите действительно свободные выборы — и сразу будет за кого голосовать.