Торжество Конституции над ЕСПЧ

Конституционный суд России впервые признал невозможным удовлетворение требований Европейского суда по правам человека, на практике подкрепив действующий с декабря 2015 года закон, определяющий превосходство суверенного закона над международным правом. Высокие судьи постановили, что требование ЕСПЧ предоставить право голоса гражданам России, отбывающим наказание в колониях, противоречит Конституции, а значит не может быть исполнено. Избирательное право заключенных возможно удовлетворить лишь частично в диапазоне, не требующим вмешательства в основной закон страны.

19 апреля Конституционный суд вынес постановление в отношении решения ЕСПЧ по делу «Анчугов и Гладков против России» от 2013 года. Судьи согласились с Министерством юстиции в том, что постановление Страсбургского суда входит в прямое столкновение с положениями национальной Конституции, относительно избирательных прав заключенных, постановив, что отступление от верховенства основного закона невозможно.

Согласно позиции КС, российская правовая система не является дискриминационной по отношению к отдельным категориям осужденных, поскольку права голоса лишены только граждане, отбывающие наказание в колониях.

«Россия как высокая и международная сторона при ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод не давала согласия на изменение Конституции. Конвенция имеет большую юридическую силу, чем федеральные законы, но не большую или равную российской Конституции», - говорится в решение суда.

Заключенные в колонии

Требования ЕСПЧ внести в законодательство изменения, позволяющие голосовать заключенным, которые находятся в местах лишения свободы, невозможно удовлетворить без принятия новой редакции основного закона. Часть 3 статьи 32 Конституции гласит, что граждане, признанные судом недееспособными, а также содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда, не имеют права избирать и быть избранными.

Вместе с тем КС разрешил законодательным властям оптимизировать систему уголовных наказаний и перевести отдельные режимы лишения свободы (например, в колонии-поселении) в альтернативные виды наказаний, связанные с принудительным ограничением свободы, но не предполагающие ограничения избирательных прав. Жалобу Анчугова и Гладкова удовлетворить невозможно, поскольку они совершили особо тяжкие преступления и даже по критериям ЕСПЧ не могут рассчитывать на доступ к активному избирательному праву, заключили в КС.

ЕСПЧ утверждает, что российские власти нарушают Конвенцию о защите прав человека, запрещая заключенным голосовать на выборах. В 2013 году суд удовлетворил жалобу Сергея Анчугова и Владимира Гладкова, которые во второй половине 1990-х были приговорены к смертной казни, которую им впоследствии заменили на 15-летние сроки в колонии. Анчугов был осужден за убийство, кражу и мошенничество, Гладков – за убийство, разбой и участие в преступной группировке. Оба утверждали, что во время пребывания в колонии были лишены права голоса на выборах.

Заявители также настаивали на дискриминационном характере аргумента российских властей, будто осужденные не в состоянии сделать информированный выбор или могут подвергнуться давлению криминальных авторитетов, поскольку закон гарантирует осужденным доступ к информации, а с давлением можно столкнуться и на свободе. По данным ФСИН, сейчас в местах лишения свободы находятся 650 тысяч человек.

Вход в здание ЕСПЧ в Страсбурге. Фото: Wiki

Страсбургский суд потребовал устранить нарушения, но Министерство юстиции России обратилось в КС с просьбой проверить решение ЕСПЧ на соответствие Конституции. Позиция ведомства заключалась в том, что для исполнения этого решения пришлось бы вносить изменения в основной закон, а это противоречит положениям, согласно которым Конституция обладает приоритетом над любыми другими правовыми актами. Не исполнять решения Страсбургского суда просили также представители Госдумы, Совета Федерации, Генпрокуратуры и Центризбиркома.

В 1996 году Россия без оговорок и исключений ратифицировала Европейскую конвенцию о защите прав человека, которая устанавливает приоритет международных судебных инстанций над национальными, поэтому в соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции РФ должно применяться международное соглашение, утверждали Анчугов и Гладков. Однако с декабря 2015 года в России действует закон, позволяющий игнорировать резолюции международных судебных органов, если КС решит, что они противоречат Конституции.