Конфликт версий

На прошедшей неделе отечественная трясина издала тоскливый звук, и на поверхность всплыла пара пузырей. В воздухе вновь пахнуло полонием...

Через день в заголовках появилось что-то новое, глобальное, типа "Путин" и "Мюнхен" – ветры Холодной войны унесли полониевый дух, а дальше будет что-нибудь ещё... Именно поэтому стоит фиксировать эти звуки – они заслуживают нашего внимания, хоть и являют собою чистый постмодерн, конгломерат версий, свободных друг от друга и от реальности.

*****

О возможных версиях отравления Александра Литвиненко на прошедшей неделе вновь высказался бывший руководитель покойного, Александр Иванович Гусак, в прошлом – начальник 7-го отдела Управления разработки преступных организаций (реже встречается другое, менее двусмысленное название: Управление по разработке и пресечению деятельности преступных объединений) ФСБ России. Сначала в новостях BBC, затем – в публикации The Times (перевод доступен на «Инопрессе»):

Гусак, в прошлом возглавлявший секретное подразделение, которое Литвиненко назвал "бригадой смерти", сообщил, что к нему обращались агенты ФСБ, считавшие, что их имена были раскрыты британским спецслужбам.

"Скажу вам честно, я никому из них не сказал, чтобы он пошел и убил Литвиненко, хотя один из них (рассекреченных агентов) действительно мне сказал: "Слушай, он столько натворил, хочешь, я его прикончу?" – рассказал Гусак в интервью телепрограмме канала BBC Newsnight."

"Он, несомненно, был предателем. Он раскрыл самое святое, что есть у любого оперативного работника – источники информации. Люди, которых Литвиненко сдал британским спецслужбам, выходили со мной на связь и спрашивали, как им быть дальше. Как адвокат я им сказал, что действия Литвиненко попадают под статью 275 УК РФ (государственная измена), предусматривающую наказание до 20 лет тюрьмы. В советские времена Литвиненко бы был казнен".

Это, впрочем, уже не первая версия, выдвигаемая Гусаком. В ноябре 2006 года в интервью "Коммерсанту" Александр Иванович столь же уверенно предположил, что Литвиненко, мол, по обычаю кровной мести отравили чеченские боевики – за товарища, которого тот до смерти запытал в январе 1996 года на фильтрапункте у села Первомайское.

Впрочем, та, старая версия практически не обсуждалась. Оно и понятно: она была высказана в самом начале расследования, когда улики и следы только начали проявляться, а круг возможных подозреваемых, хотя бы предварительно, обозначен не был; поле же неопределённости было достаточно широко, чтобы на нём могли ужиться самые разные версии. Сказал и сказал, приняли к сведению, хотя и с недоумением: во-первых, откуда у чеченских боевиков полоний, и во-вторых, если бы он у них был, куда бы они, скорее всего, поехали: в Лондон или куда поближе?..

Теперь же, два с лишним месяца спустя, появилась "фактическая сторона дела", поле неопределённости сузилось, и новая версия, озвученная Гусаком, сразу же породила недоуменные комментарии и новые вопросы.

Обозреватель "Граней.Ру" в статье "Характеристика с места работы. Александр Гусак: Литвиненко убили как предателя", отмечая несомненные качества Александра Ивановича ("подполковник запаса, приговоренный в 2001 году к трем годам лишения свободы условно, а ныне практикующий адвокат, внешним обликом – вылитая крайняя степень устрашения"), всё же задаётся вопросами ("Почему разоблаченные шпионы искали помощи именно у г-на Гусака? Будем считать, что от отчаяния") и выражает сомнение ("из своего 7-го отдела УРПО ФСБ подполковник Гусак не мог углядеть секреты СВР или ГРУ, а уж тем более что-то вынюхать о резидентуре в Британии (это относится и к Литвиненко)"), но в итоге констатирует: "… как бы там ни было, откровение г-на Гусака можно приобщить к делу об убийстве Литвиненко как признание в подстрекательстве".

Общественность желала продолжения, и уже в четверг, 8 февраля, Александр Гусак получил возможность прокомментировать своё интервью российским радиослушателям в программе "Разворот" в прямом эфире "Эха Москвы".

Пока ведущие "Разворота" лихорадочно набирали номер "мобилы" Александра Ивановича, в студию "Эха" дозвонился какой-то его безымянный коллега. Для "разогрева", так сказать.

Кто-то, может, и возмутится: «они»-де и так заняли всё эфирное время и все газетные полосы, зачем же последнее отдавать?

Спокойно, читатель! Если «им» не мешать, мы узнаем столько интересного...

*****

Помните, чуть ли не в каждой серии популярного сериала положительный питерский мент Дукалис проникновенным голосом спрашивал: "Скажите, у покойного были враги?" Именно так у нас сегодня звучит «основной вопрос философии», что скучно. Сюжеты вещные – то, что связано со "следами и уликами", – при ближайшем рассмотрении могут оказаться весьма интересны и даже красивы, поскольку показывают уровень современной физики – методов экспериментальных, аналитических и математических. Чего не скажешь о речениях отставных подполковников госбезопасности.

Но можно подойти иначе. Разумеется, не стоит воспринимать слишком всерьёз то, что "они" говорят сознательно. А вот оговорки, проговорки, разные мелкие детали, призванные придать сюжету правдоподобие или на самом деле случайные – это совсем другое дело.

*****

Ещё один бывший коллега покойного, тоже подполковник, Владимир Путин, сказал тут на недавней пресс-конференции:

"Александр Литвиненко был уволен из органов безопасности. До этого служил в конвойных войсках. Никакими секретами не располагал. Он привлекался к уголовной ответственности в Российской Федерации за злоупотребление служебным положением, а именно за избиение граждан при задержании, когда был сотрудником безопасности, и за хищение взрывчатки. Но ему дали, по-моему, три года условно. Не было никакой необходимости куда-то бежать, он не является носителем вообще никаких секретов. Все, что он мог сказать негативного в отношении своей службы, где он раньше работал, он уже давно сказал, никакой новизны в его действиях уже быть не могло".

"Конвойные войска" – это, надо полагать, про ОМСДОН, бывшую дивизию Дзержинского. Так вот, в эфир "Эха Москвы" дозвонился некто, назвавшийся бывшим коллегой Литвиненко по тем самым войскам, и среди прочего негатива (не так и не о том говорят) рассказывал про будни войскового опера Саши: тот-де "вербовал стукачей".

Не зря Александр Вальтерович оказался на одной фотографии со спикером Мироновым и экс-командиром 6-го отряда спецназа внутренних войск "Витязь" Лысюком – в тире, где хозяин-Лысюк принимал гостя-Миронова, а Литвиненко-фото работал мишенью. То есть до 7 ноября было так – теперь, после скандала, может, спрятали.

"Дзержинцев" вообще и "Витязей" этих в частности всюду восхваляют как "элиту" – и нате, "конвойные войска". Вот вам отношение "белой кости" НКВД к "чёрной кости" того же НКВД...

*****

Вернёмся, однако, к главному и основному в обвинениях Гусака: "Литвиненко "сдал" агентуру".

Как так? Говорил же Путин: "не является носителем вообще никаких секретов" – так кого же мог "сдать"?

Иванов, вице-преемник правительства России, – он ведь ещё 15 декабря 2006 года говорил ровно про то же самое: "Литвиненко никогда не имел доступа к какой-либо важной информации. Когда Путин увольнял Литвиненко, он знал о многих случаях нарушения закона с его стороны". Позднее пресс-секретарь Минобороны уточнил для иностранных журналистов слова Иванова, заявив, что министр имел в виду, что Литвиненко был уволен не лично Путиным, а в то время, когда он стоял во главе ФСБ."

*****

Последняя оговорка, поправка вдогонку, весьма существенна – Иванов ведь тоже вышел из бывшего ведомства Путина и Литвиненко. И если он через пресс-секретаря поправляет: "был уволен не лично, а..." – что-то это значит?

То же самое, что и слова самого Путина "ему дали, по-моему, три года условно" – признак такой вот слабой и мимолётной осведомлённости. Как в его же ответах на вопрос про Ходорковского: "что-то где-то когда-то мельком слышал".

На следующий день, 16 декабря, "кремлёвский диггер" Елена Трегубова в статье с кратким названием "Иванов врёт" вспомнила в связи с утверждением министра обороны свою давнюю беседу с Владимиром Путиным: "По версии Иванова, причиной увольнения Литвиненко из ФСБ была отнюдь не знаменитая пресс-конференция [17 ноября 1998 года], на которой тот с коллегами обвинил высокопоставленных офицеров ФСБ в подготовке убийства Бориса Березовского, а "многие случаи нарушения закона со стороны Литвиненко, о которых знал Путин". Сам Владимир Путин в декабре 1998 года – по горячим следам скандала вокруг "заказа" на убийство Березовского – сказал мне: "Вскоре после прихода на должность директора ФСБ я уволил Литвиненко и распустил подразделение, в котором тот работал". Изумила мотивировка: он объяснил роспуск подразделения и увольнение сотрудников отнюдь не тем, что подразделение спецслужб, внутри которого могут всерьез обсуждаться и готовиться государственные заказы на убийства предпринимателей и политических деятелей, является преступным по определению, представляет угрозу для граждан и должно быть ликвидировано, а тем, что кто-то посмел о факте государственного заказа на убийство официально и публично заявить и привлечь к этому внимание. "Сотрудники ФСБ не должны выступать на пресс-конференциях – это не их работа. И не должны выносить внутренние скандалы на публику".

Далее идёт свидетельство о том, что внимание к личности и книгам Литвиненко в России сохранялось, а среди «силовиков» сочеталось с глубокой антипатией: мишень у "Витязей" – да, патология, но отнюдь не аномалия. Трегубова пишет: "После взрыва у моей двери перед президентскими перевыборами Путина в 2004 году следователи на Петровке поинтересовались у меня, "не знакома ли я с Литвиненко". Когда я попыталась выяснить, с какой стати они мне задают этот вопрос, заявили: "Ну как же, вы же в своей книге намекаете на то же самое, о чем Литвиненко написал в своей книге, – на причастность ФСБ ко взрывам жилых домов в Москве". Книги Литвиненко и выдвигаемые им обвинения не только знали в "правоохранительных" органах, но и активно, с болезненным интересом обсуждали сотрудники этих органов".

Так что на вопрос честного питерского мента Дукалиса мы можем ответить: "Да, у покойного таки были враги".

*****

Вернемся, наконец, к последнему радиоэфиру Александра Гусака. 8 февраля в "Развороте", в беседе с Андреем и Юлией Норкиными, Александр Иванович не только рассказал немало интересного, но сделал некоторое количество симптоматичных оговорок.

*****

Разумеется, главной в разговоре была тема "Литвиненко – полоний".

Первым и едва ли не основным был вопрос о том, какую именно агентуру якобы "сдал" Александр Литвиненко. Ведь после интервью Гусака англичанам отечественные комментаторы решили, что речь идёт о российских агентах "за рубежом". Но Александр Иванович, слава Аллаху, рассеял эти сомнения – породив, правда, новые вопросы:

Гусак: "Александр Вальтерович, когда сбежал за границу, естественно, передал агентуру, которая состояла у него на связи". - Вед.: "А какая у него могла быть агентура? Он же работал в Управлении по оргпреступности внутри страны, он же не имел отношения к службе внешней разведки". - Гусак: "Ну естественно. Но агентура... Он все-таки оперативный сотрудник госбезопасности был. И естественно, у него была, так сказать, были оперативные источники, которыми он командовал, будем так говорить. ... Я сомневаюсь, что он до этого как бы сотрудничал, что ли, с англичанами. Он стал поневоле сотрудничать. Чтобы остаться в Англии, он должен был им что-то сдать". - Вед.: "Кажется странным, что в спецслужбах работник в одном управлении может получить свободно информацию о другом управлении, приехать на Запад, все это продать другим спецслужбам. Неужели это такой, извините, бардак в ФСБ?" - Гусак: "Нет, он сдал свою агентуру. Понимаете? Которая непосредственно состояла у него на связи. Оперативные источники из негативной среды". - Вед.: "Какой интерес эта информация может представлять для англичан, американцев?"

Ответа на этот вопрос не было.

Гусак: "Понимаете, люди работают под прикрытием, допустим. И вдруг на них выходят англичане, не сотрудники, допустим, Федеральной службы безопасности... А Литвиненко ведь привлекал людей, пользовался теми правами, которые ему дало государство. Он осуществлял вербовку людей от имени государства. Понимаете? И когда он ушел на Запад, ну, естественно, чтобы его оставили, дали то же гражданство, не выдали российским властям, естественно, он сдал и агентов". Вед.: "А когда вот этот неназванный агент предложил вам убить Литвиненко, вы что ответили?"

И этот вопрос остался без ответа.

Новая версия определённо не спешит укореняться промеж извилин слушателей…

*****

А что же со старой, "чеченской" версией убийства – про месть со стороны чеченцев?

Это лишь полбеды, что вторым выступлением Гусак создал «конфликт версий». Хуже то, что он и старые «показания» изменил, добавив немало противоречий, – что не укрылось от комментаторов.

Вед.: "Вы имеете в виду версию, что его чеченские боевики убили в качестве мести, да?" - Гусак: "Вы понимаете, нет, не просто в качестве мести. ... Мне пришлось посидеть в изоляторе на Бутырской. Я находился в камере с одним из чеченцев, знакомым Закаева. У меня достаточно хорошие отношения сложились с этим чеченцем. Саид его звали, фамилию не буду говорить. И где-то в 2002-м, по-моему, когда я уже был адвокатом, или в 2003-м, каким-то образом этот Саид погиб. На меня вышли чеченцы. Интересовались... Зная специфику моей предыдущей деятельности и в связи с тем, что с этим Саидом я поддерживал хорошие отношения, достаточно часто с ним общался, они у меня узнавали, как он мог погибнуть и мог ли бы здесь быть кто-то заинтересован в его гибели. Из этих трех человек один чеченец оказался из числа тех пленных, который был задержан в Первомайске. В 96-м году. Где-то через неделю он лично уже ко мне подходил, ну и спросил, как там Александр Вальтерович поживает. И рассказал мне эту ситуацию, что там случилось на фильтрационном пункте".

Напомню, в районе села Первомайское, по обычаю чекистов (или "конвойных войск"), был развёрнут фильтрапункт.

Только вот в первом публичном выступлении Гусака этот сюжет звучал несколько иначе. «Коммерсантъ» от 27 ноября прошлого года писал:

"По словам господина Гусака, во время ликвидации отряда чеченских боевиков, захвативших село Первомайское, он попросил Александра Литвиненко конвоировать на фильтрационный пункт раненого боевика. "Вечером, когда я хотел этого чеченца допросить, мне сказали, что Литвиненко якобы его замучил до смерти", - рассказал господин Гусак. По словам бывшего офицера ФСБ, об этом стало известно не только его сослуживцам, но и "достаточно широко".

Теперь же Александр Иванович меняет показания, отодвигая "момент истины" на шесть лет и снимая с себя ответственность.

О том, что Литвиненко там делал или мог делать, можно только догадываться, однако строить иллюзии вряд ли стоит. Но вот как раз чеченцы ФСБшного опера Сашу с запоминающимся выражением лица знали с самого начала, и знали хорошо.

Например, в июле того же 1996 года Литвиненко трое суток допрашивал вдову Джохара Дудаева. Алла Дудаева и её телохранитель Идигов были задержаны в Нальчике. Неизвестно, чем это могло завершиться, но только задержанных начали "разрабатывать", как состоялся обмен. Чеченцы отдали за Идигова заложника – отца Сергия Жигулина из Отдела внешних церковных сношений Московской патриархии, а Дудаевой было позволено выехать из России. Так что лицо Александра Вальтеровича (лицо, но не фамилия: он представлялся оперативным псевдонимом "Волков") было чеченцам хорошо известно с самого начала. И после первых же интервью, ещё в 1998 году, его не могли не узнать.

*****

Зачем же мстителям было ждать ещё восемь лет и переносить вендетту с европейского континента на берега туманного Альбиона?

В ноябрьском интервью Гусак говорил:

"У чеченцев ведь кровная месть". Он [Гусак] не исключает при этом, что исполнителями покушения могли быть "кровники".

Зря он затронул столь сложную тему. Ведь обычай кровной мести – не простое убийство, а инструмент права. Права горского обычая – адата. И в использовании этого инструмента есть немало ограничений. Например, нельзя вершить кровную месть с использованием служебного положения (хотя в современной Чечне некоторые "кадыровцы" этим ограничением пренебрегают). Если человек находится в заключении, "на зоне", то он может стать объектом кровной мести только после освобождения (это правило действовало, по крайней мере, до второй половины 80-х годов). И так далее...

Как согласуется с адатом такое вот меркантильное ожидание: мы свою кровную месть откладываем, пока нам кто-нибудь соответствующий заказ не даст? Ну уж нет, одно из двух: либо месть, либо деньги. Иначе мститель, вместо того чтобы вернуть честь своего рода, опозорит себя и свой род.

Да, кстати, "кровная месть" действует только между теми, кто подвластен адату – праву горского обычая. Чекисты не являются ни отдельным горским народом, ни тухкумом, ни даже тейпом. Или я ошибаюсь?

Наконец, почему в наметившемся сиквеле "Белого солнца пустыни" так скупо говорится о самом Саиде – ему-то после смерти огласка уже не сможет повредить?

*****

Впрочем, и дальнейшее изложение "чеченского" сюжета выглядит столь же убедительно.

Вед.: "Ваша версия – Литвиненко могли убить чеченцы. Но ведь доказано, что Литвиненко убили полонием-210. Это значит, что у боевиков есть полоний, есть радиоактивные материалы? Или выход на радиоактивные материалы". - Гусак:"Я предполагаю как моральный фактор то, что чеченцы могли это сделать, непосредственно те чеченцы, которые проживают в Лондоне. Ну, вы, наверное, помните, что в Лондоне достаточно большая диаспора живет. Многие пытаются каким-то образом заработать... Исполнителями..."

Усматривается, правда, некоторое противоречие с предшествовавшими рассуждениями. В ноябрьском интервью Гусак определённо говорил о мотиве кровной мести.

Теперь же вместо внятного мотива – "моральный фактор". И "лондонские чеченцы" представлены как всего лишь исполнители.

А мотив для того, чтобы подрядиться на эту роль, представлен как очевидный: Лондон, дороговизна, понимаете ли, денег нет... А чем же ещё, по мнению господина Гусака, может заработать на жизнь бедный чеченец? – "Элементарно, Ватсон!"

*****

Что же нового мы можем узнать об источнике радиоактивной отравы? В ноябре Гусак "не открывает военную тайну":

"Он не исключает, что исполнителями могли быть "кровники", которые получили полоний-210 у спецслужб. "А чьи это были спецслужбы – уже другой вопрос".

Теперь он сказал больше – но, увы, ничего нового. Сплошные чекистские архетипы. Мысль Александра Ивановича обратилась к привычной первопричине зла в нашем мире.

Гусак: "...Я имею в виду то, что полоний был... Возможно, полоний чеченцы могли получить от американцев". - Вед.: "Это совсем новая версия, это даже не то, что вы говорили, что его убили чеченцы, а получается, что его убили американцы, что чеченцы могли получить полоний от американцев. Но были намеки, что это наш российский полоний. Как это могло произойти? - Гусак: "Россия данное вещество продает тем же американцам." - Вед.: "Да, об этом говорил и Сергей Кириенко." - Гусак: "Те же американские службы могли бы облучить. Естественно, получается, что русский, допустим, полоний. Но кем он используется, этот полоний".

Окончание следует

См. также:

• Рузов. Кровная месть, или Трактат о ядах
• Рузов. Смертельное одиночество