Оригинал материала
Бабушка на троне
Слово «бабушка» для многих из нас имеет совершенно особенное значение. Кажется, что в семье именно этот человек символизирует основы традиции и определенный порядок вещей – для автора этих строк таким человеком была и остается мать моей матери. Именно об этом вспоминаешь в первую очередь, когда начинаешь писать о Королеве Елизавете II, чей 80-й день рождения пришелся на прошлую пятницу.
Сравнивать собственную бабушку, живущую в Ростове-на-Дону, с королевой Великобритании, конечно, странно, но всё-таки есть у них что-то общее. Обе они – уверенные в себе женщины, которые, несмотря на преклонный возраст, сохраняют здравый рассудок и живой интерес к современной жизни. Обе были счастливы в браке и при этом стали свидетелями грустных поворотов семейной жизни своих детей, которых, правда, в королевской семье было в 2 раза больше. Правда, старшие внуки обеих дам (речь идет обо мне и Принце Уильяме) вселяют в них оптимизм и надежду, что их семьи ждет счастливое будущее, основанное на старых добрых семейных традициях. Наконец, обе родились в апреле, хотя и с разницей в 7 лет.
Но главное – для своих семей они стали чем-то большим, чем просто родителями, они стали опорой и якорем. Их можно критиковать, к ним можно относиться с иронией. Порой даже трудно скрыть раздражение от их поучений и желания контролировать ситуацию в семье. Но при этом всем понятно, что без них будет куда труднее.
На этом сходства, наверное, заканчиваются, и начинаются различия, большинство которых, конечно, относится скорее к форме, нежели к содержанию, но, тем не менее, создает ту самую непреодолимую пропасть, так точно подмеченную Марком Твеном в «Принце и Нищем».
Её Высочайшее Величество Елизавета Вторая, Божьей милостью Королева Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии и других ее Царств и Территорий, Глава Содружества, Защитница Веры (Elizabeth the Second, by the Grace of God, of the United Kingdom of Great Britain and Northern Ireland and of Her other Realms and Territories Queen, Head of the Commonwealth, Defender of the Faith) родилась 21 апреля 1926 года. Елизавета-Мария-Александра – такое имя будущая королева получила в честь матери, бабушки и прабабушки со стороны отца – была лишь третьей в списке наследников престола. Её отец герцог Йоркский (впоследствии ставший королем Георгом VI) не был старшим сыном правившего тогда Георга V (внука королевы Виктории). И если бы не сенсационное отречение её дяди, правившего меньше года (1936), судьба Её Величества могла бы сложиться совсем по-другому.
Но в 25 лет Елизавета стала Королевой. Её воцарению предшествовал серьезный династический кризис, последовавший за смертью её деда Георга V в 1936 году. Дело в том, что его старший сын (и дядя будущей королевы) Эдуард VIII собрался жениться на американке Уиллис Симпсон, для которой этот брак должен был стать третьим. Этот факт вызвал недовольство всей королевской семьи и правительства. В ответ Эдуард совершил неожиданный поступок, отрекшись от престола ещё до коронации, проведя на троне меньше года. В результате через голову двух средних братьев (Альберта и Гарри) корона перешла к отцу Елизаветы Георгу VI, который, по его собственным словам, был совсем не готов к такому повороту событий. Но историки считают, что у отречения Эдуарда VIII был ещё один аспект – он был большим другом лидеров Третьего Рейха, и, возможно, эти опасные связи стали основной причиной оказанного на него сильного давления, а брак с американкой – лишь поводом.
Отец Елизаветы II, несмотря на неподготовленность, отлично справился со своими обязанностями, служа достойным примером для подданных в самые тяжелые минуты Второй мировой. Не покинув Лондона во время самых сильных авианалетов Люфтваффе, отец и мать Елизаветы регулярно появлялись на улицах, что укрепляло дух нации не меньше (а кто-то считает, что и больше), чем пламенные речи Черчилля.
Не отставала от родителей и юная наследница престола, вступившая в 1944 году в ряды вооруженных сил Великобритании. Конечно, в боевых действиях она не участвовала, но факт остается фактом: юная Елизавета – настоящая дочь «Народного короля», как называли Георга VI, – оказывала посильную помощь своей стране.
Окончание войны не принесло Елизавете сильного облегчения. Её отец был тяжело болен (сначала он сильно страдал от артериосклероза, а потом выяснилось, что у него был рак лёгких), и сколько ему оставалось жить, было неясно. В 1947 году принцесса Уэльская вышла замуж за принца Филиппа – сына принца Андрея Греческого и принцессы Алисы, старшей сестры лорда Маунтбеттена, близкого родственника королевской семьи, с которым познакомилась накануне Второй мировой войны в возрасте 13 лет. За 7 лет с момента их первого знакомства принц, будучи морским офицером, успел активно поучаствовать в сражениях Второй мировой. После свадьбы супругам были присвоены титулы Ее и Его Королевские Величества герцогиня и герцог Эдинбургские, а наследница престола получила личного секретаря и доступ к государственным бумагам. Более того, из-за плохого здоровья отца Елизавета с 20 лет начала активно выполнять представительские функции британской королевской семьи, что не помешало ей уже в ноябре 1948 года родить нынешнего наследника престола принца Чарльза.
В феврале 1952 года Георг VI скончался, дав дочери на подготовку неполных 8 лет с момента её совершеннолетия, которых, возможно, не хватало её предшественнице – королеве Виктории. Несмотря на то что Елизавета страшилась момента, когда ей придется стать во главе Великобритании, с первых дней её правления стало ясно, что на престол взошла очень сильная королева, готовая отвечать всем вызовам времени.
До Елизаветы II на британском престоле из 40 монархов, начиная с Вильгельма I «Завоевателя», было всего 5 женщин (причём одна из них – королева Мария II – правила вместе со своим мужем Вильгельмом III). Но все её предшественницы (Мария I, более известная нам как Мария Кровавая, Елизавета I, Анна I и Виктория I) так или иначе становились участницами исторических событий, оказавших принципиальное влияние на развитие истории Альбиона.
В советских учебниках английского языка нам вместе с аксиомой «London is the capital of Great Britain» навязывалась другая – «Queen of United Kingdom reigns, but not rules» (то есть царствует, но не правит). Но царствование королевы Елизаветы II во многом опровергает эту фразу. Не то чтобы это совсем не соответствует действительности, но и аксиомой не является. Королева «rules» - и поболее других европейских монархов.
Вызовов времени для Её Величества оказалось предостаточно, причём как внутренних, так и внешних. И, наверное, главным из них был неотвратимый распад Британской империи, который начался ещё при Георге VI. Королева оказалась первым британским монархом в XX, которому не досталась корона Индийской империи, полученная королевой Викторией из рук консервативного премьер-министра Бенджамина Дизраэли. Отец Елизаветы так и не успел освоиться в роли главы Британского Содружества, всё больше заменявшего империю. И именно Елизавете предстояло найти тот формат отношений с главами откалывающихся от империи государств, который позволил бы сохранить их в орбите внешней политики Великобритании, сделав распад империи более мягким и менее болезненным для метрополии.
Задача эта была одной из самых трудных, которые приходилось решать британским политикам в ХХ веке, но с ней они, по сути дела, справились, и роль Её Величества в этом далеко не последняя. Не случайно её называют самым путешествующим британским монархом за всю историю. 129 стран (то есть намного больше, чем полмира) она посетила отнюдь не для праздного удовольствия. Эти визиты сопровождали постоянные переговоры, зачастую носившие не просто представительский характер. Умение ладить с очень разными лидерами самых экзотических стран, безусловно, предопределило сохранение Содружества в куда более адекватном виде, чем тот, в котором существует, например, наше СНГ.
Главным внутренним вызовом было взаимодействие с парламентом и набиравшими силу на протяжении всей второй половины XX века лейбористами. В этом плане отец оставил Елизавете не самое плохое наследство в виде возвращения к власти в октябре 1951 года консервативного кабинета, возглавляемого дружественным ему Уинстоном Черчиллем. И более того, королю удалось вернуть себе право давать советы премьеру (хотя бы при консервативном кабинете).
Елизавета II, несмотря на свой юный возраст, достаточно активно пользовалась этим правом вплоть до 1964 года, когда к власти пришел первый за время её правления лейбористский кабинет. А в 1965 году, оказавшись в оппозиции, консерваторы отказали королеве в праве назначать лидера партии, тем самым лишив ее и права назначать премьер-министра в случае победы консервативной партии.
По мнению одного из наиболее авторитетных российских исследователей британской монархии в ХХ веке, доктора исторических наук Галины Остапенко, демократический и по существу республиканский принцип государственного устройства в конце концов должен был вступить в конфликт с олигархическим методом выбора лидера крупнейшей политической партии. Монархия потеряла последний рычаг своего непосредственного воздействия на политику. Тем не менее сохранились влияние суверена, основанное на почитаемой подданными монархической традиции, и его лоббистская функция, зависящая от авторитета конкретной личности главы государства. Не утрачены и признанные права монарха: быть информированным, награждать и советовать. И самое примечательное, по мнению исследователя, – это то, что британская корона неоднократно доказала свою способность адаптироваться и в какой-то степени врастать в демократическое устройство общества.
Не смутилась Елизавета II и перед лицом «лейбористской угрозы». Она, сохраняя свои симпатии к «старой гвардии» тори, сумела установить хорошие личные контакты с лидерами «левых». Конечно, доставалось ей от радикально настроенных лидеров оппозиции и по поводу якобы «унижающих их» дворцовых церемоний, и по поводу монархического принципа как такового. Но лидеры партии, такие как Гарольд Вильсон и Тони Блэр, прекрасно понимали, насколько велика роль монарха в Великобритании и как важно считаться с мнением этой уже немолодой женщины.
Интересно, что впоследствии наибольшие трения возникли у Елизаветы II именно с лидером консервативной партии Маргарет Тэтчер. Двум «железным леди» тяжело было ужиться на одном острове, искры вспыхивали чаще, чем при других премьерах. Наиболее болезненным был внешнеполитический вопрос, и в частности поддержка «режима апартеида», сторонницей которого отчасти являлась Тэтчер. Елизавета II как глава Британского Содружества, в которое входило большинство бывших африканских колоний, понимала, что её «подданные» (она до сих пор остается формальной главой целой группы африканских стран) не оценят поддержки «расистского режима» и что этот кризис может поставить на Содружестве жирный крест.
Ну и, наконец, меняющееся отношение подданных Великобритании к роли монархии тоже оказалось не из простых испытаний, выпавших на долю Елизаветы II. В условиях быстро меняющихся общественно-политических реалий королеве пришлось немало сделать, чтобы британская монархия не заработала имидж устаревшего института. За 54 года своего правления королева весьма успешно демонстрировала внимание ко всем своим подданным.
Королева за 50 лет сделала британскую монархию максимально открытой и доступной для своих подданных, не упуская ни одной возможности, не пропуская не одного важного мероприятия, даже такого «простонародного», как футбол (уже после коронации в 1953 году она посетила финал Кубка Англии – важнейшее ежегодное мероприятие в футбольной жизни страны). Она же вручала в 1966 г. своей сборной Кубок Мира. Все британские тренеры, добившиеся побед в международных турнирах, удостаивались рыцарского звания: сэр Мэтт Басби и сэр Алекс Фергюсон (за победы клуба Манчестер Юнайтед в 1968 и 1999 годах соответственно в главном европейском клубном турнире); сэр Альф Рамзей (за триумф сборной на Чемпионате мира в 1966 году); сэр Бобби Робсон (за совокупность заслуг перед британским футболом).
Рыцарских званий удостаивались и другие любимцы британской публики, причём не только спортсмены. Вручение рыцарского звания известному певцу Элтону Джону (известному своей нетрадиционной ориентацией) – было, наверное, одним из самых смелых шагов Её Величества.
При этом королева всегда подчёркивает, что жители Альбиона не являются её единственными подданными – так, перед финалом Кубка Мира по регби 2003 года, в котором встречались команды Англии и Австралии, она направила одинаковые пожелания удачи обеим командам, несмотря на то что для англичан это противостояние было сверхпринципиальным.
Королева никогда не пропускает конные бега в Аскоте и цветочное шоу в Челси. Её резиденции (а точнее, дворцы и замки) открыты для посещения широкой публики (исключение составляет Букингемский дворец и несколько частных владений).
Одна из самых богатых женщин мира, Елизавета II и её семья часто становятся патронами различных благотворительных мероприятий. В центре внимания королевы, несмотря на ее преклонный возраст, оказываются все крупные юбилеи и государственные праздники.
Если обратиться к истории Великобритании, то роль королев в этой стране переоценить трудно. Женщины на британском троне (прекрасная тема для специалистов по модной в наше время гендерной истории) исправно демонстрировали твердость и политическое благоразумие, несмотря на жесточайшие условия, в которых они оказывались. Главной объединяющих их чертой можно назвать появление на троне в результате острых династических кризисов. Королева Елизавета II отчасти повторила судьбу своих предшественниц.
В XVI веке сестры Мария и Елизавета после смерти своего не совсем адекватного отца Генриха VIII и болезненного брата Эдуарда VI остались в незавидной ситуации конфликта с половиной Европы и религиозного раскола внутри страны. Марии I так и не удалось решить эти противоречия в силу нескольких причин, среди которых не последнюю роль сыграло её здоровье, но железной воли ей вполне хватило для того, чтобы реставрировать католичество, «попранное» её отцом. Елизавета I (последний представитель династии Тюдоров), о которой написано немало, сумела не только переломить католический реванш, но и вернуть Англии место среди великих держав, консолидировав аристократическую элиту и народ (в конце концов, руку к некоторым важным её победам приложил именно выходец из народа, «пират Её величества» - сэр Фрэнсис Дрейк).
Королева Анна также была последним монархом династии (Стюартов) и тоже оказалась на престоле в результате опрометчивой политики Якова II и Якова III (так и не вступившего на престол), пытавшихся реставрировать католичество. Последовавший за Славной революцией запрет на католических монархов сделал внучку Якова II королевой. Правда, в отличие от остальных, Анна правила недолго, и влияние её на политику было не так велико.
Зато королева Виктория и её правление не могли не послужить достойным примером для Елизаветы II. Её прапрабабушка оказалась на престоле после 60 лет правления «не совсем вменяемого» деда Георга III, а также 20 лет правления его сыновей (дядей Виктории) Георга IV и Вильгельма IV. Вызовы, которые бросила ей эпоха, сейчас кажутся титаническими, и уж заведомо непосильными для восемнадцатилетней девочки. Но железная воля, упорство и принципиальность, сочетающаяся с фантастической для монарха политической гибкостью, позволили ей добиться того, что эпоху строительства империй в Британии назвали в её честь.
Всем предшественницам Елизаветы II, благодаря сильным личными качествами, удавалось не только спасать репутацию монархии, подрываемую предшествующими кризисами, но и в ходе своего правления решать сложнейшие внутри- и внешнеполитические задачи.
Что касается главного содержательного отличия правления царствующей королевы от ее великих предшественниц, то можно смело сказать – Елизавета II стала настоящей бабушкой не только для своего венценосного семейства, но и для всей британской нации (предшественницы всегда были монархами, чья божественная власть признавалась народом, но родными они для нации не могли быть по определению).
Можно долго говорить, что Королева-мать (мать Елизаветы II), которая, будучи ровесницей XX века, в итоге пережила его на год, была куда ближе к народу, или что принцесса Диана снискала куда больше народных симпатий. Но уникальность Елизаветы II в том, что она не пыталась быть ни плохой, ни хорошей, – она была и остается сочетанием твёрдости (которую порой принимают за чёрствость), упорства (которое порой принимают за упрямство), уверенности (которую порой принимают за снобизм) и уравновешенности (которую порой принимают за безразличие). Таков удел всех бабушек (даже бабушки целой нации) – они пристают со своими правилами, этикетом и прочими «занудствами», заставляют нас пить горькие лекарства (причём ровно столько, сколько положено), следят, чтобы из дома не пропала какая-нибудь важная вещь, чтобы все были сыты и здоровы.
God save the Babushka!