Сбежавший рейтинг ищет хозяина

Власть сегодня не очень-то популярна у граждан России. Последние замеры Фонда «Общественное мнение» (ФОМ) фиксируют, что рейтинг доверия, в частности, Владимиру Путину в последний год колеблется на уровне минимальных с 2003 года значений и никак не демонстрирует тенденции к росту.

Согласно последним замерам от 18 ноября, рейтинг доверия Путина составлял 42 процента. Не доверяет Путину тоже довольно значимое число респондентов — 22 процента, «доверяющих отчасти» - 30 процентов. Доверие на уровне 42 процента социологи фиксируют в этом году в третий раз (предыдущие - в августе и самом начале ноября), и это ниже, чем в прошлом году и за все время с 2003 года.

Не может похвастаться ростом рейтинга и «Единая Россия». «Партии власти» на момент последнего замера доверяли всего 40 процентов опрошенных, не доверяли даже чуть-чуть больше — 41 процент. Процент недоверяющих ЕР превышал число доверяющих за последние годы только год назад — в декабре 2011-январе 2012 года — на пике поствыборных политических страстей.

Фото: Даниил Овчинников/sostav.ru

Электоральные рейтинги Путина и единороссов немного выше. Если бы выборы состоялись сейчас, то Путин мог бы претендовать на 46 процентов голосов (меньше было накануне думских выборов — 43 процента), за «Единую Россию» собирались бы проголосовать 42 процента.

Результаты выборов (в декабре, марте и октябре) в среднем по стране рисуют куда более благостную для кандидатов от власти картину. Владимир Путин набрал в марте более 60 процентов голосов при рейтинге доверия в 53-55 процентов, «Единая Россия» в декабре 2011 года - почти 50 процентов, заслужив на тот момент доверия примерно 40 процентов респондентов.

Электоральный парадокс (больше половины не доверяет, но даже в этом случае голосуют за власть) не стоит списывать исключительно на хитрые манипуляции федеральных и региональных властей. Конечно, манипуляции имеются, но ведь и социологам окончательного доверия нет. Тот же ФОМ многие полагают конторой, не чуждой интересов власти, и результаты его исследований в этом контексте считают более благосклонными по отношению к «партии и правительству».

Да и манипуляции свидетельствуют, прежде всего, о том, что власть посредством административных рычагов затягивает на участки лоялистов, а остальных старается от процесса выборов по возможности изолировать или же мотивировать голосовать за ее представителей. Последние региональные выборы, скажем, прошли при довольно низкой явке и именно это сработало на пользу кандидатов от власти, почти повсеместно победивших альтернативных кандидатов. Кое-где (например, в Нижнем Тагиле) так и вовсе с оглушающим преимуществом в виде отрыва кандидата от власти в 90 (!) процентов от ближайшего преследователя-коммуниста).

Срабатывает, помимо административных ухищрений, властной пропаганды и откровенных фальсификаций, по всей видимости, еще и фактор отсутствия приемлемой альтернативы. Вроде бы при антирейтинге ЕР равном рейтингу в политическом поле и, вероятно, парламенте, должна быть как минимум сильная коалиция оппозиционных сил, по всей видимости, лево-популистского толка. Но такой на поверку не обнаруживается. Более того, недовольный властью избиратель, скорее, предпочитает на выборы не ходить.

Не в последнюю очередь в отсутствии альтернативы виноваты сами оппозиционные политики — как представленные в парламенте, так и не представленные. Думская оппозиция представляет из себя довольно унылое зрелище: ЛДПР голосует солидарно с единороссами едва ли не по всем принципиальным вопросам, КПРФ имитирует оппозиционность преимущественно по «антинародным темам», не демонстрируя никаких амбиций, эсеры и вовсе собраны по принципу «всякой твари по паре» и по сути устойчивой политической силой с внятными и общими представлениями о политике не являются.

Непарламентская оппозиция еще краше эсеров — количество людей, претендующих на звание политика, тут еще выше, а идеологический спектр — шире. При этом донести до аудитории простую мысль «мы реальная альтернатива власти» оппозиция (непарламентская, парламентская просто этого делать не хочет), при всем желании отдельных ее представителей, на сегодня явно не способна. Например, пафосный проект «выборы в КС оппозиции» потенциальные избиратели просто не заметили.

По данным «Левада-центра», протестные акции оппозиции в октябре (опрос проводился 19-22 октября, то есть параллельно с выборами в КС) однозначно поддерживали 8 процентов опрошенных, «скорее поддерживали» - еще 22 (а месяцем ранее — и вовсе 13 и 26 процентов). О желании принять участие в таких акциях говорили в октябре 15 процентов опрошенных. То есть: потенциальный «электорат» «объединенной оппозиции» составлял на то момент от 15 до 30 миллионов по стране. Или даже больше. На вопрос о системе власти 20 процентов ответили, что требуется решительная смена этой системы, еще 37 процентов выступили за последовательные реформы, которые власть проводит, но «медленно и непоследовательно». Благодатная почва для работы на фоне стагнирующих и даже снижающихся рейтингов представителей власти.

Вот только выборы в Координациный совет оппозиции в качестве способа что-то изменить россиянами не были восприняты. 75 процентов опрошенных просто сказали, что ничего об этих выборах не знали. Еще 17 — что-то слышали, но не знали в чем суть, и лишь 2 процента «внимательно следили за развитием событий». Получается, что известить о «Самых Главных Выборах» оппозиционеры не смогли даже половину потенциального электората.

От падения рейтингов власти, таким образом, для всякой оппозиции в России сегодня нет почти никакой пользы. Разве только и виде дополнительных мандатов для прошедших в Думу партий и фиксации символического политического капитала для отдельных «лидеров Болотной». Наверно, всех устраивает такая ситуация или же просто никто не хочет ничего делать. Устраивает ли такая ситуация те 40 процентов, что, по данным ФОМ, не доверяют «Единой России» - большой вопрос.