Нефтяное иглоукалывание

Для российской нефтянки 2006 год не стал ни годом прорыва, ни годом неожиданных потерь. Мировые тренды то обнадеживали нефтяников, то повергали в смятение. Ни один из процессов, которые наблюдались в предыдущие годы, не завершился. Обращать внимание на нефтяную отрасль может быть и не стоило, если бы не одно обстоятельство – российская экономика прочно сидит на «нефтяной игле». И чувствует себя настолько комфортно, что слазить не собирается. А не исключено, что в ближайшие годы придется.

Ах, цены! Ээх, цены..

Вчера Совет Федерации утвердил бюджет страны на 2007 год. Бюджет рассчитывался, исходя из среднегодового курса 26,5 рубля за доллар и прогнозной цены на нефть $61 за баррель. Документ отличается от предыдущих финансовых планов очередным и довольно значительным увеличением расходов на социальные нужды.

При этом министр финансов Алексей Кудрин пообещал, что расходы бюджета не будут сокращены, даже если цена на российскую нефть окажется ниже запланированного уровня. «Если цена будет ниже $61 за баррель, то это отразится только на пополнении стабилизационного фонда», – сказал он.

Ранее Кудрин говорил, что возможно только кратковременное снижение мировых цен на нефть, а в долгосрочной перспективе они будут только повышаться. Пока что повышению цен на нефть способствуют политические проблемы в таких регионах как Ирак и Нигерия. Прогнозы российских финансовых ведомств напоминали заклюнания – «все будет хорошо, нефти будет много и она будет дорожать».

Весной, в разгар противостояния Запада с Ираном, некоторые российские эксперты говорили, что, если ситуация будет обостряться, в этом году рынок может увидеть уровни $90-100 за баррель. Аналитикам тоже хотелось размышлять в том же «фарватере», что и большим финансовым чиновникам.

Реальность россиян подвела – уже летом цены на нефть стабилизировались, а потом начали снижаться. За последнее полугодие нефть значительно подешевела: в июле баррель стоил почти $80, осенью – менее $60. Снижение мировых цен на нефть уменьшило стоимость контрактов на поставку сырья в России на 40%. Российский бюджет наполняется за счет нефтегазового сектора приблизительно на 50 процентов (это и экспортные пошлины, и налоги нефтегазовых компаний).

Пытаясь противостоять падению цен, Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК) в октябре приняла очередное и вполне предсказуемое решение о сокращении добычи (на 1,2 миллиона баррелей в сутки). Рынок традиционно вяло отреагировал на заявление организации – к ним все привыкли.

Эксперты считают, что падение цен окажется долгосрочным и продолжится в 2007 году. Наиболее скептические эксперты объявили даже, что в перспективе на 5-7 лет неизбежен момент, когда нефть будет стоить менее $20 за баррель. Простое объяснение заключается в том, что рост экономики США, главного мирового потребителя нефти, замедляется, а значит, в перспективе сократится и спрос на топливо. Да и страны, не входящие в ОПЕК, планируют увеличить добычу (в том числе и Россия). Однако помимо этого есть и то обстоятельство, что биржевая «мода» на растущую нефть проходит. Вопрос на сегодня лишь в том, насколько

Россия привыкла к высоким (и постоянно растущим) ценам на нефть. И напрасно весь прошлый год повторял как заклинание экс-советник президента Андрей Илларионов, что нефтяная игла и разные нехорошие болезни для страны вредны. Умом понимаем, а хочется, чтобы было $100 за баррель. Теперь российским нефтяникам придется уменьшить аппетиты в свете потенциального снижения мировых цен на нефть. Отчасти тенденция уже прослеживается – на днях ЛУКОЙЛ (в лице дочерней структуры «ЛУКОЙЛ Оверсиз») пригласил в партнеры по разработке ряда казахских месторождений Лакшми Миттала. Мотивация компании не совсем ясна, но укладывается в рамки «затягивания поясов». Это при том, что чистая прибыль компании за первые 9 месяцев «нефтяного года» составила порядка $4 млрд.

Сдается, что катастрофы не произошло и произойдет. Падение мировых цен на нефть (причем, вариант с долгосрочной перспективой такого развития событий не исключается) заставит нефтяников задуматься, как развивать бизнес, кому продавать и какие продукты. До недавнего времени таких вопросов перед российской нефтянкой не стояло – было выгодно «гнать на Запад» сырую нефть. Теперь ситуация может измениться. Место «Запада» потенциально может занять емкий рынок Дальнего Востока и Юго-Восточной Азии, сырую нефть давно хотелось бы заменить нефтепродуктами. Кроме того, растет и внутренний рынок потребления нефтепродуктов. Однако везде какие-то «мелочи» мешают структурным изменениям в российской нефтянке.

Нефть nach Osten

Прежде всего одним из очевидных трендов года стал давно ожидавшийся поворот российской нефтянки на Восток. Заглядывались на китайский и японский рынок нефтяники давно. Потом дело было заморожено – трубу без госучастия компаниям строить не разрешили, власти, взявшие на себя после «дела ЮКОСа» нелегкий труд контроля над отраслью, долго думали, как бы «поинтереснее» реализовать восточный проект.

В результате было принято решение увеличить поставки энергоресурсов в страны Юго-Восточной Азии до объема, сопоставимого с поставками на рынок Европы. В Росэнерго отмечают, что ситуация для России на азиатском рынке нефти очень выгодна и цены на российскую нефть там на 5-10% выше, чем на европейском рынке. В России надеются, что на рынке Юго-Восточной Азии намного проще выйти на конечного потребителя и торговать не сырьем, а нефтепродуктами и нефтехимическими товарами. Причем речь идет не только о Китае и Японии, но и Южной Корее, Индии и Таиланде.

Оказалось, правда, «по простому» договориться все равно не получится – слишком много интересов сплелось вокруг строительства трубопроводов и продажи нефти на Дальний Восток. Все российские телезрители в этом году наблюдали захватывающий, но странноватый капустник под названием «нефтепровод «Восточная Сибирь–Тихий океан»» (ВСТО). Труба как-то не так должна была пойти в обход Байкала. В результате ее удлинили то ли километров на 400, то ли еще больше. К вящему удовольствию строителей и неудовольствию нефтяников. По госканалам показали как президент лично отодвигал трубу несколькими росчерками маркера по карте. Вспоминалась телевизионная реклама пивного бренда (времен когда реклама пива еще не была загнана в телевизионные «резервации»), где государь-император решал судьбу ВСЖД таким же образом, испытывая непреодолимую тягу к бокалу с пивом.

В борьбу за дальневосточное направление вмешались – помимо строителей и «Трасннефти» - и железнодорожники (сейчас именно они осуществляют поставки нефти в Китай). Предполагалось, что в Китай пойдут все 30 миллионов тонн нефти первой очереди ВСТО. Однако потом оказалось, что ответвление от первой очереди строящегося нефтепровода в Китай будет рассчитано на 14 миллионов тонн, а остальные 16 миллионов тонн будут транспортироваться по железной дороге в направлении дальневосточных НПЗ и на экспорт через терминал в Казьмино. В октябре глава Минэкономразвития Герман Греф и вовсе заявлял о возможности строительства железнодорожной ветки от Сковородино до Китая вместо планируемой нефтяной трубы. Хотя эксперты говорят, что труба гораздо удобнее непосредственно нефтяникам, особенно учитывая тот факт, что общая длина ответвления до Китая составит всего несколько десятков километров.

Сейчас государственная «Транснефть» и Китай ведут подготовку технико-экономического обоснования проекта нефтепровода-ответвления от первой очереди строящегося нефтепровода «Восточная Сибирь-Тихий океан», по которому в Китай будет поступать 14 миллионов тонн, еще 16 миллионов тонн будут транспортироваться по железной дороге в направлении дальневосточных НПЗ и на экспорт через терминал в Казьмино.

Впрочем, дальневосточные НПЗ загружены едва ли не до предела, а строительство новых НПЗ на Дальнем Востоке пока не осуществлено, а когда будет осуществлено – непонятно. Так что большой разворот на Восток все еще остается делом будущего.

Недопродадим, но переработаем!

Если на Дальнем Востоке НПЗ придется, видимо, строить, то в европейской части России и ближайшем зарубежье можно еще купить что-то готовое. Весь прошлый год прошел в обсуждении – кому достанется наследство ЮКОСа, в особенности переработка. Банкротство нефтяной компании (процедура шла практически весь год) значительного внимания само по себе большого внимания не привлекло, как и многочисленные иски к «дочкам» компании Невзлина-Ходорковского. «Наследниками» ЮКОСа поспешили объявить себя практически все крупные нефтяные компании России.

Особенно острой получилась борьба за бывший юкосовский актив – литовский нефтеперерабатывающий завод Mazeikiu nafta. Актив очень хотела получить «Роснефть», которая до этого уже овладела главной «дочкой» опальной нефтекомании «Юганскнефтегазом». Наряду с «Роснефтью» на актив также претендовали «Лукойл» и ТНК-ВР, но вынуждены были уступить («развели» российских нефтяников, как говорят, на самом верху). Однако в итоге Mazeikiu nafta достался польской PKN Orlen. Вскоре после этого на российской нефтепроводе «Дружба», по которому на идет нефть на литовский НПЗ, случилась авария. В Вильнюсе тогда заявили, что это была своеобразная месть с российской стороны за проигранную Mazeikiu nafta.

«Роснефть», впрочем, не отчаивается, планируя занять больше $20 млрд на скупку активов ЮКОСа в России. Если, конечно, удастся договориться с вездесущим «Газпромом» и амбициозным "Сургутнефтегазом".

Основные тренды предыдущих лет в переработке сохраняются. Активно продавая нефть за рубеж, российские компании продолжают испытывать серьезные трудности с ее переработкой и производством нефтепродуктов. К этим проблемам относится низкая глубина переработки нефти в сравнении с НПЗ развитых стран, низкая загрузка производственных мощностей НПЗ – около 70%, износ основных фондов и невысокое качество основных видов нефтепродуктов (особенно по экологическим характеристикам), что делает их неконкурентоспособными на мировом (прежде всего европейском) рынке. В результате российские нефтепродукты продаются с большим дисконтом.

Эксперты отмечают, что Россия располагает крупнейшими в мире (после США, Японии и Китая) масштабами нефтепереработки, но имеет низкую глубину переработки нефти, которая в развитых странах составляет 85–95%. Вследствие этого на наших НПЗ ограничена возможность выработки моторных топлив.

Разговоры об увеличении доли нефтепродуктов и снижении доли сырой нефти в экспорте велись весь год, но так и остались разговорами. Стоит предположить, что 2007 и даже 2008 год ситуация значительно не изменится. «Нефтяная игла» останется по преимуществу именно нефтяной, а не, например, бензиновой.

Оптом и в розницу

Впрочем, бензин – это болевая точка и для нефтяных компаний, и для значительной части россиян. При стремительном росте уровня автомобилизации (связан, как считается, с увеличением доходов граждан) все большее внимание приобретает рынок бензиновой розницы.

После «бензиновых кризисов» 2005 года ожидалось, что скачкообразный рост продолжится и в 2006 году. Однако несмотря на отказ нефтяников от заморозки цен на продукты переработки, цены планомерно повышались, то отставая от инфляции по темпам роста, то внезапно ликвидируя «навес». Так, скачок розничных цен на бензин в конце августа вызвал всплеск возмущения потребителей. К тому времени заканчивалось действие «ценового соглашения» с руководителями крупнейших нефтяных компаний, и ничего другого, кроме повышения застоявшихся за полгода цен на топливо, ждать не приходилось.

Возрастающий интерес крупных нефтяных компаний к рознице – один из основных трендов последних лет. В России сейчас работают свыше 20 тыс. АЗС. Пятерка крупнейших российских нефтяных компаний - "ЛУКОЙЛ", ЮКОС, "Сургутнефтегаз", ТНК-ВР и "Газпром нефть" - напрямую контролирует порядка 20% рынка, однако с учетом франчайзинговых сетей их доля приближается к 25%. И наблюдается тенденция увеличения доли крйпнейших компаний на розничном рынке.

При общем числе АЗС в России в 2005 году 20-22 тыс. единиц количество независимых АЗС составляет 14-16 тыс., или около 70%. Так что по-прежнему основную долю рынка занимают независимые АЗС. Причем крупнейшие независимые сети располагаются в северо-западном регионе.

Неудивительно, что за петербургский рынок розницы нефтепродуктов и развернулась наиболее динамичное противостояние. На рынке попытались активизировать свою деятельность сразу ЛУКОЙЛ, «Газпром нефть» и ТНК-ВР. ТНК-BP заявила о планах построить в течение трех лет в Санкт-Петербурге 60 новых автозаправочных станций, в начале августа 2006 года на торгах в Фонде имущества Петербурга другому нефтяному гиганту "ЛУКОЙЛУ" достались 30 участков. Также 30 участков получила в Питере «Газпром нефть». Независимые АЗС подают протесты, но направление развития обозначено довольно четко – в России становится меньше независимой розницы.