Темный принц Кремля

Владислав Сурков — этоодин из самых загадочных и влиятельных персонажей в современной российскойполитике. Он стал членом администрации президента в 1999 г., а сейчас у негополномочия первого заместителя руководителя администрации, и в его ведениинаходятся внутриполитические вопросы. Он считается главным автором проекта,который в обиходе называют «управляемой демократией» - административноеуправление партийной и избирательной политикой. Кроме того, именно этатаинственная личность, очевидно, опубликовала под псевдонимом роман, а потомнаписала на него рецензию (не совсем одобрительную) под другим псевдонимом. Каки многие другие представители современной российской элиты, он считает себяотчасти интеллектуалом — существует целый сборник его статей.

Его официальная биографиясообщает, что он родился 21 сентября 1964 г. в селе Солнцево Липецкой области.Однако в июне 2005 г.он сказал в интервью, что его отец, Андарбек Дудаев, - чеченец (не состоящий вблизком родстве с тогдашним президентом Чечни Дудаевым), а мать – русская. Летдо пяти он жил в чеченском селе Дуба-Юрт и в Грозном, а затем его родителиразвелись, и он переехал с матерью (Зинаидой Сурковой) в Липецкую область,после чего его фамилия сменилась на материнскую, а звать его стали неАсланбеком, а Владиславом. Окончив школу, он учился в Московском институтестали и сплавов, но не доучился, потому что его призвали на военную службу,которая в то время была принудительной. С 1983 по 1985 гг. он служил всоветской армии – по официальным данным, в артиллерийской части в Венгрии. Но втелеинтервью 12 ноября 2006 г.бывший министр обороны Сергей Иванов заявил, что Сурков служил в ГРУ. В конце1990-х гг. он учился в Международном университете в Москве, где получил степеньмагистра экономических наук.

Он был в составе командыМихаила Ходорковского на ранних этапах существования банка «Менатеп», который в1994 г. купил контрольный пакет акций нефтяной компании ЮКОС. В период между1992 и 1997 гг. Сурков входил в состав совета директоров «Менатепа». Сурковруководил рекламой и разрабатывал кампанию для Ходорковского, благодаря которойтот стал знаменитым. Одновременно с этим он был правительственным консультантомпо связям с общественностью. Его способность балансировать между бизнесом игосударственной службой в последующие годы стала его визитной карточкой. В1998-1999 гг. Сурков перешел работать в «Альфа-банк»; Вероятно, этомупредшествовала ссора с Ходорковским из-за распределения долей в растущихдоходах ЮКОСа.

В начале 1999 г. новыйруководитель администрации Александр Волошин взял его на работу в администрациюпрезидента. С этого момента он уже шел вперед, не оглядываясь. В августе 1999г. его назначили заместителем руководителя администрации президента, и,находясь в этой должности, он стал главным идеологом при Владимире Путине,когда тот получил власть, после того как Борис Ельцин 31 декабря 1999 г. ушел вотставку. В течение всего первого десятилетия XXI в. (и вплоть до настоящегомомента) главной обязанностью Суркова было руководство в области связей собщественностью. Он занимался этим с большим удовольствием – помогалперестраивать политическую арену (для этого он вмешивался в изменениезаконодательства, касающегося регистрации партий), а затем в деталяхконтролировал избирательный процесс и мониторил СМИ. В этом смысле он один изтех, кто больше всех способствовал уничтожению независимой общественнойдискуссии и политического плюрализма, который буйствовал в 1990-е гг.

Когда 8 мая 2008 г. президентом сталДмитрий Медведев, Суркова повысили в должности, и он стал первым заместителемруководителя администрации президента. Это означало, что демократия в России идальше будет «управляемой». Его главным козырем было создание и спонсированиеЕдиной России - партии, на которую опирается режим. Он также принимал участие всоздании «Справедливой России» - левоцентристской социал-демократическойальтернативы правоцентристской «Единой России», но над этим проектом он работалс гораздо меньшим воодушевлением. С самого начала Сурков исходил из того, чтонастоящей свободы в мире нет и что все демократии на самом деле управляемые.Свобода, по его мнению, существует только в искусстве.

В январе 1997 г. Сурковдал интервью (оно вошло в сборник «Тексты 97-07»), в которомизложил свою глубоко государственническую позицию. Когда его спросили о том,начнется ли наконец экономический подъем, он ответил: «если у нас не появитсянастоящее государственное управление экономикой, не будет и экономическогоподъема». Он утверждал, что надо, как на войне, определить национальныеприоритеты, а затем нужна воля, чтобы добиваться своих целей. Направление сурковскоймысли угадывалось безошибочно, и это привело его к тому, что он стал одним изнаиболее красноречивых поборников путинской консолидации государства, а также главнымадептом понятия «суверенная демократия». Суркова можно назвать «демократическимгосударственником»; это значит, что он не из фракции «силовиков», которыесвязаны с силами безопасности и выступают за власть «железной руки» в том илиином варианте.

Хотя Сурков прошелвоенную службу в разведке, он не стал «силовиком», но он не стал и настоящим«цивиликом» (эта технократическая либеральная группировка обладает большойвлиятельностью в сфере формирования российской экономической стратегии). Вкачестве демократического государственника Сурков стал одним из главныхидеологов «суверенной демократии» - позиции, акцентирующей доминирующую рольгосударства в формировании общества и даже формально не провозглашающейнамерения следовать демократическим принципам. В результате режиму при Путинеудалось добиться «национализации элит» и маргинализации тех, кого Сурковназывал «оффшорной аристократией».

В систематизированномвиде взгляды Суркова изложены в речи, которую он произнес перед активистами«Единой России» 7 февраля 2006 г. Речь называлась «Суверенитет – это политическийсиноним конкурентоспособности». Он сказал, что над Россией нависает двоякаяугроза: «национал-изоляционисты», которые стремятся отойти от принятого вРоссии понимания гражданства безотносительно национальности; и те, кто хочетвернуться к так называемому правлению олигархов, которое сформировалось в1990-е гг., при поддержке доморощенных либералов и зарубежных спонсоров. Вконце 2006 г. он продолжил разработку понятия «суверенная демократия» в статье,которая называлась «Национализациябудущего – параграфы pro суверенную демократию». В ней он опять решалпроблему специфических предпосылок и форм демократии в России. Таким образом,Сурков одновременно и комментирует современную российскую политику, и принимаетв ней деятельное участие, определяя форму политической жизни.

8 июня 2007 г. Сурков произнесперед учеными РАН свою ключевую речь «Русская политическая культура.Взгляд из утопии». В ней он снабдил свой новый подход философскимиоснованиями: «Как бы ни изменилась организация государства, при всейнеопределенности его матрица останется неизменной благодаря национальномусознанию, <в котором> синтез преобладает над анализом, интуиция – надрациональностью, интеграция вещей над разделением на части» [1]. Результат, помнению Суркова, предопределен тремя главными свойствами российской ментальности:«стремлением к политической целостности и централизованной власти, идеализациейцелей и персонификацией политики» [2]. Власть в России вновь перешла кправящему классу с отчетливо патриотическими представлениями о том, как странадолжна развиваться, и это, разумеется, воскресило давнюю традицию национальногосамоутверждения за счет настоящих и воображаемых врагов. Вопрос не в том, насколькохороша эта политическая философия, а в том, каким образом она раскрываетмышление, присущее режиму. Сурков стал придворным философом, который взял насебя роль наподобие той, которую играл Михаил Суслов в СССР после смерти Сталинаили даже Константин Победоносцев при Александре III и Николае II. Его текстывыявляют внутренние убеждения режима.

Тема этой речи – та самаяидея, которую он провозглашал всё время, пока работал в администрациипрезидента: не бывает универсальной демократии, бывают только особенности,которые отражают традиции, политическую культуру и психологию страны. Онвыступал за централизацию власти, когда Путин был президентом, и его заявления,таким образом, способствовали уничтожению политического плюрализма иразнообразия. Его взгляды, конечно, противоречивы: он постоянно говорит онеобходимости централизованной власти и в то же время превозносит российскуютрадицию местного самоуправления (особенно земства, учрежденные при АлександреII); он также утверждает, что «целостность» совместима сконкурентоспособностью, и ее можно считать символом любой демократии. Крометого, в сферу его компетенции входит разработка динамической модели российскоймодернизации, но та весьма неуклюжая модель политического управления, которойон придерживается, препятствует модернизации.

В провозглашаемыхСурковым принципах суверенной демократии и в нападках на российскихинтеллектуалов, «для которых солнце встает на Западе», представленаспецифическая трактовка развития, получившая огромный резонанс в России сейчас,когда страна пытается сформировать свою политическую идентичность, чтобы она, содной стороны, была отчетливой, а с другой стороны, вписывалась в рамкисовременности. В опубликованных работах Сурков обсуждает эти темы, сопровождаясвои рассуждения игривым самоанализом, так что складывается впечатление, что онвоспринимает всё это не слишком серьезно. Это опасное сочетание. Можно боятьсяправителей, которые уверенны в себе, но когда власти начинают так шутливо относитьсяк своим полномочиям, маска сползает и легитимность падает.

[1] Автор сделал здесьнекоторое обобщение. В оригинале фраза такова: «Но как бы ни поменялся дизайннашего дома, главные его пропорции и отличительные черты предопределены, какмне кажется, фундаментальными категориями и матричными структурами нашей истории,национального самосознания, культуры»

[2] Оригинальный вариант:«На мой взгляд, названная фундаментальная данность наделяет российскуюполитическую практику как минимум тремя яркими особенностями. Во-первых, этостремление к политической целостности через централизацию властных функций.Во-вторых, идеализация целей политической борьбы. В-третьих, персонификация политических институтов».

Ричард Саква (Richard Sakwa) профессор Кентского университета (University of Kent, England),специализируется на российской и европейской политике.