Приключения костей

Идея проделывать что-нибудь с останками давно умерших людей чаще нас шокирует или как минимум кажется странной. Представляется очевидным, что тревожить кости умерших – занятие недопустимое. Между тем, этот постулат далеко не абсолютен. Чтобы продемонстрировать это, даже нет необходимости описывать экзотические погребальные ритуалы далеких народов. В нашем рассказе мы не будем покидать пределы Европы. А начнем с описанного этнографами у южных славян обычая вторичного погребения.

Вторичное погребение известно в южной Македонии, восточной Сербии, в некоторых районах Хорватии, Боснии и Герцеговине, Далмации, на северо-западе Словении. В македонском языке этот обычай называется раскоп, раскопување, откопување, раскопаљки, прекопавање, на болгарском – раскоповане, второ погребение, струване, спомен, на сербском – двоструко (двоjно) сахрањивање, поновно сахрањивање, састанак са покоjником, виђење с покоjником, словенское – prekopavanje, umivanje lobanje.

Детали обряда отличались в различных районах, объединяло их только эксгумация останков через некоторое время после смерти и проведение каких-либо манипуляций над костями. Выкапывали кости умерших через три, пять, семь, девять лет после похорон, реже позднее. Были места, где это делалось строго по прошествии определенного срока: выкапывали всех умерших через три года после похорон. В других местах обряд совершался только при повторном использовании могилы для нового покойника. Обычно это делали в поминальную субботу перед Великим постом, в субботу перед праздником Троицы, в Дмитровскую субботу.

Когда определенный традицией день наступал, родственники отправлялись на кладбище, раскапывали могилу и извлекали из нее кости умершего. После этого кости очищали, иногда мыли, иногда омывали вином. Затем складывали на полотно или в сосуд, несли в церковь. Череп часто украшали цветами. В некоторых местах кости относили на ночь в церковь. На следующий день вновь совершали погребение по церковному канону. Иногда кости помещали уже не в могилу, а в особое хранилище – костницу.

Объясняли обычай по-разному. Часто говорили, что это последнее прощание с покойным, выражение почтения и любви к нему. В других местах говорили, что обряд необходим, чтобы установить, не превратился ли умерший в вампира. Тогда, в случае, если после открытия могилы обнаруживалось неразложившееся тело, его сжигали или протыкали колом из боярышника. Если же сохранялась одна из частей тела, считали, что именно с нею связан грех, совершенный покойным. Если оставалась рука, говорили, что умерший ударил рукой отца или мать и т. п. В Сербии существовало даже проклятие: Да те земла не изеде «Пусть тебя земля не съест».

В варианте обычая, распространенном в Словении, манипуляции производились только с черепом, а не со всеми костями. Такое действие называли «умыть голову умершему». Во многих селах по обычаю дети омывали череп умерших родителей, а других это делали особые женщины, получавшие за это вознаграждение. Считалось, что если голову покойнику не помыли, земля его не примет, он станет являться живущим родственникам. У словенцев существовала даже поговорка: «Сын только тогда матери долг отдаст, когда после смерти моет ей голову».

Одно из самых древних свидетельств обычая извлекать покойников содержится в средневековом сербском юридическом памятнике «Законнике Стефана Душана» (1349 год). Там сказано: «И люди, которые с волхвованием достают (покойников) из могил и их сжигают; село, которое это сделает, пусть платит “вражду”; если же поп на это пришел, то да извергнется из священства». «Вражда» в данном случае – название штрафа, который обычно налагался за убийство. Интересно, что в данном случае упомянута деталь, не встреченная этнографами – сжигание тела (видимо, в случаях, когда оно не смогло истлеть за прошедшее время).

Еще одно свидетельство – житие сербского короля Милутина (1282–1321), где говорится, что через два с половиной года после его смерти «…стали являться разные чудесные знамения и видения на гробе его», тогда «…сам игумен, наложив на себя иерейское подобие, с почтенными и избранными чернецами, поя божественные песни, пришли к его гробу; раскопав тело, нашли тело его Божьей заповедью нетленное, ни один волос не упал с его головы. И тут славословили премилостивого Бога, который хранил его с молодости и не оставил и сейчас, но показал великую милость человеколюбия на его мертвом теле. Извлекли его тело из рва земляного и приказали сделать особый ковчег, взяли тело этого христолюбивого и понесли его с псалмами и песнями, поя надгробные песни с кадилами и благоуханными запахами, положили тело его в ковчег и поставили кивот пред иконой Владыки Христа, где лежит он по сей день вне дверей алтаря». В данном случае в соответствии с распространенной христианской традицией нетленность тела воспринималась как признак святости.

В Сербии для особо выдающихся умерших такой обряд проводился до XIX века. Например, в 1848 году в монастыре Крушедол были откопаны кости Атанасия Рашковича и Джорджа II Бранковича, омыли вином, уложили в небольшой деревянный ящик и снова похоронили. Часть исследователей, основываясь на документах о вторичном погребении знатных сербов полагает, что обычай этот относился только к князьям, а не к простым людям. Однако известно, например, различные законодательные акты, запрещавшие выкапывать мертвецов, показываются, что обычай был повсеместным. Запреты постоянно нарушались и вторичное погребение у южных славян наблюдалось и в XIX, и даже в XX веке. Самые поздние случаи отмечены в 1950-х годах.

По предположению В. В. Виноградова, со славянским обычаем вторичного погребения связано происхождения русского выражения перемывать косточки (встречающегося также в формах вымыть косточки, промыть косточки, перебрать косточки.

Корни этого обычая пытаются искать в дохристианских погребальных ритуалах славян. Вспоминают, например, летописное упоминание о посмертном крещении: «выкопали из могил двух князей, Ярополка и Олега, сыновей Святослава, окрестили кости их и положили их в церкви святой Богородицы» (1044 год). Но надо помнить, что вторичное погребение свойственно не исключительно славянам. Оно отмечалась в Румынии, у православных жителей Албании.

О наличии его в Греции рассказывает Е. Е. Голубинский в книге «История русской церкви»:

«У нас зарывают покойников в землю и в ней оставляют навсегда. В Греции не так: сначала зарывают покойников в землю, а потом через три года или через другой определенный, немного меньший, немного больший, срок кости их выкапывают из земли и кладут в особом помещении — кимитирии (koimētērion) или усыпальнице. Откапывание и положение костей в кимитирии составялет особый обряд, служащий как бы продолжением или довершением похорон: призывается священник и при пении им малой панихиды кости изъемлются из земли; быв вынуты, они обмываются водою и вином, слагаются в небольшой ящик и вносятся в церковь, где поется над ними заупокойная литургия и великая панихида; после этого относятся в кимитирий. Сей последний есть особый дом или домик или сарай при церкви, в котором имеются, во-первых, большая яма (по середине) или большой ларь для ссыпания костей людей бедных, во-вторых — шкалы с ящиками или полками для костей людей богатых, желающих хранить их особо (на черепах делаются надписи, кому они принадлежали и когда владельцы их умерли).

Когда обычай стал у греков более или менее общим обычаем, сказать не можем; но на Афоне он явился или начался когда-то до второй половины XI века... Если по прошествии трех лет разрывали могилу и находили тело не разложившимся и надутым, то это считалось признаком, что человек умер не разрешенным от клятвы: призывался архиерей или священник для разрешения, и тело снова зарывалось на некоторое время в землю.

У нас этот обычай вырывания останков умерших из могил принимаем был на более или менее продолжительное время в Печерском монастыре, к чему было также практическое побуждение в ограниченности его кладбищ, находившихся в его пещерах. Но чтобы он сколько-нибудь распространялся вообще в России, на это не имеем совершенно никаких указаний».

Костницы, или оссуарии, известны в целом ряде православных монастырей, в том числе в знаменитом монастыре святой Екатерины на Синае. Но теперь мы покинем мир православия и перенесемся к народам, исповедующим католицизм. У них мы тоже найдем интересующие нас примеры. Не станем даже подробно описывать массовые перезахоронения костей с кладбищ в парижских катакомбах, костницу в Седлице или капеллу костей в португальской Эворе. Расскажем о менее известной практике, которая называлась mos Teutonicus «тевтонский обычай».

Термин этот впервые употребил историк Бонкомпаньо (1165/1175 – после 1240), профессор Болонского и Падуанского университетов. Как сообщает этот автор, германские рыцари, участвовавшие во Втором крестовом походе, применяли этот способ, чтобы в случае смерти быть погребенными на родине, а не на чужбине. Он действительно был более популярен у немцев, тогда как французы и англичане предпочитали бальзамирование.

В чем состоял этот метод? Сначала тело умершего расчленяли. Затем погружали в котел с вином (вино предпочтительнее, но можно обойтись и водой, это дешевле и доступней). В котле части тела варились в течение нескольких часов, чтобы плоть отошла от костей. После кипячения остатки мышц отскребали от костей. Теперь кости были готовы к транспортировке на родину. Прочее можно было захоронить на месте или же засолить, как солили обычное мясо, и точно так же отправить в Европу.

Можно заподозрить некоторую непоследовательность в действиях крестоносцев. С одной стороны, они доставляли в Европу почву из Палестины, чтобы умершие на кладбищах покоились в святой земле. С другой, находясь непосредственно в Палестине, предпочитали быть похороненными в далекой Европе. Но надо помнить, что земля эта принадлежала тогда мусульманам, так что перспектива быть в ней похороненными многих пугала.

Известно, что обычай mos Teutonicus был использован, когда во время Восьмого крестового похода в Тунисе умер французский король Людовик Святой.

Смерть Людовика IX Святого

Другой выдающийся деятель, при погребении которого прибегли к такому способу, Бертран дю Геклен – коннетабль Франции, выдающийся полководец. Он погиб в 1380 году в Шатонеф-де-Рандон в Лангедоке, а похоронен был в аббатстве Сен-Дени. Сначала его тело было забальзамировано путем погружение в вино с пряностями. Внутренности извлекли и похоронили в церкви доминиканского монастыря в городе Ле-Пюи-ан-Веле. Но эта мера оказалась недостаточной, и через пару дней погребальный кортеж сопровождали многочисленные мухи, садившиеся на повозку с телом военачальника. Тогда и вспомнили о mos Teutonicus. Снятые с костей мышцы похоронили в монастыре города Монферран (ныне в черте города Клермон-Ферран). До Сен-Дени добрались только кости и сердце Бертрана.

Смерть Бертрана дю Геклена

В 1300 году папа Бонифаций VIII издал особую буллу De Sepulturis, где осудил и запретил mos Teutonicus. Но известно, что некоторые аристократы добивались права на такой способ погребения в порядке исключения (вспомним, что и Бертран дю Геклен умер на 80 лет позже этого запрета). Кстати, считается, что эта булла отрицательно повлияла на развитие науки в Европе, так как после нее врачам в университетах запрещали проводить вскрытия умерших, хотя папский запрет касался именно mos Teutonicus.

Если вторичное погребение на востоке Европы и «тевтонский обычай» на западе были вызваны заботой об умершем, как ее понимали его живые современники, то третий сюжет, о котором хотелось бы рассказать сегодня, связан с несколько утилитарным отношениям к останкам. Речь идет о так называемых «катакомбных святых». Катакомбы, откуда они происходят, римские, но самих святых следует искать в основном в Германии, Австрии и Швейцарии.

С возникновением протестантизма по германским землям прокатилась волна иконоборчества. Последователи Лютера не признавали поклонения изображениям святых, статуям, а также мощам святых. Когда часть земель вернулась в лоно католической церкви, оказалось, что в храмах не осталось реликвий, которым можно было бы поклоняться. Картины можно было написать новые, изваять новые статуи, но где взять мощи? Ответ на этот вопрос в Риме удалось найти. В городских катакомбах сохранились кости множества людей, которые наверняка были мучениками эпохи раннего христианства. Как раз в XVI веке эти катакомбы с тысячами скелетов были вновь обнаружены. Кости можно было оттуда извлечь и отправить в опустевшие храмы Германии в качестве святых для поклонения.

Святой Деодат, Райнау, Швейцария

Вспомним, что эпоха Контрреформации, это еще и время барокко. Поэтому скелеты, которые отправились выполнять столь важную миссию, были украшены с барочной роскошью. На них надеты золотые перстни, диадемы, расшитые золотом и украшенные драгоценными камнями облачения. В некоторых случаях процесс обмундирования нового святого занимал до трех лет. Иногда, правда, отсутствовал полный комплект костей, и скелеты получались сборными – из фрагментов, принадлежавших разным умершим.

Святой Бенедикт, Мури, Швейцария

Святым давали имена (естественно, никак не связанные с тем, как этих людей звали при жизни). Обычно это были «говорящие» имена: Феликс (Счастливый), Констанций (Постоянный), Бенедикт (Благословенный), Коронат (Увенчанный), встречается даже имя Инкогнитус (Неизвестный). Так что спустя много веков после смерти они обретали новую индивидуальность, почет и даже блистательные украшения, правда, им приходилось перебраться далеко на север от родного Рима. День их доставки на место назначения превращался в местный праздник.

Святые Грациан и Валентин, Вальдассен, Германия

Катакомбные святые занимали места не только в храмах. Состоятельные семьи, оплачивая транспортировку, могли приобрести реликвии для домашней часовни. Капитан швейцарской гвардии Иоганн Пфиффер отправил в XVII веке на родину из Рима 25 катакомбных святых.

Святой Фридрих, Мельк, Австрия

В XVIII и XIX веках, когда многие из таких реликвий были исследованы и объявлены подделкой, от них начали избавляться. Какие-то из катакомбных святых были захоронены. Избавиться от реликвий, происхождение которых сомнительно, прямо требовал указ короля Германии и императора Священной Римской империи Иосифа II. Некоторые скелеты были убраны со всеобщего обозрения в подсобные помещения. В подобном чулане в церкви швейцарского города Поррентрю, например, до сих пор хранятся останки, почитавшиеся под именем святого Фаустина.

Святой Феликс, Гарс-на-Инне, Германия

Но в некоторых храмах их можно увидеть и теперь. В 1803 году светские власти баварской деревни Роттенбух продали с аукциона скелеты, почитавшиеся как святые Примус и Фелициан. Однако местные жители спустя много лет собрали средства, выкупили их обратно и в 1977 году Примус и Фелициан торжественно заняли свои места в местном храме.

Святой Коронат, Хайлигкрёйцталь, Германия

В Мюнхенском храме святого Петра можно увидеть богато украшенный скелет святой Мундиции. Он был найден в римских катакомбах и доставлен в Мюнхен в 1675 году. Вместе с останками была найдена табличка, где указывалось, что Мундиция прожила 60 лет и «мирно отошла в вечность за 15 дней до декабрьских календ APC». Что такое APC неясно. Согласно документу, которым снабдили Мундицию в Риме, APC значит ascia plexa capita «обезглавлена топором», что указывает на мученическую смерть. Однако часть исследователей полагает, что APC – это Andronico Probo consulibus «в консульство Андроника и Проба», то есть в 310 году.

Святая Мундиция в церкви святого Петра в Мюнхене

Катакомбным святым посвятил книгу Heavenly Bodies: Cult Treasures and Spectacular Saints from the Catacombs (2013) американский писатель и фотограф Пол Кудунарис (Paul Koudounaris). Он потратил немало усилий, разыскивая эти скелеты в храмах Германии и Швейцарии, чтобы украсить свою книгу несколько пугающими фотографиями.