«Интеллигент – это человек, рефлексирующий о самом себе»

7 октября 2015 г. в рамках совместного цикла Университета КГИ и «Полит.ру» – «КГИ: идеи и лица» пройдет встреча-диалог с экономистом, публицистом, правозащитником, членом Комитета гражданских инициатив Ириной Ясиной на тему: «Размышления интеллигента: приспосабливаться или сопротивляться?». Мы поговорили с Ириной в преддверии встречи.

Тема предстоящей встречи-диалога формулируется как «Размышления интеллигента: приспосабливаться или сопротивляться?». Не могли бы вы пояснить, что в этом случае значит «интеллигент»? Теперь ведь это гораздо более размытое понятие, чем было в советское время.

В советское время под интеллигентом понимали вообще человека умственного труда. Не какие-то личные особенности, а этот род занятий. Сейчас, конечно, это не так. Я считаю, что интеллигент – это человек, рефлексирующий о самом себе, своем круге, своем поколении. Это может быть как угодно широко, в зависимости от образования и наклонностей конкретного человека. Но в любом случае, минимальное условие – это человек, который ночью, засыпая, или утром, в зависимости от пола, наводя макияж, критикует себя, спрашивает, оценивает свои поступки, то есть постоянно рефлексирует.

Склонность рефлексировать как-нибудь зависит от социального слоя или уровня образования?

Я бы сказала так: люди рефлексирующие в образованном слое встречаются чаще. Хотя, например, после того как случился «крымнаш», мне позвонила моя бывшая соседка по старой квартире, ныне работающая продавцом в магазине, и спросила с таким непередаваемым блатным говорком: «Мы какую-то фигню спороли с этим Крымом или я ошибаюсь?». Да, она продавщица в магазине, но она человек рефлексирующий. Она не принимает за чистую монету то мнение, которым ее пытаются накормить, а каким-то образом думает сама. Это такое прямостояние. «Вот я подумаю, - говорит человек, и составлю свое мнение, дам свою оценку». Интеллигент – это человек, который дает себе труд работать мозгом.

Не могли бы вы сделать небольшое предисловие к предстоящей встрече?

Как интеллигент, к коим я себя отношу, я начинаю рассуждать, отталкиваясь от самой себя: каким образом я прихожу к тому или иному выводу; какие источники и какие мнения для меня важны, а чье мнение я, как иногда бывает, откидываю с порога, но потом, по мере взросления и старения, стараюсь все-таки понять, почему человек так думает. Условно говоря, почему тем 86%, которые мы считаем последователями президента Путина (я не считаю себя последователем Путина), эта позиция мила? Почему они являются его сторонниками, а не сторонниками либеральных партий? Примерно в таком ключе пойдет разговор. Сначала на уровне собственного сознания, а потом я постараюсь поговорить об этом пошире. Начиная с каких-то собственных жизненных коллизий и проблем и заканчивая, если угодно, проблемами нашего народа, к которому я себя отношу, и плюс, конечно, теми цивилизационными изменениями, которые происходят на наших глазах.

В чем для вас смысл такого жанра – встречи-диалога с людьми примерно своего же круга?

Всегда полезно говорить с себе подобными. Хотя бы потому, что какие-то мысли легче кристаллизуются, какие-то термины проще проговаривать, когда ты не один. Если угодно, это такой мозговой штурм, попытка осмыслить то, что с нами происходит. Как известно, один ум хорошо, а два лучше.

Вы сейчас упомянули эти 86%. Это уже такой мем. Как вам кажется, он отражает какую-нибудь реальность или это больше фикция, или, например, вообще продукт не очень грамотно составленного соцопроса?

Я думаю, что примерно такая цифра и существует. Я несколько раз ходила к друзьям-социологам на фокус-группы, и я слышала, как в качественных исследованиях люди формулируют свои интенции, привязанности, преклонение перед кем-то. Я думаю, что это, с одной стороны, плоды пропаганды, которая массово используется в нашей стране, а с другой стороны, это результат истории, конечно, ибо империализм в мозгах у моих соотечественников – это совсем не сиюминутное явление. Лучшие из империалистов отдавали себе отчет в том, что наш империализм – это отчасти результат нежелания решать проблемы дома, внутри. И агрессия, устремленная наружу, - это отсутствие желания копаться в том, что может не принести таких плодов, как хочется. Об этом мы тоже будем говорить на встрече.

Где проходит граница между этим, условно говоря, «империализмом» и обычными человеческими потребностями в наличии пенсии, в нормальном медицинском обслуживании?

Если относить этот вопрос к ситуации здесь и сейчас, в которой мы находимся, то я думаю, что эта граница весьма и весьма далеко. Человеку можно поставить цель «потерпеть», потому что мы «страдаем вместе». Не в смысле прямо сильно страдаем, а в смысле, что наши враги хотят нас наказать, но они еще не знают, на кого они нарвались. Поэтому я думаю, что про пенсии и прочее обнищание нам предстоит услышать еще очень нескоро. Как теперь говорят, в битве холодильника и телевизора будет долго побеждать телевизор.