Леонардо да Винчи и его Вселенная

Издательство «Манн, Иванов и Фербер» выпускает в серии «Биография искусства» книгу Алессандро Веццози «Леонардо да Винчи и его Вселенная». В ней представлен не только обзор биографии знаменитого художника и его живописных работ, но также рассказывается о других сторонах творчества Леонардо да Винчи: его теоретических трактатах, архитектурных и инженерных проектах, его взглядах на медицину и даже на искусство приготовления пищи. Особый раздел в заключительной части книги посвящен истории «леонардизма», охватившего Европу в XIX веке, и формированию «мифа о Джоконде».

Книгу написал Алессандро Веццози – известный исследователь жизни и творчества Леонардо да Винчи, автор более двадцати книг и организатор сотен выставок, посвященных Леонардо да Винчи и эпохе Возрождения. С 1981 года Веццози стал ведущим исследователем Центра изучения Леонардо в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, также он предподавал в Университете Реджо-Эмилии. В 1973 году Алессандро Веццози основал Archivio Leonardisimi, где собираются различные материалы, связанные с Леонардо да Винчи и его произведениями. Ныне Archivio Leonardisimi стал частью «Идеального музея да Винчи» (Museo Ideale Leonardo da Vinci) в городе Винчи, который возглавляет Веццози. Недавно мы рассказывали о новом исследовательском проекте Алессандро Веццози, посвященном поиску ДНК Леонардо да Винчи.

С разрешения издательства предлагаем ознакомиться с фрагментом из главы, посвященной миланскому периоду жизни Леонардо да Винчи (1482–1499).

В 1482 году Леонардо отправился из Флоренции в Милан. Официальный повод — передать Лодовико Моро подарок Лоренцо Медичи — серебряную лиру, драгоценный музыкальный инструмент в форме головы лошади. Тридцатилетний мастер в роли посланника искусства оказал услугу Лоренцо Великолепному. Последний поддерживал славу Флоренции Медичи как культурной столицы, что благоприятствовало политике и экономике. Однако были и другие — истинные — причины для отъезда. Леонардо отправился в Милан в тревожном настроении.

Милан, «итальянские Афины»

В 1481 году папа Сикст IV предложил поработать в Ватикане флорентийским художникам, в частности Боттичелли, Перуджино, Пьеро ди Козимо, Гирландайо. Леонардо не пригласили. В его записях того времени заметен пессимизм. Флорентийская интеллектуальная среда, проникнутая гуманизмом, а значит неоплатонизмом, препятствует воплощению амбиций художника. Он полагает, что по-аристотелевски прагматичная Ломбардия — более благоприятное место для его экспериментов.

В раздробленной Италии Миланское герцогство — богатое, развитое и прогрессивное — вызывало зависть других государств. Миланская культура объединила готику и Возрождение. Могущественному городу не хватало первоклас с ных художников, и Лодовико Моро хотел превратить Милан в «итальянские Афины», создать здесь «Парнас» и соревноваться с Флоренцией, Мантуей, Феррарой, Урбино. Он не желал уступать Медичи, Гонзага, Эсте, Монтефельтро.

При дворе Лодовико Леонардо удостоен легендарного титула «флорентийский Апеллес» — так называли только великих художников. Он надеется получать плату за каждую выполненную работу и регулярное жалованье — это были бы идеальные условия для продолжения экспериментов, даже если мастеру пришлось бы устраивать торжества и украшать двор.

В 1482 году Милан воевал в союзе с Феррарой против Венеции. Военное искусство ценилось столь же высоко, как торговля и производство оружия. Это отражено в письме из десяти пунктов, которое Леонардо адресовал правителю Милана. В первых девяти пунктах он представляет себя главным образом как превосходного военного инженера. В мирное время да Винчи намерен работать как архитектор, гидротехник и, разумеется, как живописец и скульптор. Наконец, он воодушевлен проектом памятника отцу Лодовико — Франческо Сфорца. Художественные таланты Леонардо герцогу и так известны, поэтому мастер обращает особое внимание на свои инженерные знания и навыки, идеи изобретений, которые он мечтает воплотить.

Загадки и гармония

Достоверно не известно, отправил ли Леонардо свое письмо из десяти пунктов, но в Милан он прибыл. Судя по всему, его сопровождал музыкант Аталанте Милиоротти. Сам Леонардо обладал, как говорили, редким музыкальным талантом. Он виртуозно играл на лире, превосходно исполнял любую музыку, сам изобретал музыкальные инструменты и ставил фантасмагорические спектакли, чем восхищал миланский и французский дворы. В рукописях Леонардо представлены разработки механических барабанов, ветряных инструментов с клавишами, переносных виол, органов, флейт, волынок и даже автоматических и гидравлических систем для театральной машинерии со звуковыми эффектами. Невозможно полноценно восстановить музыкальные композиции: ноты первого миланского периода Леонардо чаще всего похожи на хитроумные загадки и ребусы.

Одна из главных тем да Винчи — гармония: гармония музыки и шума воды, гармония как эстетический принцип и баланс природных стихий, гармония как мера времени и основа космологии. Для Леонардо живопись — наука божественного происхождения, а музыка — ее «сестра». В своем парагоне[1] он пишет: «Живопись превосходит музыку и господствует среди искусств, потому что не умирает сразу после появления на свет, как несчастная мелодия». Для Леонардо глаза — это «окна души», и зрительные впечатления обладают преимуществом, так как влияют на восприятие других органов чувств. Мышление представляется системой контрапунктов и аналогий, и музыка — рациональная наука, одно из основных направлений творчества — изысканное, одновременно естественное и искусственное.

Первобытную, атавистическую силу музыки да Винчи описывает причудливыми загадками: «Ветер пронизывает звериные шкуры, и люди пускаются вприпрыжку» или «Звон в ушах заставляет плясать». Но прежде всего музыка позволяет «представить невидимое».

«Представление невидимого» в живописи

Первое известное произведение Леонардо, созданное в Милане, — «Мадонна в скалах». В этом композиционно сложном метафизическом полотне отражена эстетическая концепция, которую художник не смог вполне выразить в свой флорентийский период: «Поклонение волхвов» осталось незаконченным. «Мадонна в скалах» заложила основу стиля ломбардской школы да Винчи. Вся сцена погружена во мрак. Благодаря этому образы, на которые падает свет, выглядят воплощением высшей духовности.

«Мадонна в скалах» на протяжении двадцати пяти лет была предметом споров между Леонардо и миланским братством Непорочного зачатия, которые заказали образ для часовни церкви Сан-Франческо Гранде. Даже недавно найденные свидетельства не дают ответов на все вопросы. До момента исчезновения первого варианта (сейчас он в Лувре) картина провоцировала конфликты интересов. Известно об отсрочках платежей, сомнительных претензиях, судебных исках. Страсти поутихли после подписания соглашения об окончании работы (это уже второй вариант, который хранится в Лондоне), в котором оговаривается возможность изготовить копию. Леонардо принял заказ 25 апреля 1483 года. Он обязался дописать картину за семь с небольшим месяцев, однако документ о завершении работ датирован 23 октября 1508 года.

Эта картина — грандиозный синтез тем, наиболее значимых с точки зрения автора. Символика Леонардо сложна для понимания. Тайны и недосказанность породили бесконечные интерпретации: влажные и цветущие скалы в теле земли представляются и лоном, и хранилищем знания, озаренного метафизическим и эзотерическим сиянием с проблесками мистического лиризма и загадочности. Скалистая пещера и неприступные горы, исчезающие вдали, представляют Вселенную как геологический объект в пространственно-временной бесконечности. Это невидимая духовная сцена священнодействия. Здесь жесты застывают, чтобы запечатлеть момент становления истории человечества. Образы не соответствуют контракту 1483 года (следовало писать Богоматерь с младенцем между двумя ангелами и двумя пророками, но без святого Иоанна) — похоже, Леонардо намеренно пренебрегает каноном.

Особый интерес представляет брошь Богородицы. Это и своеобразный микрокосмос, и глаз, по-своему воспринимающий преломленный свет и глубокие тени. Некоторые композиционные линии пересекаются в лице Девы Марии, однако подлинный центр картины — брошь с двадцатью жемчужинами.

Первая мастерская Леонардо в Милане

В студии да Винчи работали его товарищи и ученики: Амброджо де Предис, Больтраффио, Салаи, Марко д’Оджионо, Франческо Галли по прозвищу Неаполитанец, «механик» Джулио Тедеско и другие. Здесь создавалась «Мадонна Литта», которую называют также «Кормящей Мадонной». Авторство Леонардо вызывает сомнения, несмотря на особенности композиции, ракурсы и символику: молоко и щегол (указание на будущие страдания). Работа выполнена в мастерской да Винчи в 1490-е годы. Но существовал ли оригинал, написанный Леонардо? Заметно сходство в деталях с лондонской «Мадонной в скалах». Идея, несомненно, принадлежит Леонардо. Это одно из типичных произведений его миланской мастерской, где индивидуальность авторских стилей уступает единой концепции и общей изысканной технике.

Новаторство в портрете

Две работы 1485–1490 годов: «Портрет музыканта» и «Дама с горностаем» — показывают, как глубоко Леонардо переосмыслил жанр портрета. В образе «Музыканта» легко узнать блестящие кудри Джиневры Бенчи, скульптурную анатомию святого Иеронима, и все это усилено новой психологической напряженностью, которая достигнет наивысшей выразительности в «Даме с горностаем». Можно отметить влияние северной школы, ломбардских портретистов и уникальное изображение действия: герой только что пел, он еще не перевел дыхание и не сменил жест. Сложно оспорить участие Леонардо в создании портрета, это подтверждают этюды и техника в целом. Возможно, ему помогал Амброджо де Предис.

Что касается «Дамы с горностаем», то достоверной информации об этой картине не было до начала XIX века, пока она не попала из Италии в Польшу, в коллекцию княжеского рода Чарторыйских. Даже после неудачных изменений этот портрет привлекает зрителя сильнее, чем «Джоконда». Движения персонажей «рифмуются»: в телах, развернутых в противоположные стороны, просматривается спираль. Это абсолютно новый прием в жанре портрета.

Человек без образования и «художник науки»

Через пять лет после приезда в Милан Леонардо решил упорядочить и переосмыслить свои теоретические и практические, художественные и технические знания. Теперь его творческий интерес привлекают не отдельные механизмы, а наука в целом. Он намерен собрать разнородные заметки в тетради и составить систематизированные трактаты.

Первая проблема, с которой столкнулся да Винчи, — недоступность академических, классических источников. Он называет себя необразованным человеком, который черпает знания из опыта и практики искусства. Леонардо спорит с глупыми, тщеславными и высокомерными обладателями ученых степеней, которые, «уличив» мастера в самообразовании, слепо осуждают его работы. В записях того времени Леонардо жестко и решительно заявляет: он гордится тем, что получил знания не из книг и не от преподавателей-риториков, он верит в общечеловеческую ценность искусства, его «обучает» и вдохновляет сама природа. Да Винчи выступает как человек, который создал себя сам. Он не приемлет иерархию в культуре, считает невозможным главенство свободы или техники в создании произведения.

С точки зрения Леонардо, искусство ни в коем случае не должно обслуживать чьи-то интересы. И, конечно, по мнению мастера, опыт не менее ценен, чем академическая образованность. При этом он признает, что научное знание, как компас, указывает направление практике: «Наука — это полководец, практика — солдат».

[1] От итал. paragoni. Так называют дискуссию, которая развернулась между художниками и скульпторами в эпоху Ренессанса, в которой живопись и скульптура (и в некоторой степени архитектура) отстаивались как превосходящие — и, следовательно, отличающиеся от других. «Трактат о живописи» Леонардо — яркий пример парагона.