Куда идет Северный Кавказ

14 января в Комитете гражданских инициатив состоялось обсуждение доклада «Северный Кавказ: quo vadis?», подготовленного руководителем Научного направления «Политическая экономия и региональное развитие» Института Гайдара Ириной Стародубровской и старшим научным сотрудником Института Гайдара Константином Казениным. Авторы считают, что власть и общество во многом заблуждаются относительно положения дел в этом регионе.

«В статистику по Северному Кавказу я не верю. По крайней мере, в статистику с ее официальной интерпретацией», – начал презентацию доклада «Северный Кавказ: quo vadis (куда идешь)?» член КГИ, заместитель директора Института мировой экономики и международных отношений РАН Евгений Гонтмахер. Он подчеркнул, что к обсуждаемому докладу подобный скепсис не относится.

В документе критикуется политика, проводимая в регионе. Ее ошибочность, по мнению авторов, проистекает из неверных представлений о том, что там происходит. «Диагноз, что это застойное, архаичное общество, не верен. Это общество на переломе, оно движется даже в чисто физическом смысле», – объяснила Ирина Стародубровская. По ее мнению, Северный Кавказ сейчас проходит этап разложения традиционного общества, этап модернизации.

Авторы доклада видят доказательство этого в оттоке населения из села в город, а также в развитии экономики (правда, преимущественно в теневом секторе). Примерами последнего являются высокотоварное производство сельскохозяйственных продуктов местными сообществами; производство товаров народного потребления (например, обуви в Махачкале, трикотажных изделий в Карачаево-Черкесии ); дистрибьюторские сети по поставке свежего мяса из северокавказских регионов на рынки крупных городов.

При этом политика федеральных властей идет по пути модернизации сверху. Вместо поддержания инициатив снизу делаются попытки реализации крупных инвестиционных проектов и создания госкорпораций, параллельно выделяются огромные бюджетные средства на развитие региона. Так, на первые два этапа государственной программы «Развитие СКФО до 2025 г.» (второй этап заканчивается в 2020 году) планируется выделить 235 млрд рублей. При этом инвестиционные проекты по большей части реализуются в регионах с относительно неплохим инвестиционным климатом, скажем, в Ставропольском крае. Госкорпорации в этой ситуации работают неэффективно. Это видно на примере скандала вокруг ОАО «Курорты Северного Кавказа». Бюджетные средства разворовываются и не доходят до простого населения. Профессор географического факультета МГУ Наталья Зубаревич считает, что вместо этого хорошо бы разобраться в теневой экономике региона: «Уберите с Северного Кавказа технократических менеджеров! Развитие «Норникеля» - совершенно другая сфера, чем развитие региона в период модернизационного перехода».

Используемые меры приводят к недовольству местного населения, которое ощущает, что его собственная экономическая деятельность выдавливается. Отдельный раздел доклада посвящен земельным конфликтам. Большая часть земли Северного Кавказа имеет специфический статус и не может быть приватизирована местными жителями, что ведет к столкновению интересов. Старший научный сотрудник Института Гайдара Константин Казенин пояснил, что нередко происходящее относят их к межэтническим конфликтам, хотя это в корне неправильно: «Среди земельных конфликтов межэтническую природу имеют далеко не все из них... Исток конфликта всегда один. Жители села претендуют на использование земли, которую они считают исторически своей. Но юридически обосновать это свое право они не могут».

Авторы считают, что вина за указанные проблемы лежит во многом на местных руководителях, которые часто поддерживаются федеральными властями из страха получить во главе региона радикалов.

Представления о том, что правящие кланы Северного Кавказа сформированы по этническому признаку, по мнению экспертов, в корне неверны. «Национальная солидарность, конечно, роль играет, но, наш взгляд, ничего радикально отличающего Кавказ от других регионов, в общем-то, и нет. Это классические патрон-клиентские отношения. Чиновник высокого уровня заручается поддержкой лояльных бизнесменов и чиновников уровнем ниже. Он получает карьерное продвижение, а они – гарантии. И большинство таких союзов многонациональны».

С мнением о многонациональности кавказских кланов согласен и председатель Дагестанского гражданского союза Сулейман Уладиев. Но при этом он акцентировал внимание на том, что «демонтаж» кланов просто необходим для развития региона: «Что такое дагестанский клан? Он силовой, он криминальный. Они формировались в течение XX века и подменяли собой государство. Его институты использовались кланами для укрепления своих позиций. Везде расставлялись свои люди… Они захватили и экономику, и политику, и государственную власть. В такой ситуации не может быть нормальной экономики или развития гражданского общества. Эти кланы надо демонтировать!». Уладиев подчеркнул, что необходимо заменять не только руководителей дагестанских групп влияния, но и средний уровень руководства. По его словам, президент Дагестана Рамазан Абдулатипов хоть и убрал бывшего мэра Махачкалы Саида Амирова, но оставил в своем окружении многих деятелей, которых дагестанский народ «ненавидит».

Авторы доклада считают, что необходимо обеспечить механизмы смены элиты и усиления контроля за происходящим на Кавказе со стороны гражданского общества. В частности, предлагается введение прямых выборов. «На Кавказе есть традиции конкурентных выборов. Часто при таком сценарии избираются главы сел, иногда районов. Не назвал бы это демократией, потому что имеет место и коррупция, и подкуп избирателей, но, тем не менее, политическая конкуренция есть. Аргументы, которые приводятся против выборов, весьма странны и негативно влияют, прежде всего, на имидж руководителей отказавшихся от выборов регионов. Хотя я согласен, что для каких-то регионов могли бы быть разумные возражения», – ответил Константин Казенин корреспонденту «Полит.ру» на вопрос о том, возможны ли честные выборы на Северном Кавказе.

Старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО (У) МИД России Вадим Муханов считает, что перед введением повсеместных выборов необходимо ликвидировать другие негативные факторы, которые авторы отметили в своем докладе. Иначе можно столкнуться с ситуацией, когда нынешние элиты будут продолжать проталкивать своих ставленников: «Когда почва так изгажена, возникает большой скепсис по поводу прямых выборов. Их нужно проводить после постепенной модернизации и очищения региона от нынешних наиболее одиозных политических фигур».

Эксперт подчеркивает, что те результаты выборов в регионе, которые мы наблюдали в последние годы, вызывают недоверие: «Заметная часть населения Северного Кавказа вообще не принимает участие в выборах. Поэтому вызывает сомнения высокий процент явки. Что касается набранных процентов… Симпатии молодого поколения, представители которого выступают за модернизацию и кардинальные изменения, явно не принадлежат нынешним руководителям региона. Поэтому последние выборы в регионе показывают, что для начала надо выстроить хотя бы минимально объективный уровень избирательных механизмов».

В остальном же Муханов горячо поддерживает авторов исследования. Правда, возникает вопрос, окажет ли его публикация влияние на нынешнюю политику. По мнению Муханова, сейчас она во многом направлена не на решение существующих проблем, а на выстраивание неправдоподобно позитивного имиджа региона. Те же местные власти вряд ли с готовностью согласятся с содержащейся в докладе серьезной критикой в свой адрес. Тем более, что авторы доклада подчеркивают, что при реализации политики, предложенной ими, в краткосрочной ситуации можно ожидать временного ухудшения ситуации и вспышек насилия. «Это нарушит сложившуюся структуру интересов», – поясняет прогноз Стародубровская.

«Мы формируем общественное мнение. Если люди в Москве, Питере, Новосибирске поймут проблемы Кавказа, поймут, что они во многом общие, это может оказаться очень важным для разумной части общества. Это поможет остановить волну ксенофобии», – объясняет значение доклада Евгений Гонтмахер.

«Мы сделали доклад открытым. Специфика в том, что он не идет адресно кому-то на стол, а находится в открытом доступе. Возможная сложная реакция на него элит будет поводом начать с ними обсуждение», – заключил Константин Казенин в разговоре с «Полит.ру».