Волшебные сказки будущего

Нахожусь вдали от дымящейся Родины, поэтому реагирую на слухи и мысли других. Но даже из позиции смещенной точки обзора моя страна мне видится сегодня не панорамно, как это обычно бывает из-за границы, а неким незаконченным пазлом, в которой прорисованный неким Художником изгиб одновременно может быть и «шеей гуся» и «горной грядой», в силу отсутствия в пазле ключевого элемента.

Начну, пожалуй, с одной из августовских публикаций в «Русском журнале» - поистине последним неисчерпаемым источником политического оптимизма. С искренним довольствием читаю многие тамошние статьи, заменяющие мне «Сказки 1001-ой ночи» и презентующие пазлы альтернативной истории. Я вот выше написал, что дуга на видимой части картинки может быть и «шеей гуся» и «горной грядой», а иной автор «Русского журнала» ничтоже сумняшеся обоснует, что это капот Мерседеса, который в скором будущем станет непременным атрибутом растущего среднего класса быстро модернизирующейся державы. И тоже ведь будет прав, потому как похоже. Мысленно можно и петлю повешенного дорисовать и капот Мерседеса.

В данном случае меня потряс – аж глаза на лоб вылезли в хорошем смысле этого слова – тезис Константина Аршина.

«Сегодня все уже позабыли, что в 2009 году была изменена Конституция России. Теперь президента выбирают на шесть лет. Эти изменения были осуществлены Дмитрием Медведевым и осуществлены именно под программу модернизации страны. Едва ли кто-то мог ответить тогда и ответит сейчас, почему Путин не сделал подобного шага? …причина тому одна: ради чего Медведев и пришел к власти. Программа модернизации слишком масштабна, ее не выполнить за 8 лет. Необходимо как минимум лет 10. Петру I понадобилось девять лет для создания принципиально новой армии, которая смогла одержать победу над шведами, наводившими страх не только на Восточную, но и на Западную Европу. Равным образом десятилетие потребовалось Александру II для проведения своих «Великих реформ», и чуть больше около 10 лет осуществлялись две первые пятилетки, превратившие СССР из преимущественно аграрной страны в индустриальную. Так что 10 лет, которые отвоевал себе Медведев вполне достаточный строк для того, чтобы пройти критическую точку, за которой свернуть модернизационные преобразования будет уже невозможно».

Истинно сказочная у него страна получилась. Истинно блаженны те, кто может так сказочно мыслить про творящуюся ныне историю.

Представляете, был у нас 1999 год. Только что отгремел (или как сказать –отвонял?) дефолт. Ельцин в последнее время вечно был пьян и уже не понимал, что делает, но понимал, что перестал понимать. И вот собирается компания – мы их всех знаем поименно – это и Стальевич, и Юмашевы, и Березовский, за которым ныне гоняются и прокуратура, и отравители, и еще какие-то олигархи, и решают: чтобы спасти ситуацию, ввести в игру темную лошадку. Володю, по которого все десять последующих лет будут говорить «Who is mr. Volodia?».

А дальше случается настоящее «без балды» чудо. Этот случайный Volodia оказывается и гением всех дисциплин, и национальным лидером, и с Планом, и социальным философом, и пожарником, и рыцарем без страха и упрека, и плаща и кинжала, и водителем тракторов, самолетов, харвей девидсонов, подводных лодках. В общем, русским леонардой да винчей таким. Но какие-то и у него есть ограничения.

«План» почему-то не предполагал инноваций, одну только стабилизацию. С другой стороны, систему он все равно очень устраивал, и Volodia ни на кого она променять не желала.

Но прошли восемь лет, и по Конституции пришла пора Volodia менять. Опять собирается теплая компания, которую мы уже меньше знаем поименно, но все-таки немножко догадываемся про них. Это и сам Volodia, и идеолог Кремля Сурков, и, видимо, какие-то чины ФСБ, и, конечно, пара-тройка новых олигархов. Начинают думу думать: как бы сделать так, чтобы Volodia вроде бы ушел, но не ушел. Ни о какой воле народа, выборах, политической борьбе речь, безусловно, не идет, и не потому что люди не верят в демократию, а потому что государственная безопасность – дело слишком важное, чтобы ее доверять случаю. Опять решают ввести в игру темную лошадку – мальчика Диму, про которого тоже никто ничего не знает, но он – приятной наружности, у него нет связей в опасных структурах, не шибко амбициозен, рос все время на глазах старших товарищей.

Теория такая: мальчик Дима будет представительствовать, а Volodia – дергать за ниточки. Так и жизнь поколения пройдет.

Теория, конечно, примитивная, сказочная. Опять же смахивает на «Три толстяка» - Три толстяка собираются и начинают манипулировать наследником Тутти. Иди на «Чипполино» - сеньоры-помидоры мыслят как бы сохранить свой помидорский поряядок. Но чертовски эта теория смахивает на правду. И тут в диспозицию вмешивается еще одна сказка.

Оказывается, мальчик Дима был непростым мальчиком. С детских лет (ему и сегодня всего лишь больше сорока) он лелеял тайную мысль про модернизацию, про свободу, которая дороже несвободы, про вечную мир-дружбу с Западом. Читал труды классиков, историков (никто его за этим занятием не застал). Изучил биографию Петра. Высчитал, что на модернизацию надо десять лет, а меньше никак не получается, меньше – будет недострой. А из чего видно, что мысль лелеял тайную? Дапотому что ведь умудрился не разу проговориться Volodia, что собирается пришпорить Россию. Volodia бы его тогда никогда не назначил президентом, это было бы против всех володинских завоеваний, против всей его философии, против всех его правил.

И вот - ву-а-ля! чудо! – суют они в кресло темную лошадку, а она с секретным, давно продуманным планом. Как говориться, второй раз и в одну и ту же воронку. Либо у нас в России куда ни плюнь, одни левши.

И начал ведь как издалека – удлинил полномочия бюрократии по всей цепочке. Всем казалось: потому удлинил, да чтоб не заморачиваться с выборами просто, в володинском духе! И не возразили. Ан нет! Это чтобы выгадать себе десять лет. У Явлинского была программа «500» дней, а у Димы – «Десять лет», круче.

Дальше больше. Чтоб быть Петром, нужны стрельцы. Дима – хвать! – и увеличивает полномочия ФСБ, сам, как он говорит, пишет ни для чего не нужный закон. То есть ФСБ уже у него в кармане, чекисты его боготворят! Потом переименовывает милицию в полицию, благодаря чему менты становятся полицаями, и отношение населения к последним меняется в странную сторону. Понятно, что непонятно, что это даст для законности, но опять же чины, уцелевшие в реформе будут на стороне Димы, будут ем обязаны. И главный полицейский, и замглавного полицейского. Все, можно начинать неостановимую модернизацию. Пусть проигравший плачет.

Такая странная сказка складывается, не иначе, как в результате отравления угарным газом. Но вот вопрос уже вполне научный. Куда все-таки трансформируется наш режим? – он же ведь все-таки куда-то трансформируется, не может никуда не трансформироваться. Многие известные мне западные политологи оперируют опытом перестройки. Считается, что системная деструкция будет нарастать – и она вроде действительно нарастает, что видно невооруженным взглядом, - и бюрократия в теории начнет искать себе новых лидеров, и чтобы пережить точку бифуркации, чтобы прорваться к новым еще не изгаженным горизонтам. В перестройку ведь тоже никто не знал, чем дело кончится, и ставка на Ельцина против действующего политбюро СССР казалась иррациональной, однако сработала.

Таким образом, сегодня опять говорят о перестройке. То там, то здесь она всплывает то в виде метафоры, то прячась в естественном для общества поиске альтернативы спасения. У меня же есть определенные сомнения в благостности такого повтора.

В перестройку советская номенклатура видела определенную и ясную перспективу в оборжуазивании, превращении бесхозного советского общего в частное. Ельцин при всех своих недостатках, народности, детской вере в свободу слова, оказался наиболее буквальным выразителем ее интересов. Отчего и свобод слова можно было некоторое время терпеть.

Сегодня же ситуация несколько иная. Нынешняя бюрократия уже буржуазна, она уже все поделила, со всего остального имеет ренту. Даже если что-то ее не устраивает в нынешней ситуации, или появится генерация «бедных богатых», которой нужно будет подвинуть «богатых богатых», и те будут искать для этого подходящую идеологию, например, «борьбу с коррупцией» или «модернизацию», трудно представить, что они развернут перестройку в сторону свободы, прав человека, уважения личности, законности, социализма и т.п.

Но куда-то ведь они ее должны будут развернуть? Невозможно, чтобы никуда не развернули.

Так вот, что если нанятые чуть ли не официально провокаторы и боевики в масках против неудобных властям экологов – это и есть лицо зарождающейся новой России? Что если явно не нормативное задержание полицаями Льва Понамарева превентивно на подходе к месту пусть и не разрешенной общественной акции, притом, что он шел «просто постоять», есть проба пера, ПОИСК ЛЕГАЛЬНЫХ НОРМ, ПРИ КОТОРЫХ ВСЕ ЭТО ДАЖЕ НЕ БУДЕТ КАЗАТЬСЯ АБСУРДНЫМ?

А теперь назовите мне имя этого режима.