Три «мушкетера» у берегов канала

К середине 1950-х годов на Ближнем Востоке сложилась уникальная ситуация. Колониальные державы (в первую очередь Великобритания и Франция) понимали: их время прошло. И потому они надеялись на поддержку США, у которых не было в странах Востока имперского прошлого. А у Вашингтона стремительно возрастали собственные политические и экономические интересы в регионе. Именно столкновение интересов СССР и США на Востоке становилось реальным фактором советско-американского противоборства в обширном ближневосточном регионе. Н. Хрущев не мог простить Израиль за его «предательство» – отказ от строительства социализма на «земле обетованной». Арабские же страны по-прежнему считались в Москве «пособниками империализма» и даже «фашизма». Компромисса здесь быть не могло. Выход из создавшейся дилеммы представлялся далеко не легким. Еще свежа была память недавней войны.

В этой связи отметим, что накануне и в ходе Второй мировой войны многие арабские лидеры ориентировались на Германию, стремясь использовать противоречия между Берлином и европейскими колониальными державами — Англией и Францией. После окончания войны началось массовое бегство нацистских преступников в Египет, Сирию, Ирак, Судан, Саудовскую Аравию и ряд других стран. С целью их переброски был создан специальный «Арабо-германский центр по вопросам эмиграции» под руководством бывшего подчиненного фельдмаршала Роммеля подполковника Ганса Мюллера. При содействии этого центра (а также по другим каналам) к концу 1950-х годов в арабских странах уже находилось около 8 тыс. офицеров вермахта, которые после принятия ислама и смены фамилий работали, как правило, в силовых структурах местных правящих режимов. В частности, в Египте успешно функционировала неофициальная германская военная миссия в составе 60 офицеров во главе с гитлеровскими генералами Фармбахером и Мунцелем. Она занималась подготовкой десантных частей египетской армии, обучением каирской полиции и созданием диверсионных групп для борьбы с Израилем. Президенты Гамаль Абдель Насер и особенно Анвар Садат разделяли нацистские идеи. Их привлекал, прежде всего, антиеврейский дух фашистской идеологии, ее тоталитарные и шовинистические установки. Насер даже привлек гитлеровского разведчика Отто Скорцени для работы в службе государственной безопасности, поручив ему позже организацию и подготовку особых войсковых соединений для ведения операций в зоне Суэцкого канала.

Примечателен еще один факт. В Саудовской Аравии бывшим нацистам удалось установить тесные связи с влиятельными кругами ваххабитов. Офицерами СС были созданы военно-тренировочные центры для подготовки «истинных защитников ислама», или, иными словами, арабских террористов. Не исключено, писал известный российский политолог Я. Эттингер, что сыновья и внуки их бывших курсантов приложили «свою руку» к кровавым событиям в Чечне. (1)

Возникает вопрос: знали ли советское руководство, КГБ и его Первое управление, Главное разведывательное управление, дипломатические миссии о почти легальной деятельности германских нацистов в арабских странах? Безусловно, знали, но в сложившейся к тому времени международной обстановке начали сознательно закрывать на это глаза. Нужен был новый союзник, любой ценой, даже в ущерб некоторым идеологическим догмам. Как ни парадоксально, но его помогли найти сами американцы.

В начале 50-х годов они разработали концепцию, в соответствии с которой страны Ближнего и Среднего Востока должны были вступить в военные блоки, возглавляемые Западом. Это якобы сулило им не только экономическое процветание, но и защиту от «коммунизма» и «советского экспансионизма». Американскую инициативу поддержали Великобритания и Франция, что в сложившейся обстановке делать было нецелесообразно, так как к тому времени антибританские и антифранцузские настроения в регионе достигли апогея. Политическое чутье Н. Хрущева сработало безотказно — массовые антиимпериалистические национально-освободительные движения в регионе необходимо поддержать. Для этого требовалось лишь немногое: активно разоблачать «антиарабскую сущность» американской политики; отказаться от некоторых терминологических штампов типа «арабские страны — агенты империализма», а их лидеры — «продажные буржуазные националисты»; постепенно свернуть отношения с Израилем. После того как в 1954 году египетский президент Насер провозгласил курс на построение социализма в стране, началось стремительное проникновение СССР на Ближний Восток. При этом, как отмечают сами египетские исследователи, наиболее тесное сотрудничество между Москвой и Каиром приходится на период с 1954 по 1970 гг., когда египетский общественно-политический фон характеризовался «тоталитарным правлением» и отсутствием элементарных гражданских свобод. (2)

Летом 1955 г. на одном из заседаний Политбюро Н. Хрущев дал указание МИДу «всячески развивать и поддерживать» связи с Египтом. Это, по его мнению, должно ускорить процесс умирания капиталистического Запада, ведь без источников сырья, рынков сбыта и дешевой рабочей силы он не выживет. Считалось, что подобная поддержка будет отвечать как мессианскому видению мира, так и задаче укрепления безопасности СССР, если к теории и практике подходить гибче, чем в сталинские времена. При этом не принимались во внимание публичные заявления Г. Насера о том, что его основная цель — физически уничтожить «сионистское образование» в центре арабского мира.

Все это свидетельствовало о том, что все разговоры о мирном сосуществовании, порожденные Женевской конференцией 1955 года, не меняли основополагающей реальности: удаленные друг от друга Соединенные Штаты и Советский Союз, преобладающие в мире державы, так и остались в состоянии геополитического соперничества. Выигрыш для одной из сторон, писал бывший госсекретарь США Г. Киссинджер, «являлся в широком плане проигрышем для другой». По его мнению, к середине 50-х годов американская сфера влияния в Западной Европе процветала, а готовность Америки защищать эту сферу при помощи военной силы сдерживала «советский авантюризм». Однако Н. Хрущев оставил Запад и сделал ставку на распространение советского влияния на Ближнем Востоке, который прежде считался «безопасным тылом западного влияния», точнее – западноевропейского, так как США, особенно на первых порах, фактически отвергали «старую европейскую политику» и не позволяли связывать себя с колониальной традицией. (3)

Уже к концу 1955 года в Египет было поставлено огромное количество оружия и военной техники на сумму в 250 млн долларов (230 танков, 200 бронетранспортеров, 100 самоходных орудий, около 500 стволов артиллерии, 200 истребителей, бомбардировщиков и транспортных самолетов, а также эсминцы, торпедные катера и подводные лодки). (4) Советская техника и военные специалисты направлялись в Египет через Чехословакию на основании постановления Совета Министров СССР № 1763-954 от 29 сентября 1955 года (позже, в соответствии с решением правительства СССР от 31 января 1957 года, советские специалисты начали прибывать в Египет непосредственно из Москвы). (5)

Поставки советского оружия на Ближний Восток явились своеобразным «нажимом» на нервные узлы Западной Европы, особенно Великобритании, для которой Египет после Индии представлял собой наиболее существенное наследие имперского прошлого. В ХХ веке Суэцкий канал (6) стал основной нефтеносной артерией для Западной Европы. Даже в ослабленном состоянии непосредственно после Второй мировой войны Великобритания продолжала считать себя преобладающей державой на Ближнем и Среднем Востоке. В своей политике она опиралась на два столпа: на Иран как на поставщика дешевой нефти и Египет как на стратегическую базу. В 1945 году по инициативе британской стороны была создана Лига арабских государств как политическая основа противостояния постороннему проникновению на Ближний и Средний Восток. Значительное количество британских войск находилось в Египте, Ираке, Палестине и Иране. Британский военнослужащий генерал Д. Глабб (Глабб-паша) командовал иорданскими вооруженными силами («Арабским легионом»).

Израиль поначалу приветствовал приход Насера к власти в Египте. Действительно, цели египетской революции и первые контакты израильтян с режимом Насера вселяли надежду. Но Насер, с его смесью крайнего арабского национализма и радикализма на почве антисемитизма, с его стремлением добиться первенства в арабском мире, лидерства в мусульманском мире и главенствующего положения в группе неприсоединившихся стран, со временем пришел к яростной и слепой вражде с Израилем.

Получив (фактически безвозмездно) большое количество оружия (вооруженные силы Египта к началу 1956 года вчетверо превосходили израильские, на вооружение которых поступало в основном оружие французского производства), египетский президент начал открытую «борьбу с международным империализмом и сионизмом». Он добился вывода британских войск из зоны Суэцкого канала, где они, по договору между Англией и Египтом, стояли более 80 лет (при этом в одном из пунктов «соглашения о выводе» особо отмечалось, что Англия вправе вернуть войска в зону канала в любой момент, когда возникнет угроза свободе и безопасности судоходства); начал оказывать военную помощь алжирским партизанам, воевавшим против Франции за независимость; безоговорочно поддержал палестинские боевые отряды, которые с египетских Синая и сектора Газа почти ежедневно совершали налеты на израильскую территорию (в 1955 году 260 израильских граждан были убиты или ранены в результате подобных вылазок). Вскоре Насер закрыл Тиранский пролив, Акабский залив и Суэцкий канал для израильских судов, объявив блокаду израильского побережья в нарушение соглашения о перемирии 1949 года и резолюции СБ ООН от 1951 года. К середине 1956 года под его эгидой было создано объединенное военное командование (Египет, Сирия, Иордания) с целью «подготовки и ведения войны с Израилем».

Получив подобную информацию, израильский премьер Давид Бен-Гурион в июне 1956 года пришел к выводу, что Израиль должен нанести превентивный удар. Он дал указание израильскому генштабу подготовиться к проведению кампании уже в конце года, сосредоточив усилия прежде всего на открытии Тиранского пролива для израильских судов. Особое беспокойство в правящих кругах Тель-Авива вызвала информация военной разведки «Амаль» о том, что в Польше (под Гданском) началось спешное обучение египетских военных летчиков. Для Бен-Гуриона это означало одно – честолюбивый первый президент Египта готовится к войне с Израилем.

К осени 1956 года под руководством тогдашнего начальника генерального штаба Армии обороны Израиля (Цахал – Цва hа-Хагана Ле-Исраэль – ЦАХАЛ) Моше Даяна был разработан план операции «Кадеш» (Очищение). На его реализацию отводился срок в 7 дней. Для нападения на Египет Израилем выделялась серьезная группировка, включавшая 10 бригад (то есть 100 тыс. солдат из 150 находившихся тогда в израильских вооруженных силах), и почти вся имевшаяся в наличии техника – 200 танков, 600 орудий и минометов, 150 боевых самолетов и 20 кораблей. Цели кампании были следующие: ликвидация (полная или частичная) угрозы, представляемой египетской армией на Синае; разрушение структуры палестинских федаинов (диверсантов); обеспечение свободы навигации в прибрежных израильских водах. Достижение этих целей позволило бы Израилю после завершения кампании вести переговоры c арабами с позиции силы.

Для борьбы с «сионистским образованием» Египет создал также 100-тысячную группировку, в которую входило несколько большее, чем у Израиля, количество танков, но меньше артиллерии. Помимо этого она включала 128 самолетов, из которых, как потом оказалось, боеготовыми были лишь 42. Все эти силы были в основном сосредоточены на канале и в дельте Нила. (7)

Важно отметить, что Г. Насер, открыто конфликтуя с Западом и Израилем, вел втайне от Москвы переговоры с Лондоном и Вашингтоном о военно-техническом сотрудничестве; его представители зачастили в Международный банк реконструкции и развития с задачей — добиться финансирования строительства высотной Асуанской плотины на Ниле. Однако Запад выдвинул ряд условий. Главное из них — Египет получит все, если пойдет на примирение с Израилем. Насер был категорически против. США и Великобритания заявили, что в таком случае отказываются от любого сотрудничества с Египтом. Каир отреагировал незамедлительно: 26 июля 1956 году в одностороннем порядке был расторгнут англо-египетский договор и национализирована Компания Суэцкого канала, большинство акций которой принадлежало английскому и французскому правительствам. Г. Насер не дождался 12 лет, когда истекал 99-летний срок концессии канала, представленной египетским правительством Всеобщей компании морского Суэцкого канала. (8) При этом он заявил, что «прибыли от канала отныне будут использоваться на строительство плотины, согласие на строительство которой дал Советский Союз». (9) Англия и Франция сочли захват канала угрозой своим стратегическим интересам и путям доставки нефти и приступили к подготовке операции «Мушкетер» по захвату зоны канала. В Москве действия Насера были расценены как «акт совершенно законный». (10)

Строго говоря, на начальном этапе в Лондоне и Париже не намеревались привлекать Израиль к Суэцкой кампании, поэтому в разрабатываемой операции «Мушкетер» французские и британские генералы «оперировали» лишь собственными силами и средствами. Однако на «выраженную агрессию» Англия и Франция пойти не могли. С этим не соглашались Соединенные Штаты, вызывала тревогу и возможная негативная реакция «местного» и международного общественного мнения. Поэтому в условиях абсолютной секретности в ходе продолжительных франко-израильских консультаций (англичанам Бен-Гурион не доверял) уже в последний момент в план операции был внесен и «израильский фактор», что позволило Тель-Авиву, по словам Голды Меир, уже 24 октября начать «совершенно секретно проводить мобилизацию». (11)

Окончательный вариант операции «Мушкетер» учитывал так называемые «внешние и внутренние факторы»: Египет, Сирия и Иордания уже находятся на грани войны с Израилем, американцы и русские не смогут вмешаться — первые из-за пика президентских выборов, вторые из-за венгерских событий. Предстоящее вторжение в международно-правовом и общественном аспектах должно выглядеть более или менее «цивилизованно». Здесь как нельзя кстати (в контексте «внутреннего фактора») может быть использован Израиль. Суть внесенных корректив заключалась в следующем: в ночь с 29 на 30 октября 1956 года израильские войска начнут продвижение в Египет в направлении Суэца. Англия и Франция выступят с обращением к правительствам воюющих сторон, в котором потребуют от них немедленного прекращения огня и отвода войск. Если хотя бы одна из сторон отклонит это предложение, то через 12 часов англо-французские войска «предпримут соответствующие меры» с целью выполнения положений англо-египетского соглашения по обеспечению безопасности Суэцкого канала. При этом «тройственная коалиция» была полностью уверена, что Египет категорически отвергнет этот «наглый ультиматум». Так и случилось.

К 5 ноября израильские войска (9 бригад) заняли весь Синайский полуостров. Две египетские пехотные дивизии, отдельная пехотная бригада, бронетанковая бригада и несколько подразделений погранвойск беспорядочно отступили, оставив фактически без боя около 400 единиц новых автомашин, бронетехники и артиллерийских орудий, в том числе 40 танков Т-34, 60 бронетранспортеров, несколько десятков тяжелых противотанковых орудий СУ-100 (за три зимних месяца в Израиль было вывезено все, что представляло хоть какую-либо ценность для ЦАХАЛа). (12)

Базы палестинских партизан были уничтожены.

Египетские войска потеряли на Синае около 3 тысяч человек убитыми и ранеными. Израиль официально признал у себя 172 погибших и 800 раненых военнослужащих.

Получив неудовлетворительный ответ на ультиматум, англо-французские войска перешли к силовым действиям. От берегов Мальты и Кипра отошла их объединенная эскадра. Всего силы вторжения включали до 65 тысяч профессионально подготовленных солдат и офицеров (а не вчерашних малограмотных феллахов), они были посажены на 60 транспортов, входящих в состав упомянутой эскадры из 122 кораблей, и среди них 6 авианосцев, где размещались 600 боевых самолетов. Для действий на суше были подготовлены 430 танков, 520 орудий и многое другое. Помимо десантных барж для доставки пехотинцев на берег предполагалось использовать и вертолеты – прямо с палуб авианосцев, что вообще стало бы первым подобным случаем в военной истории. Таким образом британский генерал Стокуэлл и французский Боффр должны были определенно стать новаторами в проведении комбинированных военных операций «море-суша» образца 1956 года. Пожалуй, этого не произошло лишь по причине низкой боеготовности египетских войск.

С 31 октября начались англо-французские воздушные бомбардировки зоны Суэцкого канала, Каира, Александрии, а также ряда аэродромов. Значительная часть авиации Египта была уничтожена прямо на взлетно-посадочных площадках. Англичане имели бомбардировщики, истребители и истребители-бомбардировщики различных модификаций (всего около 300); французская авиация была представлена главным образом истребителями «Мистэр» и «Ураган» (около 200); израильские ВВС (Хель Хаавир) располагали 15 новейшими английскими истребителями «Метеор», 16 бомбардировщиками-разведчиками «Москито», 29 американскими истребителями «Мустанг», 2 «летающими крепостями» В-17, 16 французскими истребителями «Мистэр», 22 — «Ураган» и др.

Египетские военно-воздушные силы на момент начала военных действий находились еще в стадии становления. На их вооружении состояли 27 английских истребителей «Метеор» и «Вампир» устаревших модификаций, более 40 советских истребителей МиГ-15 бис и бомбардировщиков Ил-28, около 60 транспортных самолетов. Из всего количества боевых машин Египет располагал лишь одной относительно боеспособной авиаэскадрильей. Общее соотношение по авиации было 10:1 в пользу тройственной коалиции.

Несмотря на это, египетские летчики приняли участие в отдельных воздушных боях (по данным египетского Генштаба, их общее количество составило 164). Вместе с египтянами «крылом к крылу» воевали и советские летчики-инструкторы. Уже на рассвете 30 октября им удалось (на МиГах-15 бис) перехватить четверку английских разведчиков «Канберра» и сбить один из них. На следующий день советские летчики приняли участие в штурме позиций 202-й израильской парашютной бригады. 1 ноября в бой вступила специально переброшенная из СССР группа истребителей-перехватчиков МиГ‑17, которой 2 и 3 ноября удалось сбить несколько английских самолетов.

Что касается советских летчиков на бомбардировщиках Ил‑28, то им нередко приходилось решать «несвойственные» боевые задачи. Известен случай, когда 3 самолета вели воздушный бой с 10 английскими истребителями в пригороде Каира. Два «Хантера» были сбиты огнем носовой и кормовой огневых установок Илов. (13)

К 3 ноября, благодаря численному превосходству, силам коалиции удалось завоевать господство в воздухе. Потеряв большое количество самолетов, главным образом на земле, египтяне приняли решение рассредоточить оставшиеся боевые машины. При помощи советских и чехословацких летчиков 20 бомбардировщиков Ил-28 перебазировались в Саудовскую Аравию, а остальные самолеты, в том числе МиГи, — на южную авиабазу Египта в Луксор.

По некоторым данным, в боях над Синаем египтяне потеряли от 4 до 8 истребителей МиГ-15 бис. Потери тройственной коалиции составили 27 самолетов и 2 вертолета. (14) В Лондоне и Париже признают потерю только пяти своих самолетов. (15)

6 ноября десанты «союзников» высадились в районе канала, не встретив достойного сопротивления (англичане потеряли убитыми 16 человек, французы – 10). Насер был в полном отчаянии. Казалось, что план «Мушкетер» (рассчитан также на 7 дней) вот-вот закончится полным триумфом. Но... неожиданно вмешался Советский Союз, и, по образному выражению одного из израильских политиков, «скорость передвижения на фронтах стала уступать скорости политического давления» на антиегипетскую коалицию. Однако если быть точным, то СССР прибегнул не столько к политическому нажиму, сколько к «военному устрашению». В первых числах ноября 1956 года Советский Союз, заручившись поддержкой США, развернул активную деятельность в ООН по пресечению атаки на Египет. Но его дипломатические усилия оказались бесплодными. Тогда в ночь с 5 на 6 ноября, через 24 часа после того как советские танки начали сокрушать венгерское восстание, министр иностранных дел Д. Шепилов направил телеграмму председателю Совета Безопасности ООН, в которой говорилось, что если в течение 12 часов не будут прекращены боевые действия и в трехдневный срок не будут выведены войска с египетской территории, то все члены ООН, и «прежде всего СССР и США», окажут Египту военную поддержку. Советский Союз, подчеркивалось в телеграмме, готов уже сегодня предоставить «жертве агрессии» помощь путем «посылки военно-морских и военно-воздушных сил, воинских частей, добровольцев, инструкторов, военной техники» и т. д.

Вечером 6 ноября по личному указанию Н. Хрущева были отправлены специальные послания руководителям Англии, Франции и Израиля за подписью главы Советского правительства Николая Булганина. В них, в частности, говорилось, что война с Египтом «может перекинуться на другие страны и перерасти в третью мировую войну», в которой может быть использована «ракетная техника». «Мы полны решимости сокрушить агрессоров силой и восстановить мир на Ближнем Востоке», — особо подчеркивалось в документе. (16) Поздно ночью в спешном порядке в МИД были вызваны послы стран-«агрессоров», где им в далеко не дипломатическом тоне было изложено «первое и последнее советское предупреждение». По воспоминаниям Д. Шепилова, подобная «психологическая атака» возымела действие. Складывалось впечатление, что СССР и в самом деле может начать мировую ракетно-ядерную войну (хотя Н. Хрущев твердо решил не доводить дело до конфликта с западными державами, тем более ядерного). (17)

Тревожные и неопределенные доклады послов о возможном применении ракетной техники были восприняты на Западе как «ядерный ультиматум» (хотя слово «ядерный» ни в одном официальном донесении или заявлении не употреблялось). В срочном порядке, за плотно закрытыми дверьми, в Лондоне, Париже и Тель-Авиве были созваны специальные совещания, на которых присутствовал узкий круг лиц, непосредственно причастных к выработке и проведению ближневосточной политики. После непродолжительных дискуссий почти все сошлись на том, что в принципе СССР вряд ли готов пойти на риск ядерной войны. Но что если «этот мужик» — Никита Хрущев — не блефует? Что если он действительно не понимает степени риска? А что если США не поддержат союзников? Лучше отступить.

Уже на следующий день Н. Хрущев получил послания от руководителей Великобритании и Франции, в которых Энтони Иден и Ги Молле сообщили о прекращении огня в полночь с 6 на 7 ноября 1956 года. 8 ноября аналогичное послание поступило и от израильского премьера Бен-Гуриона. Подлинной причиной, побудившей Англию, Францию и Израиль «принять решение уйти, была советская нота предупреждения», писала в те дни американская New York Times. (18) Примечательно, что в раскрытых сегодня английских архивах именно документы, фиксирующие закрытое обсуждение «ядерного ультиматума» Н. Хрущева, остались засекреченными еще на 30 лет.

После прекращения боевых действий начались затяжные переговоры. Их результатом стало то, что впервые на демаркационной линии между Израилем и Египтом были размещены Чрезвычайные миротворческие силы ООН. При этом, следуя «нашим советам», Насеру удалось добиться от генерального секретаря ООН письменного заверения в том, что «войска ООН без согласия Египта не могут ни прибыть, ни оставаться на его территории, если это согласие будет отозвано». Израиль получил гарантии свободы судоходства и «ненападения» палестинцев со стороны Синайского полуострова. На египетско-израильской границе наступило относительное затишье, длившееся 10 лет.

Между тем, осознав эффективность силового давления, Москва продолжала набирать пропагандистские очки. 10 ноября, уже в ходе вывода войск коалиции, СССР заявил, что если «агрессоры», вопреки решениям ООН, не выведут все свои войска с территории Египта, то Советское правительство «не будет препятствовать выезду советских граждан-добровольцев, пожелавших принять участие в борьбе египетского народа за его независимость». Показательно, что через два дня в ходе беседы Насера с советским послом Киселевым египетский президент просил истребители «для второго раунда битвы» и всячески подчеркивал, чтобы «не было русских» в зоне недавних боев. При этом на вопрос Киселева — как доставлять самолеты, учитывая недавний запрет ООН на поставки оружия конфликтующим сторонам, — египетский президент с улыбкой заметил: «Их надо прятать в ящики из-под мармелада» (19) … К 22 декабря Англия и Франция вывели свои войска из Египта. Последний израильский солдат покинул Синай 7 марта 1957 года. Сектором Газа стал управлять мэр, назначенный египтянами.

В США понимали, что Советский Союз во многом «обогнал» Америку на Ближнем Востоке. Военные аналитики докладывали президенту Д. Эйзенхауэру, что если не предпринимать решительных мер, то вскоре «Советы со своей доктриной устрашения» и огромной популярностью среди арабов превратят регион в свой «непотопляемый авианосец». 5 января 1957 года Эйзенхауэр обратился к конгрессу со специальным посланием, в котором охарактеризовал положение на Ближнем и Среднем Востоке как «критическое». Он потребовал позволить ему как верховному главнокомандующему использовать там вооруженные силы США в любой момент, не испрашивая разрешения законодательной инстанции. Одновременно президент призвал арабские страны отказаться от сотрудничества с СССР и его союзниками. Родилась «доктрина Эйзенхауэра», которая, по мнению многих западных исследователей, была явно «не к месту и времени». Москва получила полную свободу действий на Востоке. При этом в видимом аспекте она всегда могла манипулировать «угрожающей для арабов американской доктриной».

Примечательно, что уже 19 января МИД СССР подготовил специальную справку для ЦК КПСС, в которой, в частности, говорилось, что в связи с «необходимостью противопоставить так называемой «доктрине Эйзенхауэра» по отношению к Ближнему и Среднему Востоку... нашу советскую программу», уже составлены проекты «соответственных предложений Советского правительства («Декларация четырех»), адресованных формально правительствам США, Англии и Франции, но рассчитанных прежде всего на правительства и народы Ближнего и Среднего Востока». В программе содержался перечень мер «по вопросу о мире и безопасности на Ближнем и Среднем Востоке и невмешательстве во внутренние дела стран этого района». Указывалось на необходимость прекращения поставок вооружений в страны Арабского Востока. Перед тем как советские инициативы будут обнародованы, говорилось в справке, «целесообразно было бы ознакомить с ними правительства стран народной демократии, Югославии, а также Насера (Египет), Сабри Асали (Сирия) и Неру (Индия)».

Египетский президент, как и ожидалось, «проявил известную озабоченность по поводу пункта 5 Декларации четырех держав о взаимном отказе от поставок оружия» в регион. По этому поводу послу СССР в Каире были даны «специальные разъяснения» для Г. Насера. В них указывалось, что «Советское правительство исходит из того, что наличие пункта 5 Декларации... ни в коей мере не означает, что ставится под сомнение выполнение соглашений о поставках Египту из Советского Союза оружия. В Москве исходят из того, что при всех условиях заключенные соглашения должны быть выполнены... Таким образом, нет оснований для беспокойства со стороны стран Ближнего и Среднего Востока по поводу возможных последствий для них, вытекающих из наличия пункта о прекращении поставок вооружения из СССР». (20)

29 ноября 1957 года на заседании Президиума ЦК был утвержден документ «О поставках Египту специмущества». В нем отмечалось, что Государственному комитету Совета Министров СССР по внешним экономическим связям и Министерству обороны СССР при переговорах с представителями египетского правительства надлежит руководствоваться следующим: СССР предоставляет Египту кредит в сумме 700 млн рублей для оплаты поставок из Советского Союза «машин и оборудования». СССР «дает согласие на поставку вооружения и военного имущества Египту в 1958—1959 гг.». Поставку военного имущества производить с оплатой одной трети его стоимости. Кредит предоставляется из расчета 2% годовых и погашается в течение 5 лет равными ежегодными долями, начиная с 1967 года. (21)

В 1957 году в Москве в Военной академии им. М. В. Фрунзе начала обучение первая группа египетских военнослужащих. Всего (на 1 января 1995 г.) в СССР/РФ было подготовлено 7996 чел. (в том числе для СВ — 2200 чел., ПВО — 2998 чел., ВВС — 1286 чел., ВМС — 942 чел., Тыла — 160 чел. и др. — 410 чел.).

В конце апреля 1958 года египетский президент Г. Насер впервые прибыл в Москву. Он присутствовал на Красной площади на первомайском параде и демонстрации, посетил Черноморский флот, из состава которого Египет получил впоследствии некоторые боевые корабли и ракетные катера.

За два года (1958—1959) Египту были поставлены: эскадренные миноносцы, торпедные катера, подводные лодки, 152-мм гаубицы, 85-мм пушки Д-44, 100-мм зенитные орудия КС-19, радиолокационные станции обнаружения, танки Т-54 (150 единиц), бронетранспортеры БТР-152, самолеты-бомбардировщики Ил-28 (15 единиц), самолеты-истребители МиГ‑17пф (40 единиц), самолеты-разведчики Ил-28р (4 единицы), полевые медицинские госпитали (3 комплекта), автомобили ЗИЛ-151 (1500 единиц) и т. д. (22)

В 1962 г. Египет посетила советская правительственная делегация во главе с А.Н. Косыгиным. В ее составе находился и главком ВМФ Адмирал флота Советского Союза С. Горшков, который принял участие в церемонии передачи двух эсминцев Черноморского флота и двух торпедных подводных лодок с Балтики египетской стороне. Командующий морскими силами Египта командор С. эс-Зат дал высокую оценку советской боевой технике и оружию, которые, по его словам, успешно эксплуатируются в специфических условиях повышенных температур и влажности. (23)

К началу 1964 года флот Египта состоял из бригады торпедных подводных лодок, бригады эсминцев, бригады торпедных и ракетных катеров, дивизиона тральщиков и нескольких судов обеспечения. На вооружении бригады береговой артиллерии находились 152-мм орудия. Обучением египетских военнослужащих занимались советские специалисты. К примеру, в период 1964—1966 гг. в различных структурах египетского флота их насчитывалось от 80 до 90 человек. Они подчинялись старшему консультанту при командующем ВМС Египта. Нередко приходилось начинать обучение с нуля. В египетских вооруженных силах отсутствовала система подготовки военных кадров, зачастую на флот приходили люди не только без элементарного образования, но и не видевшие до этого моря. Лишь благодаря громадным усилиям, вспоминает контр-адмирал в отставке Г. Громов, удалось повысить боевую готовность и организацию службы на кораблях и в частях, убедить египетскую сторону в необходимости поддержания кораблей и подводных лодок в исправном состоянии. (24)

Аналогичная ситуация имела место в других видах и родах войск.

В заключение отметим, что после Синайской кампании отношение к Израилю со стороны Запада стало меняться в лучшую сторону, что сказалось на быстрой модернизации израильской армии. Что касается арабских лидеров, то они, горя желанием взять реванш за поражение, тоже активно вооружались с помощью Советского Союза и к началу лета 1967 года подготовили к нападению на Израиль около полумиллиона солдат, 700 современных самолетов и 2000 танков.

СССР же после окончания Суэцкого кризиса пошел на свертывание политических и экономических отношений с Израилем. В конце 1956 года были аннулированы многочисленные торговые контракты. До «суэцких событий» Советский Союз поставлял в Израиль нефть, нефтепродукты и другие товары и импортировал из Израиля цитрусовые. В 1956 году в Израиль было поставлено советских товаров на 23,6 млн рублей. В Израиле было закуплено товаров на 8,3 млн рублей, в том числе 12,4 тыс. тонн апельсин. Превышение стоимости экспорта над импортом израильтяне оплачивали свободной валютой. Многочисленные попытки израильской стороны нормализовать торгово-экономические связи ни к чему не привели, хотя официальный Тель-Авив в обмен на «мир с Москвой» был готов поддержать большинство внешнеполитических доктрин советского Союза, начиная с «борьбы за разоружение и кончая германским вопросом».

Примечания

1. Независимое военное обозрение. 1999. №47.
2. Манар Ф. Эволюция концепции свободы печати в египетском обществе второй половины ХХ в. (1952 – 1996). Дисс… канд. полит. наук. М., 1998. С. 18-24.
3. Киссинджер Г. Дипломатия. М., 1997. С.270-272.
4. Герцог Х. Арабо-израильские войны: В 2-х т / Пер. с англ. Лондон, 1986. Т.1. С.171.
5. Россия (СССР) в локальных войнах и вооруженных конфликтах второй половины ХХ века. М. 2000. С.518.
6. Летопись повествует, что первый древний канал, соединявший Средиземное и Красное моря, был построен египетскими фараонами около 2000 г. до н.э. Он просуществовал до 767 года, когда из стратегических соображений был разрушен одним из завоевателей Египта халифом аль-Мансуром. Нынешний канал значительно большей протяженности по сравнению со своим древним предшественником. Общая длина бесшлюзного канала около 173 км (с фарватерами и Суэцким заливом). Его ширина на поверхности 120-150 м, по дну – 45-60 м, максимальная глубина – 12-13 м. Среднее время прохода по каналу (более 50 судов в сутки) – 11-12 часов. По сравнению с прежним путем вокруг Африки путь через канал, например, из Севастополя в Бомбей короче почти на 15 тыс. км, т. е. срок плавания сокращается примерно на 70%.
7. Смирнов А.И. Арабо-израильские войны. М., 2003. С.201.
8. См. подробнее: Суэцкий канал: Факты и документы / Пер. с араб. М., 1959. С. 8-10.
9. Аль-Ахрам, 1956, 20 сентября.
10. Независимое военное обозрение. 1998. №19.
11. Цит. по: Смирнов А.И. Арабо-израильские войны… С.201.
12. Россия (СССР) в локальных войнах и вооруженных конфликтах… С.173-174.
13. Там же. С.174.
14. Гриф «секретно» снят. М., 1997. С.46.
15. Цит. по: Смирнов А.И. Арабо-израильские войны… С.212.
16. Млечин Л. МИД: Министры иностранных дел. Романтики и циники. М., 2001. С.342.
17. Россия (СССР) в локальных войнах и вооруженных конфликтах… С.212.
18. New York Times. 1956, December, 22.
19. Независимое военное обозрение. 1998. №19.
20. Аль-Ахрам, 1983, 14 марта.
21. Независимое военное обозрение. 1998. №19.
22. Россия (СССР) в локальных войнах и вооруженных конфликтах… С.177.
23. Горшков С.Г. Во флотском строю. СПб., 1996. С.287.
24. Из переписки автора с контр-адмиралом в отставке Г.Громовым, который в 1964-1965 гг. работал старшим консультантом при командующем ВМС Египта.

См. также:

• Яременко. Переговоры ради будущих переговоров
• Эпштейн, Урицкий. Британское правление в Палестине (1917-1948): между евреями и арабами
• Штейнер. Что такое "Палестина"?