Медведев на съезде "медведей"

1.

Большая часть российской политики формируется необсуждаемыми ее параметрами. Например, это – лидерская политика. Российский политический спектр десятилетиями исчерпывается отношением к главному лицу. Зато и должностная правомочность лидера целиком зависит от его лидерских свойств, вынуждая к тяжкой борьбе за их подтверждение. Судьба государственных институтов нередко была ценой в этой борьбе за лидерство.

Путин довел свое лидерство до совершенства. В его оболочке сложился средний класс с устойчивым «путинским» большинством, развилась лексика, созвездие коммуникативных культур. И все это новый президент Медведев неизбежно заставал в качестве предложенных ему обстоятельств. Сама фигура нового президента, предложенного старым, принесла лидерству Путина добавочный триумф – без чего тот не оказался бы третьим в мировом рейтинге Форбса влиятельных лидеров). Сохранялось ли еще место для собственного лидерства Медведева? Но закон властной модели в России неизменен – должность президента остается работоспособной только в пределах его личного лидерства.

2.

Российская модель завоевания лидерства диктовала новому лидеру создание параллельных коммуникаций, в обход своей администрации а то и за спиной у своей команды. Того же ждали и от нового президента. (Собственно, отсюда все идеи «раскола в тандеме» и «строительство вертикали-2»). Проблема однако была не в его лояльности Путину и не в силе последнего, а в основаниях его силы. Лидерство Путина тесно сращено с институтами «молодой нации», те росли заодно с его большинством; это большинство превратилось в национальный консенсус – деперсонализация большинства представляла рискованную проблему.

В этой системе партия «Единая Россия» стала важным звеном. Но и самым проблемным. Активность партии в течение десяти лет была направлена на на страну, а на Путина и обеспечение его лидерства. Это сделало «медведей» законченными политическими «интровертами». Система аксессуаров лидерства стала аутичной, персонализованной и страшно громоздкой. Сам Путин не всегда мог с ней управиться, система засорилась и загноилась. Медведеву, казалось, придется найти себе другую опору – либо арендовать ее внутри тандема с Путиным.

Тандем скреплял старое лидерское поле с новым, сохраняя его от развала или конфликта. Но он не мог стать оболочкой нового лидерства. Дилемма выглядела безвыходной для Медведева – либо риск вторжения в организм новой России ради его лобовой деперсонализации – либо президентство без лидерства, президентство «в аренду», с легитимностью, соразмерно тающей по законам модели (между прочим, не обязательно – в пользу Путина!). Но Дмитрий Медведев кажется нащупал путь к лидерству, удивительно странный. Он апеллирует к ценностям системы, созданной Путиным, к ее пафосу и первоначальному духу – освободительному и национальному. Когда президент говорит о «ненасильственной модернизации», он фактически возвращается к первоначальному пафосу команды-1999, к ценностным основаниям ее работ. В том числе и собственного труда в составе «команды путинской славы».

3.

Десять лет тому назад, 24 ноября 1999 года придя на коллегию МЧС, одним только дружественным жестом в адрес Сергея Шойгу Владимир Путин сотворил из ничего – из арьергардного избирательного блока «Единства» – партию Путина. Год спустя партия приобрела организационную форму и имя «Единой России». Ряд выборов превратил ее в партию власти. На 11 съезде отбросив настороженность в отношении «партии чиновников», Медведев признал партию силой модернизации и выступил с рядом прямых указаний ей, как собственной силе. Это – перелом в его политике лидерства. Президент не заискивал; он говорил со съездом повелительно, в императиве. Перед ним были люди, которые вместе с ним взяли власть и чаще других видели ее раздетой. Им он не льстя сказал так – «Государство, то есть мы с вами».

Он говорил от имени тандема – и как ни ждали в кулуарах иные, никто на съезде не рискнул выйти с «альтернативной» президенту стратегией. Медведев формулировал политически стратегические задачи и диктовал их партии в императивном наклонении. Повестка Медведева на уровне государственного руководства стала безальтернативной. По правилам Грамши и русской политики, именно безальтернативная agenda сулит гегемонию; все силы в стране вынуждены будут ее признать. Включая правящую партию. Медведев говорит про беспартийных, что у них есть право требовать внимания от партии власти. Но самой партии он говорит – вы должны! «Представители партии должны принять самое активное участие в социально значимых для нас проектах..Государственная машина должна быть перенацелена на поиск талантливых и поощрение современных людей…»

4.

Медведев, яснее некуда обозначил конец прежней эпохи, эпохи героической (и как всякая героика крайне неряшливой) – и начало новой. «В течение первых лет нового века мы укрепляли и упорядочивали институты нашего демократического государства. И это нам удалось. В этом году вместе принимали важные решения, направленные на модернизацию политической системы нашей страны ..» Желанная Медведевым «лидирующая Россия» неизбежно требует признания реальной России – отсталой. Этого же признания президент требует от партии. Это им, путинским триумфалистам, знавшим сладость борьбы и победы, он диктует определение старта нового времени – отсталость! «Отсталое сырьевое хозяйство, которое в современном смысле слова экономикой назвать можно лишь условно»

Медведев превратил тандем в публичный политический институт. Это привело к тому, что атмосфера догадок и инсинуаций стала расчищаться. Правящий тандем Дмитрия Медведева и Владимира Путина выступил коллективным лидером правящей партии. За Медведевым на съезде осталось последнее – стратегическое слово. «…Нужно модернизировать партию, делать её более гибкой, более открытой, нужно научиться побеждать…всем нам, кстати, нужно научиться побеждать, в открытой борьбе». Путин уступил президенту Медведеву свое – первое место на съезде созданной им некогда национальной силы. Если была у 11 съезда «Единой России» интрига, то вот она: Медведев пришел на съезд гостем, а ушел с него лидером партии Путина.

Медведев объявил, что сила тандема – сила ценностей; и ценности кладутся им в основу его личного мандата. Кризис и победа в нежданной войне подсказали ему выбор жанра нового лидерства – это конфликт. Медведев лидер именем созидательного конфликта, внутренней войны за новую Россию. И ему не надо оглядываться назад – Путин и партия большинства у него за спиной.