47 ноября

Такой даты - 47 ноября - как известно, в календаре не существует. Этот текст был написан еще до 7 ноября, того самого "красного дня календаря", который вдруг так неожиданно "потерялся" в прошлом году и был заменен на совершенно непонятный большинству российского народа День народного единства. Еще не состоялись по всей стране традиционные коммунистические демонстрации в честь 88-й годовщины Октябрьской революции. Еще не прошло в Москве шествие ветеранов в честь годовщины легендарного парада 7 ноября 1941 года, который стал 64 года назад символом будущей победы над фашистской Германией. Однако новый государственный праздник 4 Ноября, объявленный к тому же выходным днем, уже состоялся. Чем не день революции (покамест хотя бы и в умах), когда, по меткому замечанию сайта Глобалрус.ру, самым заметным мероприятием в честь Дня народного единства в России стали не акции с участием Владимира Путина или Алексия Второго, а "Правый марш" в Москве?

Смешение дат, стилей, участников событий, их риторики и "революционной целесообразности", происходящее в последние дни, и заставляет говорить не о праздновании по отдельности событий 4 или 7 ноября (соответственно 1612 и 1917 года), но о праздновании некоего довольно чудовищного на вид "праздника", который для краткости мы обозначим как "47 ноября". Что же это за "праздник" такой в России случился?

Отсутствие новых героев - беда современной России

Подводя для "Русского журнала" итоги прошлого года, я писал о том, что появление праздника 4 Ноября - Дня народного единства и годовщины освобождения Москвы от польских интервентов - довольно ясно показывает намерение нынешней российской власти "равноудалить" Россию от двух по-прежнему неоднозначно воспринимаемых народом периодов развития страны: коммунистического СССР и ельцинской России. Сегодня, посмотрев сюжеты итоговых телепрограмм, посвященные празднованию Дня народного единства, можно говорить лишь о том, что "равноудаление" получилось каким-то странным: между героями 1612 года Мининым и Пожарским и антигероями в виде нынешних польских политиков, мечтающих о глобальной "восточной экспансии", лежит абсолютная пустота. "Создав" в прошлом году вместо 7 Ноября День народного единства, власть не позаботилась о самом главном - о том, ради чего и назначаются праздники в любой стране: о героях, которых чествуют в эти дни. О том, что праздники существуют ради лишних выходных дней, говорить не будем: таких бессмысленных "выходных" в России и так слишком много.

Давайте говорить прямо. Что означает для нынешнего молодого поколения граждан России, за влияние на умы которых так борется в течение этого года Кремль, создавая все новые и новые молодежные движения, икона Казанской Божьей Матери или Кузьма Минин и Дмитрий Пожарский, ставшие в добольшевистской России символами объединения народа ради создания единого и сильного государства? Да практически ничего, несмотря на интенсивные исторические экскурсы в телевизионных новостях в последнюю неделю перед Днем народного единства. К тому же, пока подавляющее число молодых людей сегодня смотрит по ТВ лишь низкосортные развлекательные программы вроде пресловутого "Дома-2", шанс узнать о смысле нового праздника, о его героях, незаслуженно забытых временем, для российской молодежи равен нулю.

Как ни цинично и чудовищно это звучит, но большинство населения России сегодня абсолютно не интересуется тем, что происходило в 1612 или в 1917 году. В разорванное распадом СССР и формированием новой России историческое пространство "русского мира" попадает с помощью современных массмедиа только то, что непосредственно затрагивает жизненно важные интересы простого человека. Чтобы восстановить связь времен, стране нужны новые, современные герои, которые бы отражали все главные перипетии нашей жизни: борьбу за существование, гордость за страну, любовь к своему делу и т.п. Но есть ли у нас сегодня такие, в полном смысле этого слова современные, герои?

За те пять лет, что находится у власти Владимир Путин, в символическом пространстве России можно пересчитать по пальцам одной руки персоны и события, вокруг которых концентрировалось бы внимание всего общества, а руками политтехнологов создавались бы народные мифы. По большому счету, к таковым можно отнести: миф о В. Калоеве как о "народном мстителе, отомстившем за смерть своей семьи", миф о М. Ходорковском как "борце с "кровавым путинским режимом", миф о В. Квачкове как о "бесстрашном борце" с А. Чубайсом (профессия которого, как оказалось, теперь называется "Родину освещать"). И, наконец, последнее по времени "приобретение" народной мифологии общероссийского масштаба - миф о капитане траулера "Электрон" Яранцеве, который с двумя плененными сотрудниками норвежской рыбоохраны на борту успешно отстоял право России производить рыбную ловлю там, где ей заблагорассудится. Обратите внимание: речь в данном случае идет о героях-персонах, героях-одиночках, поскольку именно такие герои всегда почитались на Руси.

Именно поэтому практически никто, кроме родственников и "ухаживающих" за ними циничных политтехнологов, не помнит сегодня ни о моряках с подлодки "Курск", героически боровшихся за спасение своих жизней, ни о жертвах "Норд-Оста" и Беслана, погибших от рук чеченских террористов. Не стали коллективными героями даже обласканные вниманием Кремля молодые ребята из движения "Наши", чья абсолютно верная и соответствующая духу Дня народного единства коллективная инициатива "Три тысячи добрых дел" заслужила злобно-иронические комментарии со стороны журналистов. Известная поговорка "Один в поле - не воин" имеет для русских одно-единственное исключение: "воин, если герой". Но помогают ли власти (причем все - от первой до четвертой!) своим народным героям-одиночкам? Ведь ключевое отличие героев-одиночек в том, что подвиги их в большинстве случаев связаны с формальным нарушением закона...

История с капитаном Яранцевым и траулером "Электрон" показательна в том плане, что сначала пресса и федеральные телеканалы в едином патриотическом порыве меньше чем за неделю делают из рядового человека национального героя, а по возвращении на Родину из национального героя, попавшего с инфарктом в больницу, Генпрокуратура РФ в лице спецпредставителя по связям со СМИ Н. Вишняковой делает преступника, посягнувшего на незаконную ловлю рыбы и захват в заложники двух норвежцев из рыбоохраны. Здесь стоит подчеркнуть один очень важный момент в связи с тем, что речь у нас идет сейчас о национальных героях. Это ответственность властей и СМИ перед обществом за создание или разрушение национального мифа в начальный момент его существования. Было ли чувство меры у журналистов федеральных телеканалов, когда они, зная, что по возвращении в Россию против капитана Яранцева неизбежно будет проводиться следствие, без оглядки на последствия в едином порыве "раскручивали" капитана "Электрона"? Было ли чувство меры у Генпрокуратуры, когда она, зная, что мурманская прокуратура уже возбудила уголовное дело против Яранцева, посчитала необходимым сказать свое слово устами Н. Вишняковой?

Особая важность того, о чем сейчас идет речь, обусловлена тем обстоятельством, что любые действия Кремля в области создания национального проекта в последние годы до крайности похожи на разрушительный принцип действия джиннов из арабских сказок, согласно которому построенный ими дворец они же и разрушали. Именно этим и объясняется та абсолютная пустота современного нам символического ряда, который обязательно должен был появиться вместе с новым праздником - Днем народного единства 4 Ноября. Если в стране не будут появляться народные герои, российская история может прекратиться задолго до срока, намеченного нашими недругами...

"Правый марш" и "оранжевый нацизм": опасная игра символов

Говоря об ответственности властей и СМИ за создание национальной идеи, работающей на единство страны, трудно не обратить внимание на прошедший 4 ноября в Москве так называемый "Правый марш". Подчеркнутое молчание телевидения, не обратившего сколько-нибудь заметного внимания на "марш" и вызвавшее вал провокационных вопросов в "Живом журнале", - что оно, это молчание, означает? Чем руководствовались власти, давая разрешение на проведение данного мероприятия в центре Москвы в День народного единства, отлично зная и состав участников, и лозунги, и примерное содержание речей, с которыми выступали на этом "марше" ораторы из полумаргинальных националистических организаций?

Здесь следует обратить внимание на ряд интересных моментов. Во-первых, согласно мнению одного из участников "марша", идеологический сценарий "Правого марша", который задумывался Евразийским союзом молодежи как имперский и "антиоранжевый", был сломлен изнутри.

Во-вторых, на этом изначально "антиоранжевом" мероприятии присутствовала крайне пестрая "компания" в лице ДПНИ, РОД, РОС, движения "Память", футбольных фанатов, скинхедов и просто любопытствующих подростков. Кроме того, в "марше" участвовали в личном качестве члены НБП и даже КПРФ! Что тут делают коммунисты, у которых свой "красный день календаря" начался еще 6 ноября с возложения венков к Мавзолею В.И. Ленина? Только ли потому пришел на "Правый марш" кандидат в депутаты МГД от КПРФ П. Милосердов, что у него в предвыборной программе записана борьба с нелегальной иммиграцией?

В-третьих, по словам уже упоминавшегося участника "марша", "мы - евразийцы или православные националисты... знали заранее, как из-за нашей же невнимательности и доверчивости инициативу перехватят откровенно оранжевые нацисты". Слова о том, что "знали заранее", следует ли понимать так, что весь "Правый марш" был заранее спланированной провокацией? Наконец, в-четвертых. Наблюдается интересная тенденция: участников "Правого марша" приглашают принять участие в коммунистическом шествии 7 ноября!

Так что же хотела сказать власть, разрешая этот крайне неоднозначный по исполнению "марш", и почему молчит телевидение, показывая (опять-таки с безудержным энтузиазмом!) сюжеты про беспорядки во Франции? Единственным разумным объяснением происходящего может быть только одно: "Правый марш" - это завуалированное обращение Кремля не только к модераторам и спонсорам "оранжевой революции" в России, но и ко всему обществу. "Видите, это русский фашизм. "Оранжевая революция" в России может быть только такой. И никаких "мягких" вариантов вроде Грузии и Украины в России нет и не предвидится. Хотите получить в Москве то, что происходит в пригородах Парижа? Нет? Тогда не играйте с огнем!" Примерно такие слова могли бы произнести публичные лидеры ЕСМ, если бы сразу по окончании "Правого марша" они не занялись подготовкой к вояжу в Киев, где на 7 ноября ими назначено так называемое "свержение Ющенко". Но этих слов нет... Опасная игра символов в день 47 ноября продолжается.