От Кущевской до Манежной

От редакции. В субботу, 11 декабря, на Манежной площади в центре Москвы произошло массовое выступление футбольных фанатов против «этнопреступности». Действие было спровоцировано недавним убийством болельщика московского «Спартака». Начальник ГУВД Москвы пообещал, что расследование убийства фаната московского «Спартака» будет доведено до конца. Толпы болельщиков, между тем, подойдя к выставочному залу Манеж, попытались прорвать оцепление ОМОН. После того, как сотрудники ОМОНа попробовали остановить болельщиков, те начали кидать в омоновцев рамки металлических заграждений и прочее. Затем фанаты свалили установленную у Манежа новогоднюю елку. Силы ОМОНа начали наступление на толпу…

Свое мнение о событии и его последствиях высказывает философ и публицист Кирилл Мартынов.

* * *

В субботу 11 декабря 2010 года произошло одно из самых позорных событий в новейшей истории России. В центре Москвы на Манежной площади, между Кремлем и старыми зданиями Московского университета, собралось несколько тысяч людей. По сообщениям СМИ это были футбольные болельщики или националисты. Им позволили беспрепятственно выкрикивать расистские лозунги, призывать к расправам по национальному признаку и даже начать воплощать некоторые их планы в жизнь. Несмотря на то, что в ходе “акции” пострадало больше 30 человек, несколько задержанных зачинщиков к утру уже были отпущены милицией. Толерантность по отношению к открытым проявлениям фашизма на наших глазах достигла своего апогея.

Произошедшее ставит несколько очень серьезных вопросов о нынешнем состоянии российского общества и государства. Похоже, что у ситуации есть конкретный виновник – московская милиция и прокуратура. Следователи последней выпустили на свободу возможных соучастников убийства болельщика московского “Спартака” Егора Свиридова, что стало удобным поводом для “погрома”. В свою очередь, подчиненные главы ГУВД Москвы продемонстрировали свою тотальную неспособность контролировать происходящее в городе. О будущих выступлениях на Манежной было известно за несколько дней, однако никаких мер безопасности принято не было. Словно “болельщиков” приглашают продолжать борьбу. Конфликт обещает набирать обороты: интернет полнится слухами о грядущем выступлении “кавказцев”.

Выход из этой ситуации найти будет трудно, зато диагноз более или менее очевиден: в российском обществе не доверяют коррумпированным и некомпетентным представителям власти. Недавняя история “приморских партизан” продемонстрировала, что всякая форма протеста против силовиков может быть воспринята населением с энтузиазмом. Так что даже если воспитание не позволяет вам сочувствовать лозунгам, призывающим “убивать”, вы всегда можете порадоваться за перспективы “русского бунта”. Нет, не хотите? А какие есть альтернативы? В самом деле, попробуйте выбрать между дагестанцем с травматикой, стреляющим в спину, фанатом, выкидывающим руку вверх в нацистском призыве, и милиционером, действующим в стиле Евсюкова. Самым подходящим в этой ситуации будет быть против всех.

Но и это тоже не является выходом. Сергей Доренко в своем видеокомментарии, записанном по горячим следам погрома 11 декабря, очень верно формулирует его социальный контекст. Приезжие из южных республик сохраняют сильную групповую солидарность, которая компенсирует для них отсутствие образования и интеграции в городскую жизнь. На противоположной стороне находится атомизированное и гедонистическое “европейское” общество, состоящее из отдельных индивидов, “двигающихся из офисов в бетонные коробки квартир”. Мы – эти самые индивиды – не создаем той плотности городской культуры, которая заставила бы выходцев из маленьких селений считаться с собой. Следовательно, город в глазах приезжих демонстрирует свою слабость, нет причин уважать его. Судя по всему, коррумпированная власть – ее низовые представители, – легко покупается и продается, особенно если за вас может вступиться та или иная группа (земляков, родственников и т.п.), обладающих достаточным совокупным богатством и связями. Побег от дагестанца, фаната и Евсюкова – это побег от нашей социальной реальности. Которая, впрочем, и состоит из таких вот бегущих в разные стороны инфантильных индивидов, не желающих видеть, что происходит вокруг них. Впрочем, и всеобщий социальный эскапизм – это еще не вся история.

Вспомним, как пять лет назад проходили первые “русские марши”. Тогда они рассматривались как очевидная и весьма смехотворная попытка выпустить на улицы несколько сотен ряженых, готовых гулять под “имперскими стягами” в установленных местах. Эти ряженые, вероятно, по мысли некоторых, давали бы управляемый выход социальной напряженности – по аналогии с “управляемой демократией”. Важным побочным мотивом стало, безусловно, и желание перенести общественное внимание с 7-го ноября на 4-ое: “русские марши” выглядели по сравнению с ноябрьскими манифестациями коммунистов, имевшими место в 1990-ые годы, безобидным дуракавалянием. Всем было ясно, что никакой реальной политической силы у националистов нет. Пять лет мы целенаправленно выращивали “русское национальное сознание”, и вот сегодня мы видим, как этот ребенок-мутант начал учиться ходить. “Русские марши”, конечно, никого не интересуют, но зато всем стало ясно, что вот так, вот с этими лозунгами, и вот с этими жестами у нас в стране в общем-то можно. За гражданские права нельзя, за какой-нибудь там лес нельзя, а вот “так” – да, пожалуйста. Минимум задержаний, никаких уголовных дел по печально знаменитой 282 статье о разжигании ненависти (которую, к слову, разумеется, нужно отменить хотя бы в силу удивительной избирательности ее применения).

11 декабря, в сущности, стало высшей точкой развития “национального движения” в России. Странно, что националисты не спешат праздновать победу. Диакон Кураев, являющийся одним из проводников государственной политики в сфере идеологии, совмещающей постмодернистское заигрывание с “национальной идеей” и нигилистическое уничтожение гражданских ценностей, поспешил заявить, что “погром всегда - реакция беззащитных”. Этот добрый пастырь пытается уверить нас, что погромщики являются невинными жертвами обстоятельств, нуждаются в защите, сочувствии и понимании. Или, что другими словами, манифестация на Манежной была, пусть и уродливым, но неизбежным и необходимым ответом на действия следователей прокуратуры, отпустившими участников драки дагестанцев. Это не так. Участники действия, которое сам Кураев назвал погромом, не требовали правосудия и соблюдения гражданских прав на справедливое судебное разбирательство. Для “национального сознания” эти требования и неуместны, и бессмысленны. Фашизм требует и способен требовать только одного: уничтожения Другого, отличного от фашиста по набору вымышленных или реальных признаков. Именно к этому сводились призывы тех, кто собрался на площади 11 декабря. Разве этих слов и действий все эти годы ждали профессиональные борцы с “нелегальными мигрантами”? Так где же радость на ваших лицах, господа? Чего вы стесняетесь?

События последних месяцев весьма навязчиво демонстрируют нам исподнее Российской Федерации, слегка прикрытое фиговыми листочками законности. Все началось в кубанской станице Кущевской, где лишь чудовищное массовое убийство заставило людей заговорить о десятилетиях под властью бандитов. Новости об аналогичных бандах в других районах страны стали вдруг популярными в СМИ, ищущих сенсаций. Губернатор Краснодарского края Ткачев на совещании обмолвился, что, в сущности, в его регионе и все остальные районы живут по “понятиям”. Председатель Конституционного суда Валерий Зорькин опубликовал в “Российской газете” статью, в которой делится с читателями своими неожиданными прозрениями: оказывается, страна стонет под гнетом криминала. Оказывается, нам грозит по этой причине диктатура, ведь населению вновь требуется сильная рука, потому что жить под властью вездесущих и уважаемых получиновников-полубандитов – как в Кущевской – больше невозможно.

Российское общество, “подмороженное” на несколько лет высокими ценами на нефть и доступными кредитами, начинает стремительно скатываться в пропасть. Процесс варваризации опережает процесс модернизации на несколько ходов. На каждое Сколково находится своя Кущевская. Похоже, Общество, не верящее в способности власти выполнять свои функции, судя по всему, готово жить по понятиям. Об этом говорят самые разные признаки: общественная кампания в защиту борца с наркоманами Егора Бычкова, оправдательный вердикт присяжных по делу “Евросети” (коллеги Чичваркина, очевидно, похищали экспедитора, но ведь они делали это “по понятиям”), наконец, нынешний триумф российского национализма на Манежной. Постсоветское общество догнивает. Оно выработало свой ресурс. Сквозь его ткань на поверхность всплывают вещи, накопленные за десятилетия его жизнедеятельности.

Распад Российской Федерации, если нам суждено увидеть таковой, будет связан совсем не с военной интервенцией Китая и даже не с нашествиями орд нелегальных мигрантов. Более реалистичным сценарием представляется падение доверия граждан к государству как единственному источнику легитимного насилия, и переход отдельных районов страны под прямое управление криминальных синдикатов, действующих под прикрытием лозунгов о самоуправлении. Последние события, от Кущевской до Манежной, демонстрируют, что девяностые годы никуда не ушли. Напротив, та эпоха лишь сегодня становится совершеннолетней. Бомба, заложенная распадом Советского Союза, похоже, готова к взрыву.