Лингвистическая катастрофа

Различение - фундаментальное свойство человеческого языка. По моей гипотезе, язык, во всей его невообразимой сложности - причина и структурная основа человеческого сознания. Сознание я рассматриваю как особую различающую, объективирующую и отчуждающую способность, возникшую благодаря различающей силе и структуре языка.

Есть два главных уникальных (то есть не встречающихся в других знаковых системах) свойства человеческого языка:

1. Фонемы и различительные признаки, из которых состоит фонема - это уникальные "пустые" знаки, которые, сами абсолютно ничего не обозначая, служат различению знаков более высокого уровня. Знаки, которыми пользуется животный мир - это всегда сигналы, где есть однозначная и жесткая связка между знаком и значением, криком и опасностью. Язык РАЗРЫВАЕТ эту связку на уровне фонем, которые СВОБОДНЫ от значения и тем самым служат различению тех знаков, которые значением уже обладают (начиная с морфем)

2. Самореферентность языка, метаязык, то есть способность быть всегда не просто языком и речью, но речью о речи, языком о языке, речью о языке и языком о речи. Пчела-разведчик, например, может рассказать, где найти цветок, передать информацию, но она не может рассказать о самом этом своем рассказе, создать информацию об информации. Эта способность к рассказу о рассказе о рассказе, плюс способность пользоваться личными местоимениями, которые в речи, в диалоге постоянно меняют носителя, и есть способность к различению различения, зеркала в зеркале, и именно эта способность необратимо вырывает человека (и как вид, и как индивида) из "природного" до-языкового единства.

Это "единство" - наш опыт, которым мы обладали в утробе матери и в первые полтора-два года жизни, до активизации "языковой матрицы". Тогда мы еще были только возможностью человека, которая, попади мы на раннее воспитание к волкам, так и не стала бы действительностью, вопреки Киплингу. К двум-трем годам, если все идет нормально, происходит появление, рождение человека как действительного, а не только возможного. Человек становится "лингвистической катастрофой", то есть перманентно различающей и одновременно перманентно ностальгирующей по единству "машиной". В этот момент рождается базовый, общий для всего человечества "наркотический инструментарий", "универсальный клей" который пытается склеить трещину между единством и различением, между миром и человеком, восстановить потерянный рай, утраченное единство.

Этот инструментарий таков: 1. Миф (вербальное построение и реставрация космоса) 2. Ритуал ( экстравербальные наркотические, как в узком, так и в широком смысле) практики для устранения различения как такового, то есть практики преодоления языка (сюда относятся и все известные в истории практики молчальничества). Миф это такая особенная речь, которая пытается убрать из языка различение различений, время. Ритуал это практическое руководство по уничтожению вербальности, то есть попытка вернуться к речи животных, речи, где знак и смысл были абсолютно неразрывны.

И все было бы хорошо, и мы жили бы в гармоничных ритуальных обществах, если бы язык не существовал в нас в форме "архивированной", сжатой внутренней речи, которую мы в себе никогда не слышим, но которая, как магма, постоянно кипит внутри нас, порождая различения различий помимо нашей воли. Отсюда весь драматизм отношений человека с самим собой, и с ближним, неизбежность "горячей" истории, неизбежность эксцессов тотального насилия, суицидальных эксцессов, и невозможность никогда, кроме как в смерти, удовлетворить до конца свою фундаментальную ностальгию. Но также это и неизбежность высокого искусства и милосердия.

Я пытаюсь описать всю историю человека как разворачивание "лингвистической катастрофы". Необходимо честно отдать себе отчет в человеческой (то есть нашей) перманентной катастрофичности. И не просто констатировать, такая констатация стара как мир, но знать полную структуру катастрофы (особенности) человека, и тем самым иметь в руках инструмент для предотвращения и прогнозирования реальных катастроф, продуцируемых человеком в себе, в социуме, в мире. Поэтому я ссылаюсь на математическую теорию катастроф (теорию особенностей), без которой ни один корабль не может выйти в море и ни один автомобиль доехать, и ни один летательный аппарат долететь до места назначения.