Друзья или враги?

Лиза Джардин. Становясь голландским: Как Англия захватила предмет гордости Голландии. - HarperPress, 2008. - 400 с.

Lisa Jardine. Going Dutch: How England Plundered Holland's Glory. - HarperPress, 2008. - 400 p.

Вот загадка: голландские войска оккупировали Лондон, но большинство англичан, кажется, даже не помнят этого. Когда во время вторжения в 1688 году король Голландии Вильям путешествовал по Англии, он был необычайно хорошо принят. Константин Хьюйгенс-младший, секретарь короля, описывает, как англичане выстраивались вдоль дороги, крича "благослови вас Бог!" и угощая захватчиков яблоками. Хьюйгенс был также поражен "огромными толпами, которые мы видели, все люди в них курили безо всякого стыда, даже очень молодые, 13 или 14 лет от роду".

Лиза Джардин, профессор, преподающий эпоху Возрождения в университете Лондона имени королевы Марии, описывает в этой несколько хаотичной, но тем не менее интересной книге, насколько близки оказались друг с другом англичане и голландцы еще задолго до 1688 года. Их взаимная помощь объясняет, почему этот край Европы прогрессировал быстрее всего, причем практически во всех сферах деятельности - от живописи до создания маятниковых часов. Это также предполагает, что границы между государствами значили тогда гораздо меньше, чем позднее считали историки.

Главный персонаж книги - Константин Хьюйгенс-старший, бывший секретарем короля Голландии до того, как передал этот пост сыну. Хьюйгенс-старший, доживший до 90 лет и скончавшийся за год до "Славной революции", является одним из тех людей столетия, которые добились успеха собственным упорным трудом. Поэт, писавший на четырех или пяти языках, композитор, музыкант и знаток живописи, ухажер, карьерист и хвастун, он знал всех, кого важно было знать, от короля до Рубенса, и он сделал гораздо больше, чем кто-либо другой, для того, чтобы свести две нации вместе. Хьюйгенс провел время в Англии, будучи молодым человеком, свободно говорил на английском и помог честолюбивому голландскому суду сымитировать желание английской короны.

Один из сыновей Хьюйгенса, Кристиан, может послужить примером того, насколько сильно переплелись между собой английская и голландская науки. Кристиан считается изобретателем маятниковых часов и пионером микроскопов, но Джардин показывает, что он многое заимствовал от его английских коллег. Хьюйгенс был в дружеских отношениях с Джоном Локком и Исааком Ньютоном. Он регулярно переписывался с членами королевского общества и был полностью осведомлен о последних английских научных исследованиях. Естественным образом, когда понадобилось протестировать созданные им маятниковые часы на определение географической долготы в море, эксперимент был поручен капитану английского военно-морского флота. Этому не помешало ни то, что Англия и Голландия находились в состоянии войны, ни то обстоятельство, что этот самый капитан, Роберт Холмс, тестировавший часы Хьюйгенса, разграбил голландскую факторию на берегах Гвинеи.

Не мог этому помешать и факт атаки Англии на Манхэттен, что позволило ей отобрать остров у голландцев. Три англо-голландские войны в период между 1652 и 1674 годами едва ли отразились на их сотрудничестве. Художники, садоводы, архитекторы и члены королевских семей всегда были объединены работой и часто связывали себя при этом узами международного брака. Несомненно, морские походы обычно были безопаснее, чем сухопутные. Язык также редко оказывался преградой, и Джардин упоминает, что в 1600-е годы многие английские пьесы даже включали в себя фразы на голландском.

Когда после гражданской войны члены английской королевской семьи потеряли свой престол, многие приближенные их двора очутились в Гааге или Антверпене. А вернувшись после Реставрации домой, как пишет Джардин, они оказались проводниками голландского влияния. Сады Хэмптон Корта и Сент-Джеймского дворца, столь похожие на систему каналов, - типично голландские.

Иногда даже трудно было сказать, кто был голландцем, а кто - англичанином. Король Вильям, племянник короля Англии Джеймса Второго, вырос в Англии в семействе англоговорящей женщины. Он ожидал унаследовать английский престол в связи с тем, что его жена Мария была старшей дочерью Джеймса. Джардин делает заключение, что последующее вторжение Вильяма в Англию "было больше похоже на объединение". В эти десятилетия до вторжения англичане и голландцы часто обсуждали возможность политического союза. После 1688 года двор Вильяма привез с собой в Англию огромное число голландских обычаев. Банк Англии, к примеру, во многом был обязан в своей работе традициям голландской государственной банковской системы.

В самом конце книги Джардин отмечает, что "Славная революция" привела Нидерланды к спаду: "Вильям Третий и его жена Мария Стюарт привезли с собой в Англию не только свои надежды и мечты своего поколения, но также большую часть своих доходов, получаемых от налогов и процентов с капитала. Отсюда и слово "разграбленный" в моем подзаголовке". Эта объемная тема требует гораздо большего внимания, чем те несколько строк, которые приводит исследовательница.

"Становясь голландским" - творение неоднозначное. Книга написана вполне умело в

начале и конце, но несколько неуклюжа в некоторых главах в середине - возможно, в связи с шероховатостью редактирования. Джардин нравятся анекдоты, и потому время от времени она становится болтливой и больше сосредоточена на истории и персонажах, чем на анализе. Но все-таки эту книгу стоит прочитать, даже несмотря на перегруженность иллюстрациями XVII столетия, которыми она наполнена.

Источник: "Financial Times"

Перевод с английского Ильи Успенского