Отдать больше, чем принять

Недостаток информации – прекрасная почва для домыслов. В этом плане экопоселениям «повезло» не меньше других неординарных явлений общественного бытия. Кому-то они чудятся местом пребывания сект, кто-то убеждён, что от цивилизации сюда сбегают несчастные, опустившиеся люди, для кого-то идеи экологии души и тела являются блажью. На деле всё обстоит донельзя просто. По словам исполнительного директора Сети экопоселений и экоинициатив, представителя Глобальной сети экопоселений Ляйсан Мирзагитовой, если брать в употребление слово «бегство», то, да, экопоселенцы сбегают, но, если угодно, не от чего-то, а к чему-то. Вернее, к кому-то. То есть, к себе.

Экопоселенцы – это люди, которые взяли на себя смелость создавать что-то новое, альтернативное, а вовсе не стремящиеся сбежать от каких-то трудностей. Причём, подавляющее большинство среди них – люди, состоявшиеся в личной и профессиональной сфере.

По определению Мирзагитовой, экопоселения – это добровольный социально-экономический эксперимент по созданию модели устойчивого развития. Содружество людей, которые добровольно поехали в деревню и которые придерживаются некоторых принципов. К примеру, таких, как наименьшее негативное воздействие на природу, на окружающую среду, возможно полное экономическое самообеспечение, осознанный разумный минимализм и т.д.
За рубежом создание таких поселений началось еще в начале 1960-х и стало активно развиваться с 1968-го года, когда по инициативе Матери, сподвижницы индийского духовного учителя Шри Ауробиндо, был заложен Ауровиль, "Город Рассвета", в котором ныне проживает более 1200 человек 31-й национальности, приехавших туда со всех уголков мира. В настоящее время трудно назвать цифру, характеризующую количество экопоселений в мире. Существует ассоциация экопоселений мира – "Всемирная Сеть Экопоселений", объединяющая три региональные сети: Глобальную Сеть Экопоселений стран Океании и Азии, Глобальную Сеть Экопоселений Америки, и Глобальную Сеть Экопоселений Европы. Можно смело утверждать, что движение это мощное и ширящееся по всему миру.

Первые экологические поселения в России были основаны в начале 1990-х годов, в период распада СССР, перестройки экономики и всей жизни страны. Началу создания экопоселений способствовало то, что с перестройкой, с одной стороны, всплыли на поверхность и стали быстро усугубляться существовавшие до этого проблемы экологии, с другой стороны, у многих людей разрушилась устоявшаяся социальная и профессиональная жизнь. Осознание проблем с экологией и психоэмоциональная встряска от быстро меняющейся жизни многих натолкнули на поиски способов устойчивого развития. Идее построения экопоселений способствовала и ставшая более доступной информация о зарубежном опыте экопоселений.
Из российских созданных на "первой волне" наиболее известны поселения Китеж (Калужская обл.), Гришино (Ленинградская обл.), Невоэковиль (Сортавальский р-н, р-ка Карелия), Тиберкуль (Курагинский р-н, Красноярский край). Жителями первых экопоселений становилась, в основном, бывшая городская интеллигенция без особого опыта жизни на земле (не считая дачного), многих их них новые условия жизни в некотором роде "вынудили" искать альтернативную философию и альтернативный жизненный путь.

Жизнь российских экопоселений строится на принципах, общих для многих экопоселений мира. Для всех основной задачей является жизнь в ладу с природой, без нанесения ей ущерба, что выражается в стремлении снизить антропогенную нагрузку на среду, в исключении использования пестицидов, гербицидов, неорганических удобрений в садах и огородах, в пищевых предпочтениях: большинство проживающих в поселениях придерживаются вегетарианства. Экопоселенцам свойственно стремление к возможно более полному самообеспечению и к гармоничным отношениям внутри сообщества, будь оно в виде общины (Тиберкуль, Китеж), или в виде независимых хозяйств (Гришино, Невоэковиль). Жителям всех экопоселений свойственно увлечение теми или иными духовными учениями, совсем не обязательно общими для всех поселенцев (как в случае с Тиберкулем).

«Устойчивое развитие» – это не просто удачное словосочетание. Как заметила Ляйсан Мирзагитова, идея устойчивого развития в том, чтобы предыдущее поколение оставляло следующему поколению столько же и, возможно, больше, чем имело само.

«Увы, сегодня мы оставляем нашим детям и внукам землю, которая выглядит гораздо хуже, чем мы ее приняли от наших бабушек и дедушек. Я родилась в советское время, и помню, как мы, не боясь отравиться, пили воду из крана, без опаски играли во дворах, знали много игр, много двигались, не подозревали о диатезе и т.д. Сегодня многое изменилось. И не только в плане экологии. Идёт дегуманизация жизни в городах, обезличивание человеческого общения. Мы этого не замечаем, пока не уедем из города. Люди становятся похожи на роботов, страдают от недостатка творчества. Поэтому одна из составляющих экобытия – развитие творческого потенциала личности, новое образование для детей. Это не значит, что дети не получают общего образования, просто в рамках экопоселения оно более полное, не фрагментированное. Мы считаем, что нужно воспитывать не человека-потребителя, а человека-творца».

Кстати сказать, идея устойчивого развития, так сказать, преумножения прекрасно проиллюстрирована экопоселением «Невоэковиль». Как рассказал руководитель сообщества Иван Гончаров, в 1994-м году было всего восемь экопоселенцев. Сейчас их 50, и из них – 19 детей. За 17 лет в «Невоэковиле» родилось 16 детей!

«Люди захотели иметь детей, как только пришли на землю, причём, имущественный ценз и доходы не имели никакого значения, - объясняет Гончаров – 95 % из нас были люди с высшим образованием. Мы были идеалистами, и ими остались. Ехали строить свои миры. Свой проект мы не создавали в жестко прорисованных концепциях и правилах. Жили от проблемы: возникала она, мы ее решали, и это ложилось в основу нашего бытия. Поэтому основные принципы нашего бытия: свобода выбора, сетевая структура, опора на собственные силы, открытость, естественность развития, формирование экологического мировоззрения. При этом мы не воспринимаем себя как нечто инородное, активно участвуем в жизни внешнего социума, чувствуем ответственность за то, что происходит в нашей семье, деревне, городе, стране».

Образование, по словам Ивана Гончарова, одна из важнейших составляющих жизни в экопоселении. В крупных экопоселениях, как правило, сосредоточен большой интеллектуальный потенциал, ведь здесь действительно, проживает, в основном, интеллигенция, поэтому возможно организовать обучение своими силами и подойти к этому инновационно. Скажем, применить известные авторские методики. Однако в небольших экопоселениях предпочитают обучать детей в городских школах. Прежде всего, потому, что важен аспект социализации. «Экодетям» дальше жить в этом мире, и они должны уметь выстраивать в нём отношения. Есть, конечно, семьи, что учат детей дома, и ребята, как правило, успешно сдают экзамены. Немалую роль в этом играет то, что среди экопоселенцев много учителей.

Примечательно, что никто не ставит целью по окончании школы вернуть ребёнка в экопоселение. Как заметил Иван Гончаров, выбор жизни, подобной жизни родителям, должен быть за ребенком. Его старший сын, к примеру, вернулся в экопоселение, потому что ему это нравится, ему это близко. Сегодня в экопоселении нет проблем с недостатком информации: у всех скоростной Интернет. Однако здесь есть то, чего нет в городе. Например, есть пространство, есть лес, есть жизнь поселения как жизнь большой семьи, в которой колоссальное количество интересных людей. Ребята могут заниматься спортом, керамикой, кузнечным делом, могут танцевать, петь, рисовать, изобретать. Жизнь в экопоселении гораздо насыщеннее и интереснее, чем в городе.

Может, поэтому уходят отсюда редко, хотя жизнь на земле – жесткая. Земля требует большей ответственности, большего труда, большего напряжения, и для семьи, в том числе. Особенно для городской семьи. На земле мужчина должен стать мужчиной, а женщина – женщиной. Гендерные признаки начинают проявляться явно и резко. Женщина не пойдёт пилить и колоть дрова, а у мужчины не будет времени сварить обед. Даже при условии, что труд будет максимально технологизирован, уклад жизни на земле требует иной психической и физической активности.

Но малочисленный уход – не повод для огорчений. Тем, кто не соизмеряет свои мечты со своими силами, не место на земле. Проблема – в другом. Как признался Иван Гончаров, одной из серьезных проблем стало понимание обществом данного явления. Жители экопоселений столкнулись с негативным восприятием экопоселений как движения. Им очень часто приходиться доказывать, что они - не секта. И им очень хочется, чтобы потенциал, который заложен в этом проекте, был понят обществом и властью.