Бабы и леди

"Путешествие с домашними животными" Веры Сторожевой

Серое утро, талый снег. Глядя под ноги, женщина в ватнике переводит корову через железнодорожную насыпь. Вдруг подняв глаза к небу, она делает жест руками над головой, будто что-то ловит в воздухе, ловит, но не может поймать. Это красный воздушный шарик, неизвестно откуда взявшийся среди безлюдных полей. Яркое пятно на фоне тусклой, насупленной природы. С его поимки и начинается рассказ, как простая русская баба, очевидно не единожды битая не любимым и нелюбящим мужем, оторвала взгляд от земли и пустилась в путешествие за собственной душой, к своему "я", чтобы понять, кто она, чего хочет сама, - без подсказок, регламентов и социальных конвенций.

Путь трудный, тем более что она начинает его с нуля. Она не знает, что такое любовь. Женщина без корней, выросла в детском доме; когда срок жизни на иждивении государства истек, была "продана" замуж за обходчика. Живет вне традиций, культуры, не в городе и не в деревне, на полустанке около железнодорожного полотна, доит корову, бесконечно делает на продажу творог, но денег не видит, муж их копит, складывает в бидон. У нее нет ничего своего. Что же ее держит? Хозяин (так она зовет мужа) и хозяйство, стереотипы, навязанные обществом извне. Но хозяин умирает, и женщине нужно найти новые опоры.

Из гламурного журнала героиня сделает абажур. Переспав с шофером, не станет пожирать его нежным взглядом, а скажет: "Уходи". Тот отмахнется, повернется на другой бок: "Сдурела, куда я поеду ночью?" Тогда на него направят "мелкашку". Одежда мужа пойдет на огородное пугало, вещи - в костер. С поезда героиня на ходу спрыгнет. Не нужно самообмана, оставьте себе, трам-тарарам, иллюзии лучшей жизни там, за поворотом. Примерить, а затем выбросить, как мусор, ненужное, не свое.

Не каждая женщина откажется разменивать себя на медяки соответствия ожиданиям. Слишком рискованно. Поэтому картина в главном - заявленной теме - удалась. К тому же она сделана грамотно и, в общем, логично и хвалить этот фильм проще, чем критиковать. Достоинства очевидны, опираются на точность фактов. Все прочитывается однозначно, одно вытекает из другого. Роли сыграны, гендерные позиции обозначены.

Недостатки фильма в нюансах, для которых не так легко найти словесное выражение - вылезет лишняя деталь, соврет интонация, собьется ритм, потеряется энергетика. Тем не менее эти эфемерности не дают возможности воспринять ленту с той отзывчивостью, к которой она вроде располагает. Рассказу о познании свободы не хватает свободы художественного волеизъявления. Режиссер наступает на те же грабли и пользуется штампами, от которых хочет избавить свою героиню. Глубокой истории не хватает глубины трактовки.

Главный символ - поезд: знак перемены, большого мира, странствия в другие страны, погони за лучшей долей. Символ важный и точно найденный. Однако поездов так много, что уже в первой четверти фильма они превращаются в монтажную формальность, склейку, отбивающую конец эпизода. Неудивительно, что поезд сравнили с фаллосом: ездит туда-сюда и личная жизнь героини вот-вот наладится. Ассоциации первого ряда вызывают соответствующие шутки. За красным воздушным шаром, голубым нарядом и белым шарфом героини мерещится российский триколор и рекламная кампания по увеличению детей в семье. Потому что цветовая гамма точна, драматургически оправдана, но неинтересна.

Ксения Кутепова играет хорошо, органично. Не просто так сестры Кутеповы оказались в фильме Семена Арановича "Agnus Dei" Кто лучше исполнил бы роль невинного заложника политических игр и мужских амбиций? Но образ героини не выдержан в едином стиле. Ее дизайнерская эскапада - абажур, который она вырезает из физиономий "звездных" женщин и мужчин, и пылают "звезды" отраженным светом лампочки в шестьдесят ватт. Отличная сцена. Но творческая фантазия не возникает среди темноты и холопства. Кажется, авторам неловко перед образованной публикой, что их героиня так проста, и они спешат наделить ее "креативом". Из бабы делают леди, образ дает трещину.

В картине разные мужчины. Муж, любовник - "хозяева", авторитарная власть. Есть чуткие - священник и приятель детства. Но агрессия более энергична. Поэтому на первое место выходит пафос простых решений - все мужчины свиньи и "долой кухонное рабство!". Пожалуй, именно негативная энергетика сильнее всего мешает картине. В основе сюжета - механический отказ, частица "не". Главное действие - вычитание. Но отнимать и делить - дело правоохранительных органов. Данная же история подразумевает осмысление и переосмысление, потому что ведет к важному шагу - не рефлекторному, а осознанному материнству, вершине свободного выбора и любви. Однако внутренним процессам должного внимания не уделили, отдали экранное время финтифлюшкам, шарам, поездам и бидонам. Вероятно, отсюда существенная постановочная погрешность, которая ставит под вопрос вторую половину истории и оптимистичный финал. Героиня смотрит телевизор, видит рекламу памперсов и говорит, что хочет ребенка. Заявление подсказано СМИ. Очередная общественно-полезная ценность? Ой.

Победа биологического над социальным и обретение самостоятельности - процесс длительный. "Удивительно, какую перемену настроения вызывает надежный годовой доход", - написала Вирджиния Вульф через несколько лет после того, как получила наследство в пятьсот фунтов в год после смерти тети Мэри Бетон. "Еда, дом и одежда навсегда мои. Покончено не только с напрасными усилиями, но и с ненавистью, горечью. Мне незачем ненавидеть мужчин, они не могут задеть меня. Мне незачем им льстить, они ничего не могут дать мне. И незаметно во мне вырабатывался новый взгляд на другую половину человечества. Винить класс или пол в целом бессмысленно. <...> Мало-помалу мои горечь и страх уступили место жалости и терпимости; а через год-другой и они прошли, и наступило величайшее освобождение, свобода думать о сути вещей. То здание, скажем, - нравится мне или нет? А та картина - она прекрасна или нет? Воистину, тетино наследство очеловечило для меня небо, научив свободно смотреть на мир, а не на мильтоновскую статую господина" ("Своя комната". В сб. "Эти загадочные англичанки". - М. Прогресс. 1992, с. 104).

К несчастью, "Путешествие с домашними животными" эту длительность не учитывает. Одной ногой фильм опирается на естественную прелесть (актрисы, природы), другой - на искусственные аллегории, штампы, салюты большому кино. Живет между позитивным, выстраданным процессом самопознания и позитивными общественными ценностями. Между прозой подлинной жизни и "розой" фестивальных ветров.