Год Кремля

2005 год окончился отставкой Андрея Илларионова, настоящего enfant terrible Кремля, активно критикующего не только членов окружения Путина, но и самого президента. Это событие, впрочем, было не вполне тривиальным, связанным с "чисткой" рядов в "кремлевских группах". Показательно, что оно "наложилось" на общий фон "похолодания" в отношениях России и США и "потепления" отношений России и Европы. С точки зрения внутренней политики это было уступкой так называемым силовикам.

Антагонизм в отношениях между Илларионовым и официальным Кремлем нарастал давно. Наиболее известным примером такого рода антагонизма стала позиция бывшего советника главы государства в вопросе ЮКОСа, когда он позволил себе публично усомниться не просто в правильности и адекватности конкретных действий членов ближней президентской команды, но и фактически поставить под вопрос весь курс Путина на наращивание роли государства в экономике. Кроме того, Илларионов превратился в штатного критика практически всех более-менее значимых инициатив правительства, а также его ключевых фигур, оказывающих влияние на формирование экономической стратегии развития страны, в первую очередь - Германа Грефа.

Не менее жесткой была позиция Илларионова и в отношении президентских инициатив. Первоначально под огнем его критики оказались планы по пресловутому удвоению ВВП, а затем - стратегический курс на реализацию так называемых приоритетных национальных проектов.

Согласно самой распространенной версии, Илларионов выступал в роли своего рода знаковой фигуры, призванной символизировать перед Западом приверженность России стандартному набору "демократических ценностей" - рынку, свободе слова и демократии. Представитель России в "большой восьмерке", он должен был быть "лицом страны" в этой неформальной организации наиболее экономически развитых стран мира. И тем не менее он был отставлен: многие восприняли эту отставку как поворот кремлевской политики от США в сторону Евросоюза.

Заметим также, что к концу 2006 года Илларионов получил пост старшего научного сотрудника Центра по глобальной свободе и процветанию при Институте Катона (Вашингтон). Его первый визит в новом качестве был сделан (показательно) в Грузию.

Жертва Путина, принесенная в пользу так называемой "силовой башни" Кремля, вдохновила ее обитателей на противостояние с "кремлевским технологом" - Владиславом Сурковым. Неоднократно отмечалось, что все тактические уловки Суркова в этом году не способствовали урегулированию отношений с "силовиками", которые воспринимают его как генетического противника. В связи с этим перед упомянутой "башней" вырисовывалась стратегическая задача - не дать Суркову "рулить" следующими выборами, ограничить его политические полномочия и влияние и таким образом организовать процесс выдавливания из высшего эшелона политической элиты. То, что данный процесс начал осуществляться, было видно по нескольким признакам. Наиболее заметным из них стало распоряжение Михаила Фрадкова о лишении Суркова должности председателя совета директоров ОАО "Транснефтепродукт". Отметим, что борьба в этом направлении в 2006 году велась с переменным успехом.

Апофеозом ожиданий кардинальных изменений в администрации президента стала смена руководителя Управления внутренней политики. Указом Президента на место Попова был назначен его бывший заместитель Олег Говорун. С одной стороны, это представляется чисто аппаратной рокировкой: и Попов, и Говорун входят в одну команду (оба работали в "Альфа-банке"), оба "завязаны" на Суркова. Никаких кардинальных изменений в связи с этим наблюдатели не ожидали, тем более что именно Говорун де-факто и руководил деятельностью одного из ключевых подразделений администрации. С другой стороны, оперативное назначение Говоруна свидетельствовало о том, что Суркову пока удается переигрывать Сергея Собянина в борьбе за контроль над ключевыми направлениями кремлевской политики.

В качестве одной из причин аппаратных неудач руководителя администрации называли якобы имеющее место ухудшение его отношений с Игорем Сечиным. Говорили, что Собянин слишком быстро стал демонстрировать излишнюю самостоятельность, что весьма скоро привело к негативным для него последствиям: он не смог выстроить свою кадровую политику. К несостоявшимся ожиданиям относятся также : предполагаемое создание по инициативе Собянина Энергетического и Территориального управлений, заблокированное, по слухам, "силовой башней" Кремля.

Параллельно в Белом доме, как известно, шла борьба за новый пост начальника департамента по приоритетным нацпроектам. Говорили, что имя Бориса Ковальчука, претендовавшего на этот пост, "засветили" в прессе намеренно: источником "засветки" считали окружение Дмитрия Медведева, якобы стремившегося продвинуть на этот пост своего человека. Тем не менее 18 апреля 2006 года звезды расположились в пользу сына одного из ближайших к Путину финансистов Юрия Ковальчука (АБ "Россия"). Это значит, что Медведев в значительной степени будет поставлен в зависимость от финансового окружения Путина, фактически лишен многих серьезных полномочий, которые могли бы в перспективе дать ему какую-либо самостоятельность в принятии решений.

Самым громким событием весны 2006 года стала, конечно, "зачистка" силовых ведомств, Генпрокуратуры и Совета Федерации на фоне активизации антикоррупционных дел в Федеральной таможенной службе, в результате которых ее глава, А.Жерихов, свой пост потерял, а Греф вообще лишился контроля над службой, передав его непосредственно Михаилу Фрадкову.

Назначение на пост главы ФТС Андрея Бельянинова, бывшего до этого руководителем Федеральной службы по оборонному заказу, как очевидно, стало мероприятием исключительно политическим. Соратник Путина по службе в ГДР Бельянинов давно считается "тенью" Сергея Чемезова, другого весьма влиятельного чиновника (ФГУП "Рособоронэкспорт"), также близкого к Путину. Собственно, контроль над таможней в результате перешел в том числе и в компетенцию Чемезова. Необходимость этого была продиктована скорым формированием на базе активов, сконцентрированных "Рособоронэкспортом" и "Газпромбанком", одного или нескольких холдингов, нуждающихся в экспортно-импортном реверсе: металлургического (на основе ОМЗ), автомобильного (на основе "АвтоВАЗа"), цветных и редкоземельных металлов (возможно, на основе АЛРОСА), судостроительного (на основе "Северной верфи"). Это стало актуальным и на фоне разговоров о скором преобразовании ФГУП "Рособоронэкспорт" в государственную корпорацию, что значительно облегчит свободное инвестирование в различные отрасли привлеченных средств: так разговоры о создании вертикально интегрированных холдингов с активным участием государства постепенно перешли в практическую плоскость. Формально ФТС теперь подчиняется непосредственно главе правительства Фрадкову, однако в действительности Бельянинов был назначен непосредственно главой государства.

Вторая половина 2006 года была неудачным временем для "силовой башни", которую для журналистов по-прежнему олицетворяет Игорь Сечин. Отставка генпрокурора Владимира Устинова 2 июня 2006 года не была предсказана аналитиками, однако была вполне прогнозируемой после окончания "дела ЮКОСа". После завершения этапа по налаживанию контроля в экономике стало очевидно, что пора переходить ко второй части: антикоррупционной кампании в преддверии событий 2007-2008 годов. Для осуществления этого проекта в генпрокуратуре был необходим более "тонкий настройщик", практически "хирург" с незапятнанной войной с "олигархами" репутацией. А Устинов, как известно, якобы даже получил прозвище Бульдозер.

23 июня 2006 года стало известно об утверждении Юрия Чайки на посту генпрокурора Советом Федерации и практически одновременно - о назначении Устинова на пост министра юстиции. Путин такой рокировкой в очередной раз продемонстрировал свою полную кадровую непредсказуемость. Хотя на самом деле у президента фактически не было другого выхода, чтобы в максимально короткие сроки произвести замену еще и Минюста: в данном случае это кадровое назначение стало "производственной необходимостью". Тем более что чересчур резкое ослабление "силовиков" стало бы слишком большим подарком "либералам". А так - баланс сил оказался соблюден.

Однако "чистки" в отношении сечинцев продолжились. 12 сентября 2006, как известно, был снят с должности руководитель Федерального агентства по управлению особыми экономическими зонами Юрий Жданов. По официальной версии - "в связи с переходом на другую работу", по неофициальной - за срыв сроков конкурсов и учреждения ОЭЗ (туристическо-рекреационных, промышленно-производственных и других, в том числе "стратегического" для команды Сергея Чемезова проекта "Титановая долина"): сроки действительно были значительно сдвинуты. По другой, еще более неофициальной версии, отставка произошла из-за связи Жданова с офицерами ФСБ и МВД в рамках так называемого "таможенного дела".

Напомним, в середине сентября 2006 года было уволено еще 19 чиновников и сотрудников спецслужб (ФСБ, ФТС, Генпрокуратуры и администрации президента) лишились постов в связи с "таможенным делом" (теперь - по факту контрабанды китайских товаров). Конкретно, по данным открытых источников, были уволены: Владимир Лысейко (руководитель Управления по расследованию особо важных дел Генпрокуратуры; его место занял Сергей Иванов, бывший начальник отдела Следственного управления Главной военной прокуратуры, до этого работавший в Минюсте вместе с Ю.Чайкой и пришедший летом 2006 года на пост замначальника этого управления ГП); Александр Чегак (начальник Центрального таможенного управления); Александр Жемчужников (начальник Центральной акцизной таможни); Александр Купряжкин (начальник УСБ ФСБ); Сергей Шишин (начальник службы обеспечения ФСБ); Владимир Анисимов (генерал-полковник ФСБ, откомандированный в ФС по техническому и экспортному контролю); а также советник Управления президента РФ по кадровым вопросам и госнаградам; советник административного департамента правительства РФ и замначальника ФГУП Управления делами президента России.

Реверсивно происходил и активный процесс консолидации "силовой башни": показательным было дальнейшее сближение между заместителем главы администрации, начальником секретариата президента Игорем Сечиным, и главой ФСБ Николаем Патрушевым. Сын последнего, А.Патрушев, как известно, был назначен советником Сечина, председателя совета директоров "Роснефти".

Одновременно ближайшее окружение Путина начало процесс институализации себя в качестве публичных политиков. Еще зимой 2006 года Путин создал новый орган по разработке программы содействия добровольного переселения в Россию соотечественников из-за рубежа - "Межведомственную рабочую группу по разработке государственной программы по оказанию содействия добровольному переселению в Российскую Федерацию соотечественников, проживающих за рубежом". Возглавил комиссию помощник президента Виктор Иванов, который не принимает участия в этом марафоне, старательно дистанцируясь от любых громких политических мероприятий, но темнее менее принимающий активное участие во всех кадровых расстановках и формировании финансовых потоков в "кремлевских вертикалях", а также в "партии власти".

20 марта 2006 года Сергей Иванов к своим должностям (министр обороны и вице-премьер) добавил пост председателя Военно-промышленной комиссии при правительстве. Первым заместителем в ранге министра стал, как известно, Владислав Путилин, бывший директор департамента экономики программ обороны и безопасности МЭРТ, генерал-полковник. Данное назначение большинством экспертов трактовалось как очередное повышение уровня полномочий Сергея Иванова и очередная институализация его в статусе "преемника". Есть основания полагать, что данное назначение действительно нанесло серьезный ущерб влиянию Михаила Фрадкова, аппарат которого в последнее время сократился на порядок, на своих заместителей.

Конечно, эти события происходили на фоне уже фактически начавшейся предвыборной кампании Дмитрия Медведева. При этом, безусловно, надо быть готовым к появлению старых лиц в новом амплуа. Например, в сентябре 2006 года премьер Михаил Фрадков подписал постановление по созданию Комиссии по вопросам развития промышленности и технологий. Так был создан дополнительный рычаг воздействия на ситуацию со стороны аппарата кабинета министров для вмешательства в деятельность МЭРТ, Минфина, Минпромэнерго. Председателем комиссии стал, как известно, сам Фрадков: наращивание ресурсов и создание новых рычагов воздействия на ситуацию в аппарате премьера стало устойчивой тенденцией последнего времени. В принципе Фрадков таким образом создал альтернативную систему управления и может легко "выключить" из процесса принятия решения любого "либерального" министра, что сделало его весьма привлекательным объектом для "силовой башни" Кремля, а его кадровая ценность возросла многократно. В связи с этим отметим, что перспективы отставки Фрадкова с поста премьера не только в 2006-м, но даже и в 2007 году с политической точки зрения не совсем целесообразны. Соответственно, номенклатурная ценность "либеральных" министров в 2006 году падала, и, естественным образом, они вытеснялись в окологосударственные сферы (Стабфонд, Инвестфонд и пр.) с неизбежным в перспективе отсечением от механизма принятия решений.

Что мы имеем в "сухом остатке"? К началу 2007 года неизменно сильными остались позиции лично Владимира Путина, что стимулировало слухи о его планах на третий срок, очевидно ослабли позиции "силовой башни" и "либералов", а Сурков сумел сохранить свое влияние, заключив несколько неофициальных предвыборных союзов. Значительно повысил свой аппаратный вес Михаил Фрадков - вопреки слухам об ухудшении здоровья и скорой отставке.