Мир. Ждать ли нам второй "Хасавюрт"?

Российский президент Дмитрий Медведев четко ответил тем, кто чаял принести ему на блюдечке голову Саакашвили к стодневному юбилею президентства и вывесить над проспектом Руставели российский флаг.

Дмитрий Медведев: "На основании вашего доклада (Анатолия Сердюкова - прим.ред.) я принял решение завершить операцию по принуждению грузинских властей к миру. Цель операции достигнута. Безопасность наших миротворческих сил и гражданского населения восстановлена. Агрессор наказан и понес очень значительные потери. Его вооружённые силы дезорганизованы".

Можно считать, что миротворческая операция российских вооруженных сил, продолжавшаяся 4 дня, завершена. Самая короткая и самая успешная в российской истории война на южных рубежах окончена.

Действия российской 58-й армии и миротворческих сил получили высокую оценку со стороны главнокомандующего, отличившиеся в операции по принуждению к миру военнослужащие будут представлены к наградам.

Российские вооруженные силы, поддержав вооруженные формирования Абхазии и Южной Осетии остановились на тех рубежах, которые позволят сохранить мир в регионе и гарантируют от потенциальной агрессии и геноцида со стороны милитаристски настроенных властей Грузии. Требование министра иностранных дел России об отводе грузинских вооруженных формирований за пределы периметра возможного обстрела территории Южной Осетии оставляет возможность для частичной демилитаризации Грузии, по крайней мере, формирования демилитаризованного коридора по аналогии с "Рейнским коридором" 1918 года.

Военная часть операции по "принуждению к миру" завершена и завершена успешно. Военные сделали свое дело и могут заслуженно почивать на лаврах. Теперь дело за остальными двумя составляющими фактически продолжающегося "холодного" конфликта: информационной и дипломатической.

То, что информационная война Российской Федерацией на сегодня проигрывается - стало уже общим местом в любой дискуссии относительно грузино-югоосетинского конфликта. Российские медиа фактически оставили без достойной информподдержки блестящие действия отечественных войск и героическое сопротивление осетинского ополчения, бросили на интерпретационный произвол отечественной "пятой колонне". Толпы отечественных журналистов и фоторепортеров, находившиеся на фронте, не смогли добиться ничего, даже близко по убеждающей силе сравнимого с одной постановочной фотографией украинского репортера "Рейтер" из Гори.

И это в то время, как успешное ведение "боевых действий" на медиаплощадках - одно из серьезных составляющих успеха дипломатических усилий.

Российская история знает немало примеров дипломатических поражений, полностью обесценивавших победы русского оружия. Нельзя исключать и того, что нечто подобное может произойти и в этот раз - наличная конъюнктура международных отношений складывается не в пользу России. Впрочем, как обычно. Военная победа фактически заставляет вести переговоры о дальнейшем мирном урегулировании с позиций условного дипломатического поражения.

Грезы геополитика и чудовища патриотизма

Эту позицию окрестили пораженческой - она исходит из того, что сам факт ведения боевых действий - уже поражение: "Сейчас России необходимо осознать ситуацию, это война и это всегда неудача, предшествующая мирной политике" (Глеб Павловский). Для молодого российского государства существенно значимым представлялось сохранение миротворческого имиджа: Россия без году тридцать лет со времен Афганской авантюры не начинала военных действий на чужой территории. Случай Южной Осетии - скорее "пограничный" во всех смыслах.

России откровенно невыгодна война именно сегодня, когда завершается подготовка к представлению окончательной рамки "проекта-2020" для публичной дискуссии и запуск первых ее стартапов. Война - длительная и кровавая - абсолютно не нужна в ситуации институционального апгрейда страны. Поход на Тбилиси - в особенности его потенциальные последствия с разрушением пусть и иллюзорного status quo на Кавказе - угрожают процессу национального проектирования. Это тот случай, когда никакая, даже маленькая и победоносная война, не нужна совершенно. И пусть 100 дней Медведева чем-то напоминают старт правления Путина - успешная короткая военная кампания - по сути эти войны совершенно друг на друга не похожи.

Нетрудно понять российских военных: желание "добить гаденышей" - особенно когда "окончательное решение" так близко, когда военным известна дислокация всех грузинских военных формирований вплоть до взвода, когда враг деморализован - неутолимо. Офицерский корпус, при виде отступающего грузинского спецназа кусает локти, ему грезится кошмар "второго Хасавюрта".

Однако стоит осознать следующее - скорое окончание военной операции, в принципе завершившееся очевидной победой, вызвано не столько внешним сопротивлением и потенциальным негативным фоном мирового общественного мнения, но внутренней необходимостью. Окончание военной фазы операции есть акт политической воли руководства страны.

Еще один "пораженец" - Вадим Цымбурский, тем не менее, полагает, что потенциальное возвращение к status quo на начало августа, не означает реального поражения России в ее интересах. В грезах российского геополитика - острое жало, вонзившееся в тело Грузии (разрезающий Грузию с севера на юг клин Цхинвали-Гори) и русские крейсера на рейде Сухуми. Как ни странно, Россия сегодня близка именно к такому разрешению югоосетинской и абхазской проблемы.

Само по себе решение потенциально признать Абхазию и Южную Осетию в качестве независимых государств может вызвать цепную реакцию - парад сепаратистских суверенитетов, определяя календарные рамки "мира после Косово" от "мира после 11 сентября". Еще одним из негативных следствий "варианта Цымбурского" является окончательная потеря Крыма - отсутствие российского Черноморского флота в Севастополе деморализует пророссийское население, заодно лишив его еще и рабочих мест. Отданный на откуп "свидомым" и татарской мафии Крым перестанет быть точкой давления для российской политики в отношении "оранжевой" Украины.

Несомненная правота Цымбурского, тем не менее, в том - что никакого "окончательного решения" кавказского вопроса внешней политики России не может быть - если никогда, то, по крайней мере, - сегодня.

Патриотическая же истерия требует международного трибунала над Саакашвили, забывая, что Саакашвили - всенародно избранный президент страны, имеющей статус молодой демократии. Патриотическая риторика требовала "войны до победного конца" - и она явно недовольна тем, что Саакашвили "отпустили". Но никакого суда не будет, как не будет победного марша танковой группы 58-й армии по Проспекту Руставели. С Саакашвили, увы, придется договариваться - в том числе при помощи международных посредников.

Геополитическая риторика пребывает в состоянии бесконечной наивности - мир, где так запросто в телефонном разговоре тет-а-тет можно потребовать от госсекретаря США "убрать вашу марионетку", существует лишь в воображении людей, чересчур блюдущих бронзовые традиции европейской дипломатии. А разговоры о том, что Буш в своей неоконсервативной ипостаси "смешон", когда возмущается сменой законного лидера - попросту удивляют.

Геополитическая риторика, разбуженная новейшим дискурсом глобализации, является лишь симптомом болезней роста и бесконечной запаздывающей модернизации: неучет Вадимом Цымбурским геоэкономической составляющей противостояния Грузии и России зияет. Как и удивляет то, что для "патриотических масс" проблема трубопровода "Баку-Тбилиси-Джейхан" является проблемой "технической", а американское присутствие на Кавказе может быть просто устранено грубым давлением.

Геополитическое сознание наглядно - оно оперирует визуальными образами, картами и схемами, тогда как глобализационные процессы заставляют оперировать сложной и зачастую ненаглядной топологией отношений мировых политических и хозяйственно-экономических субъектов, изобилующих непрозрачностями и ситуациями, когда необходимо принимать решения на базе неполной или недостоверной информации. Рациональный поиск решений не должен ограничиваться наивной наглядностью геополитика и его куклы - "патриота".

Терпение, рациональный выбор и политический реализм, а не грезы геополитика или патриотический порыв - вот принципы, которые должны лечь в основание российской внешней политики вообще и мирного переговорного процесса на Кавказе. Тогда ни о каком повторении "Хасавюрта" говорить не придется.

На изображении - брошенная в предместьях Гори грузинская военная техника. Фото Артема Драбкина.