Надругательство над столицей

От редакции. Несмотря на то, что у Института философии РАН, подписан контракт на аренду помещения вплоть до 2018 года, заинтересованные силы пытаются принудить институт к тому, чтобы его сотрудники освободили здание. Дирекция Института познакомила сотрудников с текущей ситуацией, озвучив официальную позицию и рассказав о своих намерениях. Своим видением ситуации, сложившейся вокруг Института философии, с редакцией "Русского журнала" поделился декан факультета философии ГУ-ВШЭ, заведующий сектором современной западной философии ИФ РАН Алексей Михайлович Руткевич.

* * *

РЖ: Уважаемый Алексей Михайлович, как Вы относитесь к тому, что Институт философии "выселяют" из здания, которое по закону закреплено за ним до 2018 года?

Алексей Руткевич: К тому, что Институт философии выселяют из здания, которое по закону закреплено за ним до 2018 года, я отношусь, конечно, отрицательно. Но отнюдь не только по той причине, что это затрагивает интересы философского сообщества. Но и из-за того проекта, в соответствии с которым ныне занимаемое Институтом философии здание будет перестраиваться. С моей точки зрения, это очередное надругательство над исторической городской средой, центром столицы, это продолжение "славных дел" Церетели. Активно поддерживается все это нашим чиновничеством по причине, которая была указана еще Григорием Богословом: "Когда говорит золото, все другие слова не действенны. Оно умеет убеждать, хотя не имеет языка".

Безусловно, переезд Института философии в другое здание возможен. Философы могли бы работать и в другом помещении. Переезд возможен даже с учетом того, что сейчас в здании на Волхонке, помимо самого Института, располагаются два факультета ГУГН. Но существующее решение предполагает, что найти новое здание для ИФ РАН должны совместно Росимущество и руководство РАН. Однако они решением этого вопроса не занимаются. А Институт пытаются выселить типичными рейдерскими методами.

РЖ: Почему руководство РАН устранилось от решения вопроса предоставления ИФ РАН другого помещения?

А.Р.: Ответ, вероятно, кроется в том, что здание на Волхонке не принадлежит РАН, а его помещения не сданы в аренду различным фирмам за полцены. А сейчас вдруг потребовалось предоставить другой особняк, который уже обещан каким-нибудь "спонсорам". В данном случае я имею в виду пустующее здание, расположенное на Воробьевых горах. Именно его и предлагало передать философам Росимущество.

РЖ: Как известно, часть коллектива ИФ РАН высказалась за бойкот празднования Международного дня философа, который должен пройти в России под эгидой ЮНЕСКО. Какова Ваша позиция?

А.Р.: Необходимо отметить, что я против бойкота, но и "вести себя так, будто ничего не происходит" не следует. Философы разных стран должны быть информированы о том, что представляет собой российская олигархия, что такое коррупция по-российски, какова степень цивилизованности наших властей.

Научное сообщество сталкивается с подобными ситуациями не только в России. Скажем, во Франции осуществляется переезд "Ecole des Hautes Etudes en Sciences Sociales" из центра Парижа на окраину. И все французские гуманитарии уверены в том, что за этим стоит не только желание уменьшить бюджетные расходы на науку, но и финансовые интересы близких Саркози лиц. Но здесь речь идет о репутации. Насколько мне известно, единственным французским философом, прямо поддерживающим нынешнего президента в его решении, является Андре Глюксман, которого коллеги заслуженно считают ничтожеством. Российским власть имущим тоже иной раз следует задумываться о репутации.

РЖ: Допускаете ли Вы, что ситуация изъятия помещения у Института философии была инициирована не Пушкинским музеем, а кем-то еще?

А.Р.: Я уверен в том, что именно так и происходит. Проект Фостера, в соответствии с которым желают перестроить здание на Волхонке, настолько чудовищен, что вызовет сопротивление самых разных социальных групп. Едва ли РПЦ понравится, если напротив собора появится "постмодерный" "новодел". Поэтому-то так торопятся с захватом здания. Еще более отвратительно, что захват осуществляется под прикрытием имени Пушкинского музея. Ведь хорошо известно, что вывешивать картины в здании на Волхонке вообще нельзя, так как оно заражено вредным для живописи грибком, который невозможно вывести. Так что коммерческое использование особняка в самом центре и с видом на Кремль вполне вероятно никак не будет связано с деятельностью музея.

Беседовал Александр Павлов