Когда царь – не батюшка

Седьмому съезду кинематографистов предшествовала долгая внутренняя борьба. Полномочия председателя и правления СК, избранных на VI съезде и после него, истекли осенью 2007 года, но все попытки кинематографистов узнать дату нового съезда натыкались на стену молчания. Никита Михалков с самого начала не баловал Дом кинематографистов своим присутствием, бывая там от силы раз в несколько месяцев, а после собрания московских кинематографистов, выразивших ему недоверие в связи с его намерением снести ЦДК и построить на его месте "дом общего пользования", вовсе перестал в него заглядывать. Его наместники Геннадий Полока и Клим Лаврентьев бывали в союзе чаще, но первый из них не мог ответить ни на один вопрос, второй всячески уклонялся от ответов, а увидеть третьего – Михаила Пореченкова – было так же нелегко, как самого Михалкова. Пленумы правления не собирались, заседания секретариатов не проводились. Единственный человек, который работал за всех, был оргсекретарь СК Михаил Калинин, но в его ведении были только хозяйственные дела, которые он в скромных рамках своих полномочий потихоньку налаживал. В конце концов терпение членов нескольких членов секретариата иссякло, и они от вежливых просьб информировать их о намерениях руководства перешли к требованиям. Это, а также проверка Министерства юстиции, установившая множество нарушений устава СК и отсутствие надлежащей финансовой отчетности, оказало воздействие на ревизионную комиссию СК, и она тоже потребовала созыва съезда. В итоге VII съезд был обещан сначала весной, а затем осенью 2008 года. Наконец сверху поступило распоряжение созвать пленум, который 14 октября вопреки сопротивлению Полоки и других членов правления назначил съезд на 18–19 декабря 2008 года.

Начались выборы делегатов съезда, которые везде проходили в соответствии с сорокалетней традицией. В регионах делегатов избирали на общих собраниях, а в Москве, где проживает 3 600 членов СК, которых невозможно соединить в одном месте в одно время, – по профессиям: режиссеры – режиссеров, критики – критиков и т.д. При этом молчаливо предполагалось: 1) что члены СК, не пришедшие на свое профессиональное собрание и не оставившие указаний, кого они выдвигают в делегаты, соглашаются с выбором присутствовавших и 2) все члены СК одной профессии одобряют выбор своих коллег по всем другим профессиям. Это позволяло заранее снять вопрос о кворуме, и данное понятие применительно к выборам на съезд в уставе СК отсутствовало.

Первое знаменательное событие произошло на режиссерском собрании, где присутствовало менее половины режиссеров – членов СК, чуть менее половины из которых заполнили бюллетени для тайного голосования. После подсчета голосов обнаружилось, что делегатами съезда не избраны Никита Михалков, Геннадий Полока, Владимир Наумов и еще несколько сторонников председателя СК, то есть повторилась ситуация с выборами на "революционном" V съезде кинематографистов СССР 1986 года, когда были забаллотированы председатель СК Лев Кулиджанов и члены секретариата СК Сергей Бондарчук, Станислав Ростоцкий, Владимир Наумов и другие "киногенералы". Вслед за неизбранием Михалкова делегатом сотрудничающий с СК юрист Иван Логунцов написал докладную записку, в которой утверждал, что выборы произведены с нарушениями закона, вследствие чего суд может признать (и якобы почти наверняка признает) съезд нелегитимным. Пореченков немедленно собрал чрезвычайный пленум СК, который состоялся 15 декабря, чтобы решить, проводить съезд в намеченное время или в очередной раз перенести. На этом пленуме Эдуард Володарский впервые озвучил идею, что вместо съезда следует провести всеобщее собрание кинематографистов, подобное тому, которое Никита Михалков провел в Кремле в 1998 году. После жаркой дискуссии двумя третями голосов (35 против 17, в числе которых был голос самого Никиты Сергеевича) правление СК подтвердило свое решение о безотлагательном созыве съезда.

На съезд было избрано 567 делегатов, из которых прибыло и зарегистрировалось 460. Поскольку каждый делегат избирался от пяти членов региональных отделений и десяти членов санкт-петербургской и московской организаций, вместе они представляли более 4 000 кинематографистов. В самом начале съезда выступил заместитель культуры Александр Голутва, который, ссылаясь на несоблюдение формальностей на выборах делегатов и перспективу судебного разбирательства, предложил съезду "переквалифицировать" себя в собрание. Ему возразил автор этих строк, который напомнил залу, что и предложение отложить съезд, и предложение провести вместо него общее собрание была отвергнута чрезвычайным пленумом правления, и в свою очередь предложил собравшимся делегатам подтвердить, что они считают себя съездом. Завязался спор, в ходе которого слово взял Никита Михалков. Он признал три свои ошибки – назначение Дмитрия Пиорунского первым секретарем СК, Игоря Угольникова директором Дома кино и Алексея Лосева управляющим делами СК (но ничего не сказал о Климе Лаврентьеве и Михаиле Пореченкове), сообщил о своем горячем желании созвать съезд, но не такой, который собрался, и повторил предупреждение юриста Логунцова. Председательствующий Евгений Герасимов поставил вопрос на голосование, и практически все делегаты проголосовали за предложение считать себя съездом.

В повестке первого дня стоял отчетный доклад председателя СК, но Михалков отказался его делать под предлогом, что это означало бы признание законности съезда. Председатели ревизионной и имущественной комиссий СК свои доклады сделали. Первый из них, Андрей Герасимов, в частности, указал на то, что за отчетный период не формировались и не утверждались сметы доходов и расходов, на основании которых председатель СК распоряжается имуществом и финансами союза. Второй, Андрей Разумовский, обратил внимание на еще более вопиющий факт – что помещения СК в районе метро "Аэропорт" были сданы в аренду на десять лет, до 2012 года, по цене 166 долларов за квадратный метр, хотя в то время средняя стоимость метра составляла 350 долларов, а сегодня составляет 800. Вопрос о том, что за этим стоит – бесхозяйственность или сокрытие от союза его доходов, публично не поднимался, но муссировался в кулуарах. Вместе с этим было отмечено и то, что с уходом Лосева и усилением позиций оргсекретаря СК Михаила Калинина финансово-имущественные дела СК начали приходить в порядок, что СК оказывает помощь ветеранам кино, ведет книгоиздательскую деятельность, выпускает газету "СК-новости" и помогает гильдиям вести внутрипрофессиональную и межпрофессиональную работу.

В последовавших дебатах выступавшие перечислили председателю СК и другие его шаги, вызвавшие недовольство членов СК: тихое выведение Союза кинематографистов из числа учредителей Московского кинофестиваля, превышение полномочий при написании письма Путину с просьбой остаться на третий срок "от имени всех представителей творческих профессий в России", невыполнение решения VI съезда раз в квартал отвечать на вопросы членов СК, непрепятствование закону о тендерах, который ругали даже чиновники, обязанные его выполнять, и т.д. В итоге за неудовлетворительную оценку деятельности руководства СК высказались 192 делегата, за удовлетворительную – 65 и 61 делегат воздержался. Фактически это был "неуд" председателю и его ставленникам, вынесенный впервые за пятидесятилетнюю историю СК. Это голосование отчетливо показало, что число желающих оставить Михалкова (и тем более его нового ставленника) председателем СК не превышает 20%. То же обнаружили и другие решения съезда, в поддержку которых неизменно высказывалось квалифицированное (более трех четвертей голосов) большинство делегатов. Забавный эпизод произошел в конце первого дня, когда Михалков решил увести делегатов со съезда на встречу с собой. За ним последовало всего 60-70 человек, главным образом регионалов, зависящих от него гораздо больше, чем питерцы и москвичи, просто потому, что его звонок губернатору области может решить больше вопросов, чем звонок любого другого кинематографиста. На этой сходке председатель СК, в частности, пригрозил тем участникам чрезвычайного пленума, которые голосовали за немедленное проведение съезда, взыскать с них деньги, потраченные на его проведение. О долге, который он повесил на СК за "кремлевский" съезд, председатель СК предпочел не упоминать.

Во второй день работы съезда очень много времени ушло на обсуждение вопроса, следует ли немедленно принять в СК консолидированную группу "молодых" кинематографистов, среди которых было десятка полтора "звездных" имен (Алексей Герман-младший, Иван Вырыпаев, Алексей Попогребский, Илья Хржановский, Борис Хлебников, Александр Гордон, Чулпан Хаматова, Валерия Гай Германика и др.), но остальные – например, имена художников и фестивальных отборщиков – мало что говорили делегатам. Компромиссное предложение принять на съезде лишь всем известных людей натыкалось на сопротивление самой группы, не хотевшей раскалываться, и на опасения "стариков", что молодые тут же проскочат в правление и поведут СК неведомо куда. Многие высказывались в том духе, что, мол, "мы проходили все ступени приема, а вы хотите сразу". В конце концов съезд решил "рекомендовать" группу к приему в СК.

Далее приступили к выборам председателя и правления. Было предложено несколько кандидатур: Марлен Хуциев, Вадим Абдрашитов, Евгений Герасимов, Александр Митта и другие, но все, кроме Хуциева, взяли самоотвод. Поскольку по уставу СК безальтернативные выборы допустимы, предлагать себя в оппоненты никто не стал, и Хуциев остался единственным кандидатом. В правление было выдвинуто более 150 человек на семьдесят мест (остальные по должности заняли президенты гильдий и председатели крупных отделений СК). В итоге за Хуциева было подано подавляющее большинство голосов. Голоса за членов правления считали до 4 часов утра субботы, а в 11 утра большинство делегатов снова сошлись в СК, чтобы единодушно утвердить результаты выборов. Первым шагом нового правления, куда вошли Вадим Абдрашитов, Гарри Бардин, Александр Сокуров, отец и сын Тодоровские, Георгий Данелия, Рустам Ибрагимбеков, Александр Митта, Александр Прошкин, и другие выдающиеся кинематографисты, стало принятие в СК той самой группы, о которой так долго спорили на съезде.

В сущности, VII съезд кинематографистов России всего лишь подвел итог длительного процесса. Самый известный и самый влиятельный кинематографист России Никита Михалков, который в 1998 году имел поддержку более чем 90% делегатов съезда, в 2004 году поддержали 60% делегатов, а в 2008-м – менее 20%.

Причиной такого падения рейтинга были не только признанные Михалковым кадровые ошибки и финансово-имущественные потери, который понес СК в результате действий его наместников, и не только его собственное бездействие в защите интересов кинематографистов и кинематографа, но и авторитарный способ управления киносообществом с коллегиально-демократическими традициями.

До и во время съезда Никита Михалков и Михаил Пореченков, пользуясь своей личной популярностью, вели энергичную информационную войну против него. Пореченков заявил "Московскому комсомольцу", что "после львов к власти в СК приходят ослы", а РИА "Новости" – "Съезд кинематографистов – это съезд лилипутов". При этом никто из них не сказал ни слова о существе конфликта и не опроверг ни одного упрека своих оппонентов. Вся его аргументация сводилась к указаниям на несколько неправильно оформленных протоколов выборных собраний делегатов (из 15) и некую консультацию в Министерстве юстиции, не представленную в письменной форме.

Со своей стороны VII съезд кинематографистов не объявлял Михалкову войны и не вел ее де-факто. Он многократно признавал его художественные заслуги и таланты, и отказал ему только в одном – в посте топ-менеджера, управляющего профессиональным союзом кинематографистов.

У нового руководства СК много задач, которые могут решить только люди, облеченные доверием. Это и приведение в порядок хозяйства, и обеспечение ренты пенсионерам, которых в СК более половины, и возрождение творческой жизни в виде семинаров и конференций, и согласование интересов различных профессиональных групп, и работа по защите авторских прав, и активное участие в выработке государственной политики в сфере кинопроизводства и кинопроката, которая привела к почти полному вытеснению авторского и полному вытеснению неигрового кино.

Как известно, V съезд кинематографистов СССР в 1986 году дал толчок не только обновлению жизни в СК, но и перестройке управления кинематографом. Однако не в силах кинематографистов было остановить разрушение проката, которое в середине 90-х привело к резкому сокращению кинопроизводства. Сейчас ситуация принципиально иная. У публики наблюдается явный интерес к российским фильмам. Суммарный сбор российского кино от года к году увеличивается – публика все активнее ходит в кино. В стране устойчивая власть, которая в состоянии смягчить последствия экономического кризиса и с помощью государственных субсидий удержать российский кинематограф на достойном уровне. Свою заинтересованность в этом она только что показала, создав Совет по кинематографии при правительстве России. Если в него, наряду с прежним, пойдет новый председатель СК, систему регулирования и поддержки производства и проката отечественных фильмов можно будет сделать гораздо более эффективной.