Эти летние дожди

Будто будут острова, необычные поездки…

Семён Кирсанов

Любите ли вы острова? Я - очень. С детства обожал читать про всяких там Хейердалов, как они высаживались в тридцать каком-то году на Таити, чтоб там пожить. Глупые Хейердалы, муж с молодой женой, рассчитывали провести медовый месяц в раю. Наше счастье постоянно – жуй кокосы, ешь бананы. Едва не померли.

Знаете ли вы, что ствол кокосовой пальмы представляет собою гибрид наждака и опасной бритвы? К тому же, от какой-то комариной болезни у молодой жены безобразно распухли ноги, и мяса постоянно хотелось до озверения. В следующее путешествие – на загадочный остров Пасхи – неутомимый исследователь отправился уже с другой спутницей жизни.

Ещё была исполненная волнующих тайн книжка Бенгдта Даниэльсона "На “Баунти” в Южные моря”. О!.. Там были не только фок-реи, не только бегущий такелаж там был! Там было ещё множество голых женщин, и все нагие. Некоторые из них даже отрубили своим мужьям, бывшим мятежным матросам Её Величества, головы топором во сне. Вдыхая под навесом пряную дровяную пыль, я взвешивал топор в руке и пытался понять – как это, отрубить голову, лежащую на подушке. Будет же пружинить! Был глуп.

Ещё мне нравились книги про то, как всякие люди на плоту посреди океана питались сырой рыбой. Одну из них написал по заказу какого-то журнала нобелевский лауреат Гарсиа Маркес, это лучшая его книга, по-моему. Я тоже мечтал есть сырую рыбу, плавясь от жары на шиферной крыше и воображая, что это плот.

А ещё была такая маленькая книжка в чёрной обложке – “Дахау”. Там про человека одного, им перед отправкой выдали по кусочку хлеба с тонким, как лист бумаги, ломтиком сыра, а того человека толкнули, и он свой сыр уронил и смотрел из теплушки, как тот лежит в грязи – нежный, беззащитный, как звёздочка.

Потом, уже в Дахау, ему повезло наесться гнилых мороженых яблок (сперва яблоки опали, потом сгнили, а потом их прихватило морозом). Как это было вкусно! Ослепительно! Вкусно! И он мечтал: если вдруг всё-таки, может, выживу, – буду специально гноить яблоки, морозить и есть.

“Я выжил, но так этого и не сделал”, – вздыхал автор. И чувствовалась в этом признании взаправдашняя рвущаяся наружу боль. Мне было грустно за его несбывшуюся мечту. “Уж я-то точно попробую”, - успокаивал я нас с ним.

Не знаю, какого чёрта тут этот Дахау прицепился. Может, потому что тоже мучение, как и жизнь на острове.

В континентальном климате, по-моему, удобней жить. Летом – да, жарко и прёт всё, зато зимой холодно и снег, отдыхаешь от лета. Снег набивается в штаны, – если сразу не переодеть, начинаются тянущие боли в пояснице, но если переодеть и повесить сушиться, то хорошо. Можно жить.

Всё это я к чему? Если бы у меня был фейсбук (а у меня есть), и мне взбрело бы в голову украсить его картинкой (знаете, бывает, сверху для красоты вешают), я бы выбрал что-нибудь зимнее. Вид зимы за окном успокаивает. “Вот, смотри, хоть и смерть снаружи, чисто Луна, а мы всё равно живём”.

Это удивительно, что люди выживают зимой. Удивительно вообще, что люди живут. Что так долго, упорно (и выходит – надёжно) работает весь этот бесконечно случайный биохимический механизм. Однажды я узнал, что у младенцев бывает “синдром детской смерти”. Это когда младенец умер во сне, непонятно отчего. Как дельфин, выбросившийся на берег. Вот это сразу показалось мне закономерным, логичным, неизбежным почти. И какое чудо – что всё равно растут, живут!

Их ещё бьют потом, хлещут по тощим попам, орут; они подрастают и тоже начинают стараться уничтожить себя и себе подобных, а когда-то было вот такое, укутанное чистой тряпицей. Каждого человека жалеть нужно – за то, что ребёнком был, но не получается почему-то.

У одной моей знакомой (ну так, получетвертьзнакомой) девушки висит вверху на фейсбуке такая картинка: набрякший чем-то серо-голубым, словно туча, океан с длинными ленивыми волнами, белый песок и взъерошенные ветром пальмы – тоже чудо, если разобраться: непонятно, как их семена туда, на коралье кладбище, занесло. Фотография кривоватая, девушка поди сама снимала, была там, где райское наслаждение.

Если бы я тоже там был, я бы, наверное, как-то серьёзнее к существованию райских островов относился, понимал бы их значение для души. Но я не был и то, что некоторые вывешивают их в фейсбуке вместо зимы, вызывает у меня что-то вроде лёгкого раздражения.

Ниже, под фотографией, записано впечатленье дня: “Этот Русский марш - такой стыд. Кто же эти люди, где их можно встретить, что у них в голове? Шесть тысяч человек”.

Прочитал – и со страшной силой солидаризовался с нею, стала эта девушка мне как родная. Совершенно ведь невозможно понять, что в голове у человека, который вешает себе в фейсбук острова да ещё летает самолётом на них. И удивляется, где ж на земле такая стыдоба как русский марш водится, как её можно встретить. Совершенно нельзя понять. Два мира – два Кантемира.

На палубе ночной постой и помолчи.

Мечтать за сорок лет - по меньшей мере, глупо.

Над тёмною водой огни горят в ночи -

Там встретит поутру нас остров Гваделупа...

Человек у гастронома выковыривает непослушным чёрным пальцем сигарету из моей пачки, холодно, продавщица огурцов улыбается негнущимися губами, удивительный мир несётся, как положено ему, среди звёзд, и все мы, это уж как пить дать, обречены, когда есть на свете такие острова и такие девушки...