Академия – это я, господа!

Президент РАН Юрий Осипов, неоднократно обвинявший СМИ в «травле» Академии, а своих коллег – в отсутствии чувства корпоративной солидарности, не замечает (или не хочет замечать) очевидной вещи. Якобы имеющие место нападки на РАН, как и внутренняя критика, направлены в первую очередь на Президиум РАН и его административно-организационную деятельность. Публикуем размышления о закончившемся Общем собрании РАН корреспондента «Газеты.ru», м.н.с. ИНЭОС РАН Александры Борисовой.

Руководитель РАН, призванный представлять ее интересы перед государством и озвучивать позицию ученых, вместо этого умело лавирует между двух огней, поочередно прикрываясь причастностью то к одному, то к другому лагерю. Защищаясь от критики СМИ, Осипов прикрывается остатками доброго имени Академии, ассоциируя себя с ней примерно так, как Людовик XIV ассоциировал себя с государством. Отвечая на «оппозиционные» высказывания своих коллег-академиков, он предпочитает ссылаться на «внешнего врага» – критиков РАН – перед лицом которых нужно сплотиться. При этом, призывая к объединению, он снова отождествляет себя с Академией, объявляя своих личных недоброжелателей противниками РАН, что отнюдь не очевидно.

Неплавное течение событий последнего Общего собрания РАН только подтвердило: президенту РАН свойственен формалистский подход к работе и попытки снять с себя ответственность за происходящее.

Обращение Отделения физических наук РАН

Показательным в этом контексте стало обсуждение достойной инициативы Отделения физических наук РАН, озвученное академиком Андреем Славновым.

Общее собрание Отделения физических наук РАН, состоявшееся (как и другие собрания по отделениям) 17 мая, накануне общего собрания РАН, выразило обеспокоенность ситуацией вокруг Академии и приняла обращение к Общему собранию РАН. В нем говорится, в частности, о необъективности озвучиваемой в СМИ информации о неэффективности российской науки вообще и РАН в частности. Подчеркивается большая роль РАН в научной и научно-технической экспертизе, воспитании научных кадров; тесная связь Академии с ведущими вузами страны на примере МГУ им. М.В. Ломоносова. Ученые предлагают усилить роль академии в экспертизе проектов, финансирующихся Министерством образования и науки, для более эффективного использования государственных средств.

«У рядовых членов РАН создается ощущение отсутствия четкой позиции государства в отношении перспектив развития фундаментальной науки, которая является в долгосрочном плане основой инновационной экономики. В свое время Президиумом Госсовета РФ, Советом по науке при Президенте России и Советом безопасности было принято стратегически важное решение о поддержке фундаментальных исследований. Срок его действия истекает в нынешнем 2010 г. Что придет ему на смену – неизвестно. Общее собрание Отделения физических наук обращается к Общему собранию РАН с предложением посвятить ближайшее Общее собрание РАН обсуждению роли и задач РАН в сложившихся обстоятельствах. Необходимо провести такое собрание в этом году, желательно в октябре 2010 г.», – говорится в обращении.

С разумностью замечаний и важностью предложений Отделения физических наук трудно не согласиться. Однако был в нем и еще один пункт, привлекший к себе гораздо больше внимания, чем фундаментальные проблемы долгосрочного функционирования РАН.

«Общее собрание Отделения физических наук обращает внимание Общего собрания РАН на недостаточно активное отстаивание интересов российской науки Президиумом РАН», – сетуют ученые.

Эта фраза приковала к себе внимание президента РАН. Далее дискуссия продолжалась в стиле «Сказки о Тройке» Стругацких. «Мне этот вопрос очень нравится», – сказал Юрий Сергеевич, после чего начал описывать длительную процедуру внесения вопроса в повестку дня Общего собрания РАН, путь от бюро отделений через заседания Президиума РАН, который может вопрос и не пропустить.

«Мне этот вопрос очень нравится» прозвучало как приговор. Подверглась критике и формулировка «обращает внимание на недостаточно активное отстаивание интересов российской науки». Он заявил, что не понимает, как математически точно можно доказать, эффективно работает Президиум РАН в этой области или нет, поэтому не согласен с постановкой вопроса. «Чтобы вести обсуждение, нужно сначала четко сформулировать вопрос», – заявил Осипов.

Он потребовал поставить этот вопрос на рассмотрение всех отделений РАН, чтобы они сформулировали свое мнение и свои претензии. На просьбу поставить дед-лайн для проведения таких собраний Осипов ответил: «Собираться можно хоть завтра, но Общее собрание РАН не состоится раньше декабря этого года, как того требует устав». На предложение принять решение о рассмотрении обсуждаемого вопроса «здесь и сейчас», организовав голосование во время текущего Общего собрания (которое является высшим органом управления РАН) ответил отказом уже академик Александр Некипелов, председатель уставной комиссии РАН. Он заявил, что повестка дня Общего собрания обсуждается и утверждается заранее, а предложение стихийного вынесения нового вопроса голосования – это прямое нарушение устава и путь к развалу Академии.

Таким образом, силами представителей Президиума РАН обсуждение жизненно важного вопроса оказалось затянутым, перейдя в чисто бюрократическую плоскость и фактически потеряв смысл. В завершение ее, судя по всему, усталый от бессмысленных словес академик Славнов сказал: «Мне кажется, мы уже пришли к общему мнению. Раз вам, Юрий Сергеевич, этот вопрос нравится, то вы найдете способ вынести его на обсуждение следующего собрания РАН». Комментарий сорвал аплодисменты, но не дал решения проблемы и не отменил главного: болезненное отношение президента РАН к критике в свой адрес и в адрес Президиума РАН, фактически он преграждает путь любому диалогу с целью усовершенствования функционирования структуры Академии. Президиум предпочитает действовать самостоятельно, не прислушиваясь даже к замечаниям своих коллег.

«Сейчас делается ставка на противопоставление верхов академии – якобы сплошь бюрократов – и обычных ученых. Мне кажется важным сказать следующее. Президиум далек от лакировки действительности, 90-е годы не прошли даром. Но наши НИИ -это не финансово-хозяйственные надстройки над отдельными исследователями и лабораториями, а ключевое звено в организации научной работы. Именно они определяют распределение средств, выделенных институту академией на конкурентных принципах. И неправильно считать, что грантовое, конкурсное финансирование эффективно, а работа по сметам – нет. Смета дается в результате внутриакадемической конкуренции, это нормальная работающая система. У грантового финансирования есть своя ниша, не более», – заявил Осипов.

Прибавить тут нечего. За последние годы «внутриакадемическая конкуренция» не разработала лучших методов распределения материальных ресурсов в условиях сокращения финансирования, чем пропорциональные сокращение выплат всем институтам по уравнительному принципу и простое закрытие институтов на принудительные каникулы в тех случаях, когда средств уже недостаточно для оплаты электричества и водоснабжения. Двигаться вперед, пытаться перераспределять ресурсы для стимулирования эффективно (по объективным показателям) работающих лабораторий и институтов Президиум не намерен.

Полемика с Путиным

Позиции председателя правительства России Владимира Путина и президента РАН Юрия Осипова, высказанные в ходе общего собрания, отличались в одном принципиальном пункте: Путин предлагает сконцентрировать имеющиеся ресурсы на прорывных направлениях, а не «размазывать их тонким слоем по хлебушку, так что и масла не видно». Фактически, это означает, что Россия отказывается от статуса серьезной научной державы, способной покрывать все области исследования – от китаеведения до строительства больших ускорителей, – и готова поддерживать лишь отдельные направления, в которых накоплен больший опыт или которые меньше пострадали от разрушительного вихря 90-х. Осипов, напротив, сторонник «размазывания масла» и считает, что слабость определенных направлений науки – это повод их поддержать, а не закрыть.

И тот, и другой подход содержит очевидные недостатки и проблемы. Подход, предлагаемый Осиповым, в условиях текущего мизерного финансирования академии просто неосуществим. Поясню: выделенные РАН в 2010 г. 49,3 млрд рублей примерно равны бюджету одного мощного американского университета (Российская академия наук – это 450 институтов). Путин объявил, что на фундаментальную науку и высшее образование в 2010 г. выделено 1 трлн 100 млрд рублей -10% бюджета, то есть на долю РАН приходится менее 5% «околонаучных» трат государства. Не будем останавливаться на том, какие новомодные проекты правительство считает более важными и полезными, чем РАН. Примем как данность, что финансирование РАН ничтожно и не увеличится. В этих условиях попытка поддержки всех направлений, всех лабораторий, которую предлагает Осипов, будет, очевидно, недостаточной для возрождения слабых лабораторий и ударит по хорошим коллективам. Этот путь деградации и провинциализации науки.

Однако подход Путина содержит пока неустранимое противоречие в самой постановке вопроса: как выбрать магистральные направления, что считать более нужным, востребованным, полезным обществу. С одной стороны, практическая польза фундаментальной науки вообще лежит в плоскости некорректно поставленных задач: ее невозможно оценить, потому что применения ее могут быть найдены и востребованы лишь через 50100 лет, тому в истории тьма примеров. С другой стороны, даже для относительно прикладных областей наше общество сейчас неспособно сформулировать научный заказ. Государство пытается переложить эту ответственность на бизнес сообразно законам рыночного общества. А современный российский бизнес в подавляющей массе вообще не нуждается в научных разработках, такова его специфика. Поэтому выбор приоритетных направлений науки для поддержки таким способом приводит к совсем плачевную результату: таковых нет, вся наука неинтересна и должна быть ликвидирована.

Позиция академика Осипова в данной ситуации выглядит тупиковой и отражает стремление не совершать резких движений, не обижать институты сокращениями, а власть имущих – острой полемикой. Между тем, избранная стратегия распределения сокращенного в этом году бюджета Академии уже дает свои плоды. Длительные «праздничные» закрытия институтов мотивируют к работе в них лишь пассивных и незаинтересованных людей; желающие работать ищут себе другие ниши. Сокращение (на треть) конкурсного финансирования также ударило по ведущим группам – держателям большого количества грантов, необходимых для ведения исследований на высоком уровне. Руководители таких групп уже отмечают возросший отток кадров за рубеж.

И напоследок

Атмосфера Общего собрания РАН оставила не лучшее впечатление. Выступление Путина вызвало настоящий аншлаг, закончившийся, однако, очень быстро. После того, как премьер покинул зал, за ним потянулась добрая треть слушателей, которые не вняли уверениям, что перерыв еще не начался, до него еще час.

Ближе к середине дня зал опустел наполовину. Перед наступившим, наконец, перерывом сложившуюся ситуацию очень хорошо прокомментировал академик Роберт Нигматуллин. «Все мы здесь как члены Академии получаем зарплату. Посещение собраний РАН, таким образом, является нашей прямой служебной обязанностью, элементом трудовой дисциплины. В связи с этим, я предлагаю членам Академии, которые без уважительной причины пропускают Общее собрание РАН, до следующего Общего собрания не платить академическую стипендию. Думаю, вы согласны со мной, что то, что видят сейчас присутствующие журналисты и другие граждане России, очень понижает наш авторитет. Также, например, падает авторитет Госдумы, заседания которой проходят при пустом зале. Предлагаю также разделить Общее собрание на сектора по отделениям, чтобы в каждом отделении было видно, пропускают ли его члены Общее собрание», – заявил он.

Однако президент РАН не посчитал нужным поддержать это начинание, и присутствовавшие на заседании продолжили бегство. На вечерней его части были почти пусты и места на сцене, а зал был наполнен едва ли на четверть. Перед такой непредставительной аудиторией прошло вручение наград РАН, в том числе Большой золотой медали РАН им. М.В. Ломоносова. И хотя ее иностранный обладатель, японский химик Риоджи Нойори, в своем докладе заявил, что это большая честь для него, вряд ли ему случалось докладываться перед более пустой и незаинтересованной аудиторией. Так что можно с уверенностью сказать, что снижение авторитета РАН в результате несоблюдения простых этических норм распространится и за пределы России. Правда, и зарубежная критика, в частности, интервью Осипова «Газете.ru» в редакционной заметке журнала Nature, не вызывает ничего кроме обид и обвинений в «травле»…