Оригинал материала
Кадры «Пентагона»
Что изменилось в Новоузенске спустя 4 месяца после выхода одноименного фильма «иноагента» Андрея Лошака*
Осенью 2023 года бывшее общежитие во 2-м микрорайоне Новоузенска (Саратовская область) стало знаменитым благодаря «Пентагону» Андрея Лошака. Сразу после выхода сериала 13 октября областное следственное управление возбудило уголовное дело по факту халатности, допущенной новоузенскими чиновниками, которые вовремя не признали дом аварийным. Региональные власти рапортовали о начале ремонта. Спустя 4 месяца после выхода фильма «Новая» спросила обитателей общаги, кто и как им теперь помогает.
«Это ремонт?»
«Пентагоном» в Новоузенске называют не только тот самый дом № 2а, в котором велись съемки, а весь второй микрорайон. Слева от дороги — ряды потертых пятиэтажек, построенных в 1980-е. Тогда в райцентре работали три кирпичных завода, строительное управление, дорожное предприятие, маслозавод, птицефабрика. Молодым рабочим нужно было жилье. «У нас командировочные жили, студенты, которые на практику приезжали. Весело было!» — вспоминает жительница бывшего общежития Наташа, одна из главных героинь фильма. Ни одного из предприятий, для которых строился микрорайон, сейчас не существует.
Наталья просит не снимать ее. Но видно, что к приезду корреспондентов она готовилась. Черный плюшевый халат с блестками, накладные ресницы, аккуратное каре. Постаралась дочка Оля, работающая в салоне красоты.
«Это мое правило: пусть душа плачет, а на лице должна быть улыбка, как будто у меня все лучше всех», — говорит Наташа и улыбается.
Старая железная дверь на входе в общагу погнута и толком не закрывается, зато выкрашена в ярко-оранжевый цвет. В отчетах саратовского министерства строительства это называется ремонтом входной группы. Человек, задумавший ремонт «пентагона», наверное, хотел создать жильцам атмосферу праздника. Стены в подъезде покрасили в изумрудно-зеленый. «Как в психбольнице», — хмыкает Наталья.
Коридоры в здании не отапливаются. Холодно так, что изо рта идет пар.
За углом коридора натыкаемся на фекальный «сталактит». С канализационной трубы свисает мороженое дерьмо метра два длиной. Наташа рассказывает, что несколько лет назад жильцы заменили этот стояк за свой счет. В январские морозы трубы в общаге перемерзли. Рабочие управляющей компании, которую назначили после фильма, погрели их паяльной лампой. «Канализационная труба пластиковая. Пошла дугой. Вот из нее и течет», — объясняет женщина.
Из подвала попахивает. Когда-то дом был подключен к канализационно-насосной станции, но трубы перегнили, и много лет стоки льются под дом. В начале декабря саратовское министерство информации отчиталось о восстановлении системы водоотведения, но это неправда. «Вода в подвале стоит в человеческий рост», — говорит Наташа. Посмотреть на это своими глазами не удается — лестница вниз завалена мусором.
Идем наверх. На третьем этаже моет полы Светлана (в фильме рассказывается, как она в одиночку воспитывает племянника Рому, рано потерявшего родителей). «Это ремонт?» — женщина показывает вход в пустующую комнату, забитый листом фанеры. Фанера здесь давно. Рабочие, красившие коридор, ее побелили. Рядом — дыра в стене. Пролом ведет в еще одну заброшенную комнату. Стекол в окне нет. «Когда ветер с той стороны, в коридоре такой сквозняк, чуть с ног не сносит, — говорит Светлана. Под ногами у нее проскальзывает черно-белый кот. — Это Сенька. У меня два кота. Без них здесь нельзя. На ночь они уходят на лестницу, утром приносят к порогу крысят».
В конце декабря жильцам пришли платежки со страшными цифрами. «Пять тысяч рублей за свет, 900 рублей за воду, 650 рублей за уборку, хотя мы сами убираемся, 136 рублей за съем жилья, 150 — за вывоз мусора. Откуда такие суммы? — спрашивает Светлана. — Да, мы отапливаемся электричеством. Но раньше с теми же обогревателями я платила 1870—2000 рублей в месяц».
Светлана работает кассиром в «Пятерочке». «Моя зарплата — 25 тысяч «грязными» плюс Ромина пенсия по потере кормильца — вот на что мы живем. Путинского пособия на ребенка не получаем, потому что у нас доход больше прожиточного минимума (в Саратовской области прожиточный минимум 12 981 рубль, один из самых низких показателей в России. — Н. А.). На продукты уходит тысяча-полторы в день.
Про цены даже говорить не хочется. Куры — 199 рублей за килограмм. Лоток филе тянет на 400 рублей. Хорошо, что у нас граница близко. В магазине казахстанских товаров окорочка продаются по 120 рублей».
«Положительные люди»
В фильме Андрея Лошака четыре серии. У каждой от 250 до 580 тысяч просмотров. Жители «пентагона» не рады своей известности.
«Больше всего я боялась за школу. Но ни один ребенок Роме ничего не сказал. Дети умнее взрослых. Ко мне постоянно подходили покупатели. Кто смеялся, кто унижал. Говорили: мы тебя знаем, видели, как ты в своем «пентагоне» живешь, а вот мы бы и дня там не задержались! Я хотела уволиться. Даже рабочие, которых сюда прислали делать ремонт, считают, что мы не люди. Нарочно свинничают, не убирают за собой. Говорят: надо домой прийти, отмыться от этого гадюшника»… — На глазах Светланы видны слезы.
Обитатели «пентагона» как будто сами извиняются за то, что оказались здесь. «Не виновата я, что моя семейная жизнь так сложилась! Я ведь 25 лет жила в Саратове, а еще тридцать — здесь», — разводит руками одна из жительниц. Она категорически отказалась сниматься в фильме и попросила не называть ее имени в статье. Женщина работает санитаркой. «Меня больные упрекают: что у вас за дом, ты хоть руки-то моешь?! Думают, если здание выглядит так, значит, и мы грязнули. А здесь же положительные люди! У нас баня рядом. Я денег накопила, поставила в комнату бойлер, душевую кабину, сделала туалет. А теперь управляющая компания говорит: вы не имели права воду в комнату тянуть, убирайте свои трубы и таскайте ведрами!»
Как говорит собеседница,
«мы живем здесь от безысходности, нет у нас возможности переехать». До 2022 года двухкомнатная квартира в Новоузенске стоила около 600 тысяч рублей. Сейчас — полтора миллиона.
Почти нормальная жизнь
На лестницах и в коридорах «пентагона» теперь установлены умные светильники с датчиками движения. Правда, срабатывают они не всегда. Худенькая Галина ведет нас на четвертый этаж, чтобы показать туалет. Коридор остается темным. «Меня даже лампочка за человека не считает», — ворчит женщина.
Дверь сортира выкрашена той же изумрудной зеленью. Берусь за ручку — и дверь повисает на одной петле. Туалет здесь, как теперь модно говорить, гендерно нейтральный — дыра в полу. Ни раковины, ни крана, конечно, нет. Помыть руки можно дальше по коридору — на центральном стояке (водопроводная труба проходит в той части здания, где когда-то были общие кухни) врезан вентиль.
Галина оказалась в «пентагоне» после того, как у нее сгорел дом. «Пятеро детей у меня было. Младшие в садик ходили, старшие их забирали, а я вкалывала. Днем — в колбасном цехе, вечером — уборщицей. Ночью прибежишь домой, наготовишь, утром опять уйдешь. — Галина закуривает. — У меня туберкулез вообще-то. Не бойтесь, закрытая форма», — успокаивает она.
Вспоминает, что развал в общаге наступил в 2000-х. Котельную закрыли. Срезали батареи. Обещали сделать индивидуальное отопление. Но с кого требовать обещанного? «Мы не знали, к кому относимся. Баба Люда — была у нас такая старушка добросовестная — пыталась платить за ЖКУ, ходила то в один ЖЭК, то в другой. Ей говорили: вы не наши! Даже деньги не брали». Спрашиваю, почему жильцы не пытались жаловаться. «Бесполезно, — убежденно отвечает Галина. — К нам так относятся… Не стали бы нам помогать».
Из пяти детей Галины живы трое. «Одного сына из Москвы привезли в гробу. Другого здесь зарезали. Нашли ли преступников? За младшего сидит. А старшему написали «сердечная недостаточность», и концы в воду».
Пенсия женщины — 13 290 рублей, минималка. Декабрьский счет за электричество — 6 тысяч. Как платить, она пока не знает.
Идем греться к Наташе. Коридоры «пентагона» похожи на лабиринт. «В первый день, когда я сюда переехала, вышла в магазин. Возвращаюсь — и не могу найти свою комнату. Слышу, как мой ребенок плачет, но не могу к нему пройти. Встала посреди коридора и кричу: соседи, помогите!» — вспоминает Наташа. Она точно помнит, когда оказалась в общаге, — 13 августа 1991 года. Ее сыну было 7 месяцев. «Свекровь из-за национальности меня не приняла, выжила».
Она отодвигает занавеску, заменяющую дверь в квартиру. В прихожей (на самом деле это отгороженная часть коридора общаги) стоят диванчик, столик. На стене — картина с крупными цветами. За следующей занавеской — спальня, она же кухня. Справа — кровать, слева — кухонный гарнитур.
Контраст с коридором потрясающий. Хозяйка сделала все, чтобы в комнате было уютно. Стены оклеены обоями с букетиками лаванды. На окне мигают разноцветные огоньки. «Я их круглый год не снимаю. Хочется же какого-то праздника». За кружевным тюлем почти незаметно, что окно затянуто пленкой — чтобы не дуло. Под столом работает конвектор. У раковины, встроенной в гарнитур, нет водопроводного крана. За холодильником прячутся тазы с водой. Воду жительница носит ведрами из центральной водопроводной трубы. Грязную жидкость, оставшуюся после мытья посуды и уборки, так же ведрами относит в туалет и ею смывает.
«Меня мама одна воспитывала. Папа нас бросил, я его даже не видела. Мама крутилась на трех работах, я — со скотиной. Куры, козы, корова у нас были. Окончила восемь классов», — вспоминает Наташа.
В 1990-е она получала на сына и дочь детское пособие — 140 рублей. «На что хватало? Хлеб, чай, сахар. Никаких памперсов, конечно, не было. Марлю кипятила и подгузником завязывала. Бывало, и в голоде сидели немного. Но тогда народ был не такой озлобленный. Соседи общий стол собирали: кто картошки принесет, кто макарон. На что мы жили? Зимой я снег чистила. Весной огороды копала. Летом у корейцев на овощных плантациях полола, поливала. И на погрузке стояла. Кидала в «КамАЗ» арбузы, дыни. Теперь у меня почка опущена».
В 2000-м Наташа похоронила своего третьего, младшего ребенка. «Врачи сказали, киста мозга, жить не будет. В Саратов мы ездили, в реанимации лежали. Ничего не помогло. Пять месяцев было ему».
Паша (в фильме его называют приемным сыном Натальи) приехал в «пентагон» из Олоновки (деревня в 40 километрах от районного центра) вместе с родителями. «Лет пятнадцать-шестнадцать ему тогда было. Отец скоро умер, мать тоже. Мы Пашку подкармливали, присматривали, чтобы чистый ходил, не безобразничал. Вот и в армию проводили, собрали с миру по нитке носки, белье, — говорит Наташа (в фильме показаны проводы Павла на СВО). — Из нашей общаги двое на СВО ушли. Не считая бывших жильцов, которые уже были в колонии и оттуда завербовались».
Наташе 53 года. До пенсии еще 7 лет. «Зимой с деньгами туговато. Я уборщицей работаю в магазине, платят 3–5 тысяч рублей. Весной пойдут калымы (так здесь называют мелкие подсобные работы. — Н. А.), будет попроще. Мне бы МРТ сделать, а то я, бывает, иду-иду — и вдруг сознание теряю. В Новоузенске такого аппарата нет, надо в Саратов ехать. Ну ничего, — улыбается она, — мы здесь живучие. Не сдаемся».
«К ним как к родным»
Жильцы «пентагона» предполагают, что администрация решила отомстить им, выставив неподъемные счета. «Мы давно у чиновников как бельмо на глазу. Еще до фильма нас грозили расселить по деревням, где ни работы, ни воды (Новоузенский район находится в зоне полупустынь. — Н. А.). Не знают, как нас выжить отсюда», — машет рукой Наташа.
В злосчастной пятиэтажке всего два десятка обитаемых комнат. Но если помочь этим людям, сколько еще горожан захотят вынести сор из избы? Проще наказать недовольных рублем, чтоб неповадно было за правдой ходить.
«Какая месть?! Кого мы выживаем?! Мы ко всем ним относимся как к родным!» — уверяет заместитель районного главы Андрей Ломовцев.
Андрей Николаевич уверен, что «раньше жильцы пускали электричество мимо счетчиков, а теперь проводку сменили, и закончилась халява». «Вы у них спрашивали, сколько они раньше платили? Да нисколько! У одной долг был 97 тысяч рублей. Она пошла и оплатила, вот тебе и бедненькая. И мы ее к новой проводке подключили».
Спрашиваю, правда ли, что к новой проводке подключали только тех, кто закроет долги по ЖКУ. Замглавы уверяет, что я его неправильно поняла: «Электричество в этом доме — единственный источник тепла. Разве мы можем зимой оставить кого-нибудь без отопления?»
Ломовцев напоминает, что управляющую компанию для «пентагона» искали 8 лет. «Конкурсы объявляли, но желающих не было. Теперь одну УК уговорили временно их взять. Вот передо мной директор компании сидит, был голубоглазым блондином, за три месяца в «пентагоне» стал лысым стариком!»
Управляющая компания называется «ООО «Новоузенское ЖКХ». Именно ее рабочие в мороз штукатурили и красили неотапливаемые коридоры здания. Фирму возглавляет Александр Сулимин — депутат районного собрания, член фракции «Единая Россия». По сведениям из открытых источников, Сулимин является учредителем и руководителем нескольких компаний коммунального профиля. Одна из них — ООО «Новоузенскстрой», под управлением которой находится 45 домов, — с лета 2023 года проходит процедуру банкротства.
По областной программе капитального ремонта в «пентагоне» должны отремонтировать крышу. Сколько это будет стоить, в районной администрации пока не знают. «Как муниципалитет мы не сможем выделить деньги на ремонт дома напрямую, только вместе с жильцами, которые должны платить взносы на капремонт», — поясняет Ломовцев.
В октябре новоузенский следственный отдел возбудил уголовное дело о халатности районных чиновников, которые вовремя не признали общагу аварийной. Наверное, люди в погонах не хотели признаваться, что знакомы с творчеством «иноагента» Лошака и обращают внимание на его замечания.
Поэтому в сообщении о начале расследования ни слова не говорится о документальном сериале. «Выявлен видеосюжет, в котором сообщается о непригодных условиях жизни граждан», — сформулировали блюстители порядка. Получается, что новоузенские следователи, чей офис находится в девяти минутах езды от «пентагона», не знали, в каких условиях здесь существуют люди. Хорошо хоть в YouTube увидели.
Отметим, что это не единственный случай, когда новоузенских чиновников подозревают в халатности. В 2016 году районная администрация ввела в эксплуатацию два дома, построенных на бюджетные деньги, для детей-сирот. После новоселья стены и крыши домов потрескались. Дело до сих пор расследуется.
Как президент россиян из трущоб вытаскивал
«Не может страна с такими резервами, полученными за счет нефтегазовых доходов, мириться с тем, что миллионы ее граждан живут в трущобах. Невнимание государства к этим проблемам считаю аморальным», — говорил президент Владимир Путин еще в 2007 году. «Нужно из трущоб людей выселять, как я уже обращал на это внимание коллег», — сказал он же в ноябре 2022-го. Как подсчитали журналисты, глава государства обещал «вытащить россиян из трущоб» минимум 8 раз за последние 17 лет.
Федеральные программы по расселению аварийного жилья были запущены еще в 2000-х. За последние пять лет в новые квартиры переехало больше 578 тысяч человек. Расселение финансируется за счет федерального бюджета. Регионы, которые могут себе это позволить, добавляют собственные деньги. Лидерами по расселению считаются Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа. Больше всего аварийного жилья, как полагают эксперты Института народного прогнозирования РАН, в Волгоградской и Саратовской областях (5,2 и 3,6% жилищного фонда соответственно).
Сейчас расселяют дома, признанные аварийными до 1 января 2022 года. То есть если даже новоузенский «пентагон» посчитают непригодным для жизни, денег на новые квартиры людям никто не даст.
По подсчетам правительства РФ, в рамках региональных программ капремонта в прошлом году отремонтировано около 16 тысяч домов, где живет больше 2,5 млн человек. К капитальному ремонту относится замена инженерных коммуникаций, крыши, лифта и укрепление фасада.
Как отмечают в Фонде развития территорий, каждый год в аварийное состояние приходит 2–2,5 миллиона квадратных метров жилья. Для расселения жильцов нужно от 176 до 220 миллиардов рублей. Сейчас, по оценке комитета Госдумы по строительству и ЖКХ, в аварийных домах живет 1,3 миллиона человек.
«Помочь пентагону»
В телеграм-чате «Помочь пентагону» сейчас больше 1200 участников. «У нас тоже есть свой «пентагон», — пишут граждане из Саратова, Ростова, Пермского края, Чебоксар, Тульской области. Примечательно, что неблагополучные дома и общаги в разных регионах называют именно так. В чате вывели шутливую теорию происхождения топонима:
«Думаю, что для русского человека Пентагон — это штаб-квартира мирового зла. Именно там придумывают, как сделать нашу жизнь невыносимой, — ссут в подъездах, дырявят трубы отопления, отрывают балконы.
И вот когда посланцы тьмы добиваются успеха, наш человек в таком доме выживает, пьет и политикой не интересуется».
Многие из тех, кто сейчас сочувствует героям фильма, сами сумели вырваться из нечеловеческих условий.
-
«Я ушел из такого пентагона в 18 лет. Из моей юношеской компании живы двое — я и парень, который отсидел 18 лет. Девчата — кто скололся, кто повесился. Сейчас я детский кардиохирург», — пишет один из участников чата.
-
«Я выросла примерно в таком же пентагоне. Без водопровода, без туалета. Помню, как мыла голову в тазике, нагрев воду кипятильником. И какого же мне это придало ускорения по жизни. Лишь бы никогда не вернуться к такому. К сожалению, почти никто оттуда не вырвался. И это моя боль», — пишет другая участница. Сейчас она работает врачом в Москве.
-
«Мое детство в Тульской области прошло в бедности и хаосе 1990-х. В нашем маленьком провинциальном городке тоже был дом, который все звали «Пентагон». К сожалению, пол-России состоит из таких пентагонов, и, видимо, это вполне целенаправленная политика», — пишет женщина из Германии.
В чате открыт сбор средств для героев фильма. Участники уже собрали сумму, достаточную для покупки квартиры инвалидам Василию и Антону (в фильме рассказана история пожилого мужчины с инвалидностью, который в одиночку ухаживает за взрослым сыном с аутизмом). 14-летнему сироте Роме подарили компьютер. В январе мальчика с тетей пригласили в путешествие.
«Я захотела хотя бы на несколько дней вытащить Рому в другой мир. Показать, что жизнь — это не только «пентагон», — рассказывает Алина, ставшая организатором поездки. — Через продюсера сериала Ирину Филиппову вышла на Светлану и спросила, чего Рома хотел бы на Рождество. Они ответили, что никогда не видели Москву. Я сделала рилс в своем инстаграм (сеть принадлежит компании Meta, признанной в России экстремистской и запрещенной. — Н. А.), за сутки собрала 150 000 рублей у своих подписчиков и с помощью агентства составила программу путешествия».
До этого Рома никогда не ездил на поезде. В Москве мальчик с тетей пять дней жили в отеле «Radisson Белорусская», катались на теплоходе, побывали на Красной площади, в «Зарядье», в парке аттракционов «Остров мечты».
«Я помню, как мне было 14 лет. Мы с семьей жили довольно бедно. Вокруг был абсолютный кошмар. В новостях чуть не каждую неделю говорили об очередном убийстве. Мне повезло: от музыкальной школы, где я училась, меня отправили по программе обмена в Германию. Помню, как все родственники скидывались, чтобы собрать мне 200 долларов в дорогу. Через три недели я вернулась домой и сказала маме, что никогда не буду жить так, как сейчас. Ну и, собственно, теперь я живу в Лондоне, — рассказывает Алина. — Я точно не брошу Рому и Светлану.Летом отправлю их в Сочи на две недели. У меня уже целая инициативная группа, которая ждет нового сбора средств. Это то малое, что мы можем изменить в судьбе человека, которому не посчастливилось жить в «пентагоне». Там мог оказаться каждый из нас».
* Внесен Минюстом РФ в реестр «иноагентов».
Обитатели общаги категорически отказались сниматься «для газеты».
ПОД ТЕКСТ
«Люди живут с пониманием, что они — никто»
Андрей Лошак* рассказал «Новой» о реакции зрителей на фильм
— В «пентагоне» я оказался случайно. Я снимал коммерческий проект к юбилею «Тинькофф банка». Одна из сотрудниц коллцентра рассказала об общежитии, в котором раньше жила. Когда я попал в этот дом, то, честно скажу, офигел. Я много чего видел и снимал, но чтобы люди жили вот так!.. Это меня поразило.
Когда началась СВО, я не знал, о чем снимать. Сначала казалось, что все остальные темы потеряли смысл. Но потом понял, что самое время поговорить о ветхом жилье. На фоне риторики о том, какая великая наша страна, как родина всем покажет кузькину мать, нужно опуститься на землю и посмотреть, в каком ужасе живет народ этой великой страны.
Мы рассматривали разные локации для съемок, но решили остановиться на Новоузенске. Тем более мы уже познакомились с Наташей. Наташа и ее семья — активные люди, не опустившие рук.
Изначально предполагалось, что это будет формат реалити-док, с погружением в материал. Удалось найти оператора, который согласился прожить в Новоузенске несколько месяцев. Съемки велись с октября 2022 по февраль 2023 года.
Мы пытались подталкивать Наташу, чтобы она начала ходить в администрацию, не требовать, а хотя бы спросить, будет ли ремонт. Оказалось, что всеми в доме владеет огромный страх, парализующий. Люди боятся поднять голову — как бы не было хуже. Они готовы приспосабливаться к невыносимым условиям, вычищать комнатки, обустраивать норки.
Так в России ужасно устроена система отношений между обществом и государством. Государство всегда право, государству все должны, ты его раб. Люди с этим рождаются и живут с пониманием того, что ты — никто, твоя личность ничего не стоит. Власть может сделать с тобой все что угодно и останется правой. В этом огромная проблема страны.
Но после фильма все-таки поднялась буча. Я думал, что это какое-то чудо. Первый раз в моей жизни — вышел фильм, и все не просто потрындели, а целый Бастрыкин прислал на место действия следователей, администрация начала рапортовать о ремонте. Но это все превратилось в показательную порку.
Сейчас жителей «пентагона» кошмарят счетами за ЖКУ. Как рассказывает наш продюсер Ирина Филиппова, одному из жильцов пришла платежка за электричество на 7 тысяч рублей. Он решил экономить, убавил отопление. Утром проснулся и увидел, что в тазике с водой замерзла мышь.
Думаю, это месть за то, что новоузенский глава Андрей Опалько пережил несколько мгновений унижений. Я, честно говоря, в ужасе. Люди в «пентагоне» живут за чертой бедности, борются за существование каждый день. Сейчас их просто убивают.
Районные чиновники заботятся не о том, чтобы создать людям человеческие условия. Главное — сделать фоточку, отчитаться вышестоящему начальству, а потом устроить «жалобщикам» темную, разобраться по-пацански: кто тут вякал? Это чудовищно. Я чувствую свою ответственность. Я разворошил это болото, а людям стало хуже.
Реакция зрителей оказалась разной. Есть немалое количество людей, абсолютно бесчувственных к чужому горю. Они пишут в комментариях: так им, в «пентагоне», и надо. Но в большинстве, как говорил князь Кропоткин, люди лучше учреждений. Мы увидели огромное количество сочувственных комментариев в YouTube и решили организовать чат помощи. Несмотря на то что государство пытается накачать людей ненавистью, люди остаются хорошими, нормальными, у них есть эмпатия. Они хотят помогать тем, кто нуждается. Но пространство возможностей для помощи в России очень сузилось. Гражданское общество находится под репрессивным катком. Всякая самоорганизация сложна и даже рискованна.
Я очень рад, что чат помощи сработал. «Пентагону» хотя бы точечно помогли. Хорошие вещи произошли, но благодаря не власти, а отзывчивости простых людей.