Оригинал материала
«Поле исследования больше не может быть в России»
25 января 2024 года DOXA признали «нежелательной организацией».
Если вы находитесь в России или планируете в нее возвращаться, вам нельзя репостить наши материалы в соцсетях, ссылаться на них и публиковать цитаты.
Подробнее о том, что можно и нельзя, читайте в карточках.
Дорогие коллеги
10 марта команда аспиранто_к объединилась и создала канал академической взаимпомощи "Дорогие коллеги". Инициатива помогает украинским, беларуским и российским студент_кам, которые были вынуждены или чувствуют необходимость уехать в другие страны из-за военных действий или политического преследования на родине.
Соосновательница «коллег» Оля Долецкая и координатор проекта Владимир Заболотский рассказали DOXA о своей работе, об изменениях в процессах поступления, а также о перспективах отношений российских студенто_к с иностранными образовательными институциями.
Как изменился процесс поступления?
В начале войны казалось, что украинским студент_кам много помогают, однако сейчас это ощущение всё больше сходит на нет. Мы видим, что появились точечные инициативы: в вузах Финляндии и Швеции открыли дополнительные программы для украинских бакалавров, прервавших обучение, а Германия увеличила финансирование для академических бежен_ок. Однако систематической помощи всё равно нет.
Для россиян_ок и беларусо_к появилось больше барьеров: стало сложнее сдавать языковые экзаменыСдача TOEFL и IELTS, основных международных экзаменов по знанию английского языка, невозможна на терроритории Российской Федерации., а из-за санкций на банковскую систему невозможно оплатить admission fees с российских карт. Эстония перестала выдавать студенческие визы граждан_кам России. А стипендия Chevening, позволяющая бесплатно получить степень магистра в Великобритании, отказалась сотрудничать со студент_ками из России.
Кроме того, во многие европейские вузы теперь нужно предоставлять банковскую гарантию — документ, подтверждающий возможность обеспечить себя на время обучения. Недавно нашему подопечному отказали в Британии, так как посчитали финансовые документы недостаточными.
Что делать уволенным за антивоенную позицию?
Многие российские студент_ки и преподаватель_ницы потеряли работу из-за антивоенной позиции. Чёткого механизма, который помогал бы в таких случаях, нет. Обычно каждый кейс решается индивидуально. Мы связываем студенто_к и преподаватель_ниц с организациями, которые могут помочь с поиском места работы и финансированием. Диплом свободы, Scholar at risk, а также фонды Дмитрия Зимина и Бориса Немцова активно помогают пострадавшим из-за своей антивоенной позиции. Чаще всего получается найти новый университет.
С чем помогают «Дорогие коллеги»?
Мы консультируем по вступительным заявлениям, даём советы по улучшению CV и мотивационных писем. Нам часто пишут с вопросами по поиску программы, но мы не знаем про все университеты и факультеты, поэтому стараемся связать с теми, кто там работает или учится. В последнее время стали задавать много вопросов, на которые мы не можем ответить: например, о визах или мелких деталях в вузовских анкетах.
Ответы на большинство вопросов можно получить, обратившись к первоисточнику — университету или организации, которая выдаёт стипендию. Как только объявили мобилизацию, нам написали десятки людей, ищущих срочную возможность уехать. К сожалению, мы не можем помочь с экстренной релокацией, потому что академическое поступление — это долгий процесс.
Поступление — долгий процесс?
Важно отметить, что в российских институциях отвечают значительно быстрее, чем в иностранных. В Британии на любой вопрос могут ответить в течение 10–15 рабочих дней, а с середины декабря все уйдут в отпуск и ответят во второй половине января.
У большинства университетов есть международный офис, куда мы советуем всем писать и спрашивать про возможности поступления и стипендий. У нас есть несколько кейсов, когда не могли получить визу и международный офис оперативно помог. Ещё мы советуем обращаться к профессорам, особенно на более поздних стадиях обучения. Значительная часть позиций на поздних уровнях обучения чаще раздаётся через личное знакомство.
Наша помощь, как и процесс поступления, растягивается на несколько месяцев. Многие из тех, кого мы ведём, ещё не знают, поступили они или нет. А остальные чаще всего забывают написать нам и сообщить об успешном поступлении. Осенью началась новая волна подачи документов, она закончится в апреле. Пока мы не можем сказать, сколько человек поступит благодаря нам.
В какие страны стоит поступать?
Есть несколько факторов, определяющих выбор страны обучения: сфера занятий, поле исследования и знание языков. Кроме того, важно понимать ситуацию со стипендиями и ценами на обучение. Можно поступить в относительно недорогие европейские магистратуры, которые будут стоить одну–две тысячи евро, а если есть возможность, то, например, в Великобританию, где магистратура обойдётся в двадцать тысяч фунтов.
Не стоит пытаться поступить в конкретную страну. В первую очередь стоит отталкиваться от сферы деятельности. Легче найти финансирование на IT-магистратуры, чем на гуманитарные или исторические. С другой стороны, в Германии очень много финансируют арт-проекты. Поехать можно в любую страну, если она не перестала выдавать визы.
Кроме того, до сих пор можно податься на Оксфордскую стипендию Hill Foundation для студенто_к из России. В целом, обычно спустя примерно двадцать заявок в разные страны на поступление и финансирование вы получаете положительный ответ.
Иностранные вузы перестали сотрудничать с россиян_ками?
Западные университеты не хотят сотрудничать с российскими институциями, но активно идут на коммуникацию лично с преподаватель_ницами и студент_ками. Они не хотят исключать россиян_ок из общего академического пространства. Все разговоры о притеснении российских студенто_к за границей оказались вбросами и единичными поступками отдельных профессоро_к.
Российские IT-студент_ки, физики, экономисты и другие специалист_ки точных наук высоко ценятся в Европе. Сейчас основной риск заключается в том, что Россия ограничит выездные возможности для студенто_к.
Европейские университеты принимают россиян_ок на общих основаниях. Однако есть проблемы с тем, что поле исследования больше не может быть в России. Никто не хочет подставлять студенто_к опасности и финансировать, например, изучение сибирских шамано_к. С другой стороны, российских студенто_к ценят за экспертизу жизни при авторитарном режиме. В общем, интерес к России в иностранных вузах растёт, а её изучение становится всё сложнее.
Редакторка
Редакторка
Кутя МартыноваПубликация
19 ноября 2022 г.