«Гуси-лебеди» с автоматами

25 января 2024 года DOXA признали «нежелательной организацией».

Если вы находитесь в России или планируете в нее возвращаться, вам нельзя репостить наши материалы в соцсетях, ссылаться на них и публиковать цитаты.

Подробнее о том, что можно и нельзя, читайте в карточках.

В Санкт-Петербурге дети из начальной школы рисуют символы войны на безобидных тренингах: на ватмане появляются бункеры, деревья с глазами и танки. Так пятиклассники проецируют на бумагу то, о чем говорят им взрослые и учителя: необходимо обороняться и побеждать, сражаться, даже если врага нет.

Важная черта перехода авторитарного режима в тоталитарный — проникновение пропаганды в систему образования, которая сопровождается не просто попыткой навязать единственно верную систему ценностей, но и мобилизовать на участие в чем-то, что нужно власти.

Элементы военной подготовки в школах были унаследованы еще с советских времен: от зачетов по метанию гранаты на уроках физкультуры до сбора автомата Калашникова на ОБЖ. Многие такие практики учителями, школьниками и их родителями воспринимались как должное. Но всерьез о милитаризации российских школ стали говорить в 2022 году, когда на уроки стали приглашать участников боевых действий в Украине и проводить еженедельные «Разговоры о важном».

Как изменилось образование после начала войны, в чем опасность культа «вечной победы» и возможно ли в современных школах наладить конвейерное воспитание «патриотов» — в новом материале DOXA.

• Авторка

  

  Авторка

  Август

• Редактор

  Редактор

  Джон Локк

• Дизайнерка

  Дизайнерка

  стася бубубу

• Публикация

  2 мая 2023 г.

«Первоклассники в строю»: как детей учат разбираться в видах военной техники

«У нас куча военных квестов, викторин, эстафет. Причем весь упор идет на младшую школу, на тех, кто в школе — как чистый лист», — рассказывает в интервью DOXA учительница Марина из Санкт-Петербурга. В её школе еще не проходила военно-спортивная игра «Зарницы», но директор уже попросил в чате вместе со школьниками отправить письма российским военным на 9 мая. По словам администрации школы, важно, чтобы такие письма были «без отписок». Объем текста должен быть не меньше страницы.

Военно-патриотическое образование в России затрагивает как учащихся старшей школы, так и тех, кто только вчера научились читать. С первого класса детям на уроках предлагают сыграть в милитаристскую игру «Зарничка» — аналог «Зарницы», но для детей из начальной школы. Она проходит даже в детских садах и реабилитационных центрах для несовершеннолетних.

Как заявляют организаторы, цель игры — подготовка молодежи к службе в российской армии и популяризация профессии военнослужащего среди детей. В ходе такой активности совсем юные учащиеся проходят полосу препятствий, учатся отличать военную технику, виды костров и запоминать даты праздников, связанных с российской армией. Иногда детей даже одевают в специальную форму: например, в Кировском районе Санкт-Петербурга девочки были в форме военной медсестры, а мальчики играли солдат.

«Первоклассники в строю 👬. Команде необходимо было собрать по 2 пазла и определить, какая военная техника есть в Вооруженных Силах РФ, построить определенный вид костра», — пишет администрация гимназии Костомукши (Республика Карелия). Такие провоенные игры для детей проходили как минимум в Санкт-Петербурге, Саратовской, Липецкой, Кемеровской, Свердловской областях. Полоса препятствий и названия испытаний в разных школах отличаются. Например, в сельской библиотеке Гавриловки дети прыгали по газетам — так проходила полоса препятствий «Болото». «Марш бросок за боеприпасами через болото. Участник, наступивший за пределы кочки, считается раненым», — отчитывается администрация библиотеки. Второй этап игры назывался «Огневой: метание в цель». Детям нужно было «сбить вражеский танк» с помощью гранаты (мячика).

Чтобы завлечь совсем маленьких учеников в милитаристскую активность, администрация школ выбирает интерактивную и развлекательную форму уроков. Таким образом взрослые показывают, что война — это так же весело и занятно, как и собирать яркие карты в школьное время.

Например, в военных квестах организаторы создают отдельный мир, где все четко регламентировано. Один из таких квестов организовали под Екатеринбургом в преддверии 23 февраля. «Ребятам предстояло вспомнить воинские звания, посетить медсанчасть, пройти строевую подготовку, разгадать военные профессии, расшифровать секретное послание, а также отдохнуть на привале, исполнив знаменитую “Катюшу”», — отчитывается администрация дома культуры села Патрушево (Свердловская область). За успешное прохождения одного из элементов квеста первоклассники получали по звезде. Те, кто набрали больше звезд, показали, что «готовы служить Родине». Организаторы назвали такой квест «героическим приключением».

Первоклассники, которые совсем недавно научились писать, в некоторых школах отправляют письма на фронт, детей также фотографируют на фоне пакетов и коробок с «гуманитарной помощью» для российской армии. «Как же радует 🌈 удивительная способность народа объединяться в нелегкое время для того, чтобы обеспечить надежный тыл нашим защитникам! 🤩», — пишут в группе родительского комитета Верхней Салды (Свердловская область). На подобные письма военные нередко отвечают и записывают видеообращения к детям.

Как и в других госучреждениях, где воспитываются дети, некоторые школьные учителя манипулируют желанием детей походить на взрослых и быть сопричастными к чему-то большему, чем они сами. «Важно, чтобы они чувствовали свою сопричастность, видели на деле, что такое взаимопомощь и милосердие💕», — такими словами заканчивается очередной отчет о сборе продуктов военным за счет родителей. Инициатива помощи военным зачастую исходит от администрации школ: учителя пишут в родительские чаты, чтобы собрать на «комплекты мобилизованным» или просто берут средства из денег, отложенных на нужды класса. Но площадкой для милитаристских занятий не всегда оказывается школа. Детские библиотеки и Дома культуры также помогают в организации таких уроков, они же становятся пунктами сбора для «гуманитарной помощи» российским военным. Например, в библиотеке деревни Выскодь (Псковская область) в марте прошел урок памяти «Герои никогда не умирают, герои в нашей памяти живут!». Детям рассказали о Михаиле Крылове, который «сражался за Родину, подписав контракт с ЧВК “Вагнер”». Крылов погиб в сентября 2022 года, но администрацию библиотеки, видимо, не смущает прошлое военного и его связь с группировкой Евгения Пригожина. «Каждый, кто сейчас сражается на фронте судьбоносной для страны специальной военной операции, — Герой! Вне зависимости от национальности и биографии», — пишет сельская библиотека.

На фотографии, которую выложила администрация библиотеки, запечатлены дети дошкольного возраста: они стоят на фоне книжного шкафа, к которому прикреплен детский портрет погибшего с черной лентой и аппликация с журавлями.

Похвала и «сладкие призы»: как детей завлекают на милитаристские уроки

Еще до начала полномасштабного вторжения администрации российских школ поощряли участие подростков в провоенных активностях, например, в турнирах по стрельбе из пневматической винтовки или сборке автомата Калашникова.

Методы, которыми учителя мотивируют школьников участвовать в «патриотических» мероприятиях, варьируются. В некоторых случаях учащихся завлекают с помощью «сладких призов». Например, в школе № 109 Омска урок ОБЖ «Армейские ЗУНы», посвященный российской армии, прошел в виде игры по станциям. «За правильные ответы был приз в виде конфеток!» — пишет в соцсетях одна из учениц. А в воскресной школе Ижевска конфеты за участие в уроке «Святые воины Руси» раздавали уже священники. Дети проходили игру по станциям, за время которой узнали о «неоценимом вкладе князей, полководцев и адмиралов в приумножение русских земель, защиту их от нашествия иноплеменников».

Урок «Святые воины Руси» в воскресной школе Ижевска

В некоторых школах учителя поощряют интерес подростков к военной форме во время военных праздников. Например, в День войск национальной гвардии в школе № 57 Новоуральска несколько третьеклассников пришли на уроки в военной форме своих родственников. «👏Весь школьный день они с гордостью ходили в форме, тем самым прививая своим одноклассникам чувство уважения к военным людям страны», — пишет администрация школы. На фотографии видно, что форма мальчикам велика, поэтому они закатали рукава камуфляжной куртки и подвернули штаны.

«Одни дети рисуют домик, другие — бомбоубежище»

Культ силы и милитаризм отражаются на психике детей как напрямую (некоторые школьники не выдерживают эмоционального напряжения и падают в обморок), так и опосредованно. Тревога и агрессия учащихся находят место в их рисунках. Виктория работает психологом в одной из общеобразовательных школ Санкт-Петербурга. Помимо индивидуальных встреч с учащимися, она проводит психологические тренинги для учеников начальной школы. Один из таких тренингов называется «Волшебная страна» — в ходе него десятилетние дети рисуют идеальное место, где «все можно». Этот тренинг никак не связан с воспитанием в детях патриотизма или с пропагандой войны. Его цель — укрепить дружеские связи между учащимися, но с начала полномасштабного вторжения на рисунках появляются клубы дыма, слова «умри», «не входить».

Мы рассказываем про военное вторжение России в Украину, протесты и репрессии. Мы считаем, что сейчас, когда десятки медиа закрылись или перестали освещать войну, доступ к независимой информации важен как никогда.

Оформите разовое или ежемесячное пожертвование.

«Раньше дети торговали, путешествовали друг к другу в страны и редко-редко война прорывалась на рисунки — обычно это было во время конфликта в классе. А сейчас война — обязательное условие в “Волшебной стране”». Виктория объясняет, что до 24 февраля дети были сфокусированы на потреблении: рисовали вредную еду и брендовые вещи, теперь «вектор сместился на оборону». Война отражается на рисунках как у мальчиков, так и у девочек. Последние рисуют «пушки, в которых цветы».

По задумке психолога, дети должны нарисовать свои дома на большом ватмане и поместить в них животных. Но, по словам Виктории, зачастую на бумаге появляются совсем другие сооружения. «Дети все обороняются. Рисуют танки, ядерные взрывы, клубы дыма. Даже там, где они не подразумевают битву, появляются элементы, которые как бы обозначают безопасность: камеры наблюдения, высокие заборы. Одни дети рисуют домик с надписью “Не входить”, другие — бомбоубежище. И говорят одноклассникам: “Приезжайте ко мне, у меня есть бомбоубежище и защищенная территория!”»

Рисунки учащихся начальной школы в Санкт-Петербурге

Другие элементы детских рисунков — глаза и российский триколор, они появляются даже на картинах, которые не связаны с войной. По мнению психолога, причиной таких рисунков является тревога и злость родителей, которую чувствуют и перенимают дети: «Их матери сами пронизаны тревогой и агрессией, у нас в школе бесконечные разборки с родителями. На меня, слава богу, никто заявление в прокуратуру не писал, но пугать — пугали. Например, одной из мам не понравилось, что мы перед Новым годом клеили карту желаний. Ее сын нарисовал водку и чипсы, она пошла ко мне разбираться».

Помимо агрессии психолог видит в рисунках еще и детский страх. Кроме страха одиночества и боязни быть непринятыми, выделяется страх ядерной войны: «Ко мне много ребят приходят со страхом ядерного взрыва. Это больше у старшеклассников, которые новости смотрят. Им важно, чтобы хоть кто-то сказал, что в порядке, не погибнем».

«Главная черта военнослужащего — умение подчиняться»: милитаристские тесты на уроке ОБЖ

Иногда учителя открыто агитируют за войну, причем во время занятий. «На уроках ОБЖ у нас недавно была тема про военные структуры, войска России. Мы урока три–четыре смотрели видео с ютуба о том, какие правила в армии, что нужно делать на войне, какое оружие и танки есть. Учитель говорит, что многим мальчикам это будет актуально, потому что у них воинская обязанность. Еще говорил, что девочек это тоже коснется, особенно тех, кто поступает в медицинский вуз», — рассказывает Аня, ученица 11 класса из Кызыла (Республика Тыва).

Её, как и других учащихся, на уроках ОБЖ стремятся убедить в том, что война и «служба Родине» — это увлекательно и почетно. Но видеороликами с ютуба такое убеждение не заканчивается: «У нас даже была самостоятельная работа: он [учитель] спрашивал, какими качествами должен обладать военнослужащий. Надо было три главных качества написать. Помню, что на следующем уроке он похвалил один ответ. Сказал, что главная черта военнослужащего — это умение подчиняться, терпение».

Чтобы обсудить, как выстраивать уроки и общение со школьниками, учителя ОБЖ в некоторых регионах каждый месяц собираются на методических занятиях. Например, в комитете по образованию Одесского района (Омская область) преподаватели обсуждали «вопросы по работе с допризывной молодежью». А именно то, как рассказать учащимся об особенности военной службы и призыве в армию. Там же, в Омске, преподаватели пришли на открытый урок ОБЖ по теме «Организационная структура Вооруженных сил. Виды Вооруженных Сил, рода войск. История их создания и предназначения».

Подобные уроки проходят по всей стране, из-за этого у некоторых учащихся пропадает интерес к предмету: «На ОБЖ у меня нет абсолютно желания приходить, потому что учитель и его взгляды неприятны. На его уроках и на истории я стараюсь не слушать, о чем говорят учителя, чтобы не разочароваться сильнее, — делится Вика, ученица 11 класса из Тывы. — Например, у моей классной погиб на войне родственник, но она всё равно топит за Путина. Я думаю: “Ну как так, у тебя же близкий человек мертвый, ты должна быть против”… На уроках занимаюсь своими делами и думаю о своем. Я бы хотела, чтобы и все мои одноклассники перестали слушать этих учителей, потому они как новости по телевизору».

«Уроки мужества» и «современные герои»: как в школы приходят военные

Еще до полномасштабного вторжения на 9 мая учащимся из начальной школы предлагали попробовать военную кухню, для детей проводили конкурс военной песни и рисунков, посвященных российской армии. В школах и лицеях устраивали смотр строя и песни, в котором участвовала и начальная школа. Также учащихся приглашали на экскурсии в воинские части и по местам, связанным с Великой Отечественной войной. Более того, в российские школы и до полномасштабного вторжения приходили военные, но, как правило, это были ветераны ВОВ или дети блокадного Ленинграда.

Но если раньше школьники в основном слушали про подвиги советских солдат в Великой Отечественной войне, то после российского вторжения на уроках говорят о других, «современных героях» (в их числе военные из ЧВК «Вагнер»). Некоторые учителя ОБЖ не только рассказывают о том, как собирать автомат, но и приглашают в классы бывших выпускников, которые вернулись из Украины. Занятия, которые проводят военные, называют «уроками мужества» — на них учащимся из начальной школы рассказывают о «подвиге» российских военных в Украине и других войнах. К детям также приходят солдаты, находящиеся в «краткосрочном отпуске», которые после нескольких дней в родном городе снова отправятся на войну.

Как пишут на сайте Фонда социально-культурных инициатив, главная идея таких уроков заключается в следующем: «Героизм, честь, сила воли, неравнодушие, — те качества, которые характеризуют гражданскую позицию личности и получают общественное признание в современной России». А одна из задач «уроков мужества» — «включение обучающихся в социально полезную деятельность, используя примеры “горячих сердец” России».

Четвероклассники на мероприятии в честь Дня национальной гвардии. Белгородская область

В большинстве случаев под «горячими сердцами» скрываются военные, которые были в Афганистане, Чечне, Сирии или Украине. Иногда такие уроки проводят и росгвардейцы, а занятия посвящают определенной исторической дате или военному деятелю. Например, в школе поселка Заводской детям с 1 по 9 класс рассказывали о летчике Сергее Полагине, участнике первой и второй российско-чеченских войн и вооруженного конфликта в Абхазии.

Согласно методичке, разработанной всероссийской организацией «Горящее сердце», проведение такого урока состоит из трех частей: подготовки, которая предполагает «диагностику учащихся», самого урок с тем, кто «отличился ответственным гражданским поведением», и публикации отчетов и материалов об уроке в социальных сетях и на сайте школы. Как правило, организаторами милитаристских уроков становятся преподаватели обществознания, истории, ОБЖ и физкультуры. Сами «герои» приходят в школу не с пустыми руками: военные могут подарить учителю ОБЖ бушлат, а в школьный музей отдать флаг с надписью: «Поддержим наших!».

Но если в рамках «уроков мужества» солдаты российской армии приходили к детям децентрализованно, то с весны 2023 года военные будут официально прикреплены к образовательным учреждениям, с которыми они сотрудничают.

Летний лагерь для военных

В конце марта Росмолодежь запустила проект «Твой герой», предлагающий социальную реабилитацию для военных, которые вернулись из Украины. Такая «реабилитация» будет проходить за счет детей: именно их в школах, летних лагерях и кружках допобразования будут учить «настоящему, непоказному патриотизму».

В конце марта в ставропольском центре знаний «Машук» уже завершилась переподготовка 130 военных «из зоны СВО». В их числе оказались и демобилизованные студенты, которым на вид не больше 25 лет. Обучение шло только четыре дня и, судя по сообщениям СМИ, было похоже скорее на летний лагерь для военных. Как пишет интернет-газета Ингушетии, «ежедневно для бойцов проходила культурная программа: концерты с участием артистов, совместное исполнение песен под гитару, вечерние кинопоказы».

Но «культурная программа» не может помочь в лечении ПТСР, с которым, помимо прочего, сталкиваются участники боевых действий: как военные, так и свидетели. Это расстройство психики развивается после сильных эмоциональных потрясений. Люди, пережившие насилие, мысленно застревают в прошлом: их преследуют воспоминания о травме и кошмары. Только по подсчетам Центра психиатрии им. Бехтерева, до 11% российских военных страдают этим расстройством — в реальности эти цифры могут быть выше. Но несмотря на эти данные, российская власть неразборчива в вопросах психологической реабилитации военных. В начале 2023 года правительство России не поддержало законопроект о психологической помощи ветеранам, назвав его «избыточным».

«За страну не умереть нужно, за страну жить нужно», — говорит один из участников проекта в промо-ролике. В рекламной кампании проекта ничего не сказано про то, как война отражается на психологическом состоянии военных и как именно устроена их реабилитация, в нем использованы/звучат только цитаты про патриотизм под бодрую музыку. «Полученные знания [военные] увозят в ДНР, ЛНР, Иркутск, Тыву, Москву, Брянск», — пишет администрация центра знаний «Машук».

«Ну как мы можем проиграть? Это же мы!»: в чем опасность нарратива «вечной победы»

Андрей — кандидат исторических наук и старший преподаватель в одном из московских университетов, параллельно он помогает школьникам с гуманитарными предметами: «Когда мы одеваем детей в военную форму, то нормализуем войну в их сознании, приучаем детей к постоянной битве. И если на таком материале учить детей с ранних лет, то как же тогда им объяснить, что война — это самое страшное горе, которое нельзя допустить? А я напомню, что риторика про “никогда снова” сохраняется на официальном уровне даже сейчас», — рассказывает Андрей в интервью DOXA. Другая проблема милитаристских уроков, по мнению преподавателя, — в отождествлении государства и родины. «Такие уроки подводят детей к тому, что степень любви доказывается масштабом жертвы, которую ты готов принести. Соответственно, если ты готов умереть за государство, значит, ты патриот», — заключает педагог. При этом мысль о жертве ради родины не всегда открыто проговаривается учителями, но она так или иначе скрыто присутствует на занятиях.

«Военной тематики всегда было много в советской школе. Противогаз учился надевать каждый советский школьник. А в нулевые правительство нашло новый старый миф — победу в ВОВ. И этот миф стал проникать и в школы, которые неотделимы от публичной сферы», — объясняет преподаватель. Действительно, с уходом из жизни тех, кто действительно знали ужасы войны — Великой Отечественной, — в России укрепилась и мифология Победы. По мнению социолога Льва Гудкова, с начала 2000-х война превратилась в «священный символ величия Русской державы, не подлежащий сомнению и анализу», а культ военной мощи стал «важнейшим основанием легитимности» путинского режима.

Милитаристские уроки поддерживают образ России-победительницы, за счет чего в детской картине мира стирается представление о боли и трагедии, которые приносит каждая война. «Таким образом подрастающее поколение формирует образ войны исключительно через победу и не видит себя ни в каком другом качестве, кроме победителей. Они, например, не представляют, что могут стать жертвами, которые бывают абсолютно на любой войне», — объясняет историк.

На поддержание идеи о военной мощи России больше всего работают уроки истории, в которых даже неудачные военные конфликты представляются как героические. «Например, была Крымская война, абсолютно бестолковая. Она закончилась поражением империи. Но в учебниках она представлена как война, в которой, да, может быть, мы потерпели поражение, но зато за нами моральная победа: солдаты героически обороняли Севастополь, вот в этом и был наш моральный триумф».

«To be a military man is not difficult work»: как в общеобразовательных школах появились кадетские классы

Другая составляющая милитаризации образования в России — профильные кадетские классы, они начали появляться с 2014 года в обычных общеобразовательных школах. В этих классах дети углубленно изучают историю, математику, обществознание, физику и английский язык для военных, некоторые предметы предполагают специализированные учебники. Набор на такие программы идет с первого класса, в них учатся как мальчики, так и девочки. По официальным данным, конкурс в Москве — почти четыре человека на место.

Такие классы не всегда связаны напрямую с министерством обороны: МЧС России также открывает набор в профильные классы. В Санкт-Петербурге, по данным на 2022 год, больше 1300 детей учатся в кадетских классах при МЧС, а всего в городе по такому направлению работает 50 классов. Кадетские классы открывает и Следственный комитет — сейчас их около 50 по всей России, а также в Крыму и «ЛНР». Ведомство даже проводит ежегодный конкурс «Лучший профильный кадетский класс Следственного комитета». Например, в 2022 году в число победителей вошла обычная общеобразовательная школа Калининграда.

По данным на 2022/2023 год, кадетские классы есть уже в 1/3 московских школ. Впервые в столичных общеобразовательных школах они появились в 2014 году, после них стали открывать медицинские и инженерные профили. Сейчас таких направлений почти десять, но кадетские классы все равно лидируют по количеству школ, в которых их открывают.

Кадетские классы появляются и на оккупированных территориях: в конце апреля такой профиль откроют в школе № 1 Скадовска Херсонской области. Как заявляет пророссийское медиа «Таврия», для будущих кадетов первый урок провели сотрудники Следственного комитета России.

«Это делалось ради картинки»: можно ли современным детям навязать патриотизм

Но не все дети участвуют в милитаристских мероприятиях по собственным убеждениям, иногда им просто скучно. Детский психолог Ирина в интервью DOXA говорит: «Детям в нашей стране не хватает игры, поэтому некоторые школьники в это вписываются, чтобы закрыть свою потребность в игре. Их просят [нарисовать] танки — ну окей, нарисуют танки. Ребята видят в этих мероприятиях просто соревнования, а взрослые у себя в РАНО отчитываются, что растёт патриотический класс». По словам психолога, организаторы завлекают учащихся в пропагандистские акции через те виды деятельности, которые актуальны для детей в силу возраста. «Подросткам про любовь интересно — ну, их попросят нарядиться в пару, разлученную войной, и станцевать под “Офицерский вальс”», — объясняет Ирина.

«Многие дети, как и взрослые, сейчас находятся под влиянием животных эмоций по типу “свой-чужой”: “Наших бьют, значит, мы объединяемся, мы за наших’’», — говорит антрополог Мария в интервью DOXA. Еще до войны она исследовала военные игры в российских школа и признается, что недооценивала их масштаб. «Я сравнивала материалы о “Зарнице” советского времени [с “Зарницей” в российских школах до войны], и там гораздо больше милитаризма было. Более того, в российских школах все обеспокоены безопасностью учеников: не дай бог ребенок что-то себе поранит. Мне в страшном сне не могло присниться, что это вдруг примет такой оборот с начала войны». Но характер таких практик, по словам антрополога, остается неизменным: «Военно-патриотическая подготовка в школах всегда носила характер показухи. Люди на самом деле учились не воевать, а на парады ходить, показывать красивый вид».«Военно-патриотическая подготовка в школах всегда носила характер показухи. Люди на самом деле учились не воевать, а на парады ходить, показывать красивый вид».

Исследовательница отмечает, что степень поддержки милитаристских практик в школах зависит от места. Например, в южных и приграничных регионах (Белгородской, Брянской, Курской областях), которые ближе всего к линии фронта, возрастает поддержка военных. «Также сильна военно-патриотическая тема в депрессивных с экономической точки зрения регионах. Здесь чем меньше денег, тем больше патриотики. Это такая компенсация. Соответственно, чем больше у человека экономических возможностей в его населенном пункте, тем меньше этого показного патриотизма».

Также важна и личность учителя, который проводит милитаристские занятия. «Если педагог достаточно убедительно рассказывает и дети видят в нем авторитет, то и без всякой идеологии учащиеся ему поверят», — объясняет исследовательница. Но, несмотря на рвение, с которым власти пытаются вовлечь учащихся в провоенные активности, в будущем у них вряд ли получится глубоко идеологизировать школьников: «Чтобы вырастить гитлерюгенд, нужно детям предложить внятный и привлекательный образ будущего. В гитлерюгенд детям объясняли, какой профит получает страна и лично вот этот маленький немец от той действительности. А сейчас? Я не знаю, что это за образ будущего. Они даже себе на такие вопросы с трудом могут ответить. А детям сложно объяснить, каким образом их жизнь улучшится от присоединения Херсонской области».

Одним из последствий милитаризма в школах, по мнению Марии, может стать цинизм молодых людей. «С одной стороны, в СССР была тотальная пропаганда и идеологизация. Но Советский Союз рухнул, и никто особо не вышел его защищать. С другой стороны, выросло несколько поколений циничных людей, которые не верят в идеалы, в демократию и в отношения на равных. Люди, которые убеждены, что вся политика — это грязное дело, все врут, все работают по чьему-то заказу. И нынешняя война — она во многом с этим связана: ее развязали именно такие люди, воспитанные в системе советского цинизма. И я боюсь, что нынешние дети будут потом глядеть на взрослых и думать, что с ними обращались, как с материалом, реквизитом. Например, на шествия Бессмертного полка выводили целые классы. При этом детям слабо разъясняли, что вообще происходит, зачем это нужно. Нередкими были случаи, когда школьникам в руки давали фотографии совершенно чужих им людей: они не знали, кто это. Их могли выстраивать по росту, чтобы колонна красиво выглядела, а не чтобы дети что-то почувствовали. Это делалось ради картинки. Точно так же, как и с начала 2022 года, когда детей стали расставлять в виде буквы Z», — объясняет исследовательница.