Вечер памяти в честь выдающегося интеллигента марийского края Генри Левенштейна

Это личный блог. Текст мог быть написан в интересах автора или сторонних лиц. Редакция 7x7 не причастна к его созданию и может не разделять мнение автора. Регистрация блогов на 7x7 открыта для авторов различных взглядов.

Генри-Ральф Рудольфович Левенштейн (Джонстон) — врач по специальности, посвятивший медицине около 40 лет, натуралист, неутомимый путешественник, альпинист, фотограф, талантливый журналист и писатель, общественный деятель, коллекционер. Имя этого удивительного человека хорошо известно не только в Республике Марий Эл, но и далеко за ее пределами.

Врач-рентгенолог Генри-Ральф Левенштейн с трудом уместил свою жизнь в шесть или семь автобиографических книг, вышедших на русском, немецком и даже туркменском язы­ках. Всего же он написал 14 книг (о советских тюрьмах и лагерях, через которые прошел, об альпинизме, заповедниках, фотоохоте…). Многие свои произведения Генри Рудольфович сопроводил авторскими фотографиями и рисунками. Что удивляться таланту — гены: сестра прабабушки Левенштейна — автор «Хижины дяди Тома», американ­ская писательница Бичер-Стоу.

После ареста

Надо ли объяснять, почему немца Левенштейна в 1941 году посадили в тюрьму? 10 сентября студенту Генри, оканчивавшему 1-й Московский медицинский институт, объявили, что он должен покинуть Москву в течение 48 часов и что его высылают в Карагандинскую область Ка­захской ССР. А на другой день решение изменили. В худшую сторону. Генри предъявили ордер на обыск и арест. Обыск проводился в квартире, где он жил. «Я мечтал лишь об одном, чтобы пришла мать, — вспоминал потом Левенштейн. — Меня ожидали тяжелые испытания, которые, возможно, не удастся преодолеть, и хо­телось проститься с ней. Раздался звонок, и, к моей радости, на пороге появилась мать… Она все поняла без слов. Опыт был. Всего три года прошло с того момента, когда арестовали ее братьев Степана и Эдуарда Аппингов, а также мо­его отчима Григория Александровича Раппопорта».

Много позже Генри узнает, что его дяди и отчим были расстреляны. Сам он, обвиненный по политической 58-й статье, сначала попадет в московскую тюрьму, потом будет отправлен в Чистополь.

Через шесть де­сятков лет после заключения, осенью 2000 года, Генри Рудоль­фович вновь окажется в чистопольской тюрьме — по просьбе одного ирландского до­кументалиста, снимавшего фильм о революционере и коммунисте Патрике Бреслине, тоже арестованном, тоже прошедшем через тюрьму в Чи­стополе и умершем в Казани в пересыльном пункте.

Ле­венштейну было что вспомнить перед телекамерой: тюремный двор, где его зимой 1942 года во время обыска заставили раздеться догола на 42-градусном морозе; карцер, где он просидел десять дней на хлебе и воде; не­отапливаемую камеру, в которой 86 заклю­ченных изнемогали от неимоверной тесно­ты и духоты. Осенью 2000 года работники тюрьмы угощали Левенштейна чаем, шоко­ладными конфетами и печеньем. «Было странное состояние, — рассказывал Генри Рудольфович. — Меня, бывшего зэка, кормят шоколадом там, где я едва не умер в свое время от истощения».

Затем съемки переместились в Казань. Здесь заключенный Левенштейн с 43-го ра­ботал врачом — сначала в лагере, а затем на пересыльном пункте на территории Кремля. В местах заключения он нахо­дился до 1948 года (с 1945-го – в колониях Марийской АССР), а потом до 1956-го — на спецпоселении в Юринском районе Марийской АССР, где работал заведующим Юркинским врачебным участком. Диплом врача Генри Рудольфович получил в Ижев­ске, для чего пришлось поступить на 5-й курс местного мединститута, потому что спецпоселенец не мог от­правиться за дипломом в Москву, где до войны учился и был арестован за месяц до его получе­ния.

В 1956 году спецкомендатуру упразднили, и Левенштейн добровольно остался в местах спецпоселения. Он женился и потом переехал в Йошкар-Олу.

«Хуже наказания, чем ограничение в пе­редвижении, — вспоминал он, — быть не могло». Вырвавшись на свободу, он в качестве лектора общества «Знание» объ­ездил Советский Союз, побывал в Индии, Непале, Шри-Ланка, Египте, не раз поднимался на гор­ные вершины, организовывал экспедиции на Казбек и Эльбрус вместе с немецкими альпинистами, был, например, на пике Ле­нина.

То, что Левенштейн сейчас назван «Именем народа», — это некая новая высота, пик признания. На церемонию награждения лауреатов конкурса, которая состоялась в Омске в рамках XIII форума российских немцев, приехали дочь Левенштейна Светлана, сын Олег, а также потомки брата Катерины Аппинг — Эдуарда.

Катерина в 1941 году как немка была выслана из Москвы в Казахстан, где умерла в 1949-м. Последний раз она с сыном виделась в день его ареста в Москве.

Вы поддержите инициативу участников ВЕЧЕРА ПАМЯТИ в Краеведческом Музее республики от 27.12.18 г. о присвоении одной из улиц Й-Олы (например в Спортивном микрорайоне) имени знатного в Марий Эл врача, Мастера спорта СССР, писателя, фотожурналиста ПЕРВОГО (2014 г.) Лауреата номинации «Имя немецкого народа» в России Генри ЛЕВЕНШТЕЙНА? (Да, Нет)