Баня на 1-й Пушкарной

Когда попадаешь на улицу 1-ю Пушкарную, кажется, что время остановилось и последние сто лет тут ничего не менялось и не происходило. Это впечатление не портят даже появившиеся в последние годы стеклопакеты в окнах старинных деревянных домиков и растущие на задворках улицы современные коттеджи и многоквартирные дома. Но все-таки это впечатление обманчиво, и многие ничем не примечательные здания на 1-й Пушкарной имеют очень насыщенную, полную приключений и неожиданных поворотов историю. Взять хотя бы местную баню №2 — сооружение более чем прозаическое и видом, и назначением.

Никогда бы не подумала, что в ее прошлом есть что-то интересное, если бы не попавшаяся мне в книге «Орловщина в войне. Взгляд через объектив» фотография. Книга эта посвящена истории города и области в период немецкой оккупации, и фотографии там, соответствующие теме – сделанные немецкими солдатами и офицерами. А конкретно заинтересовавшее меня фото было из официального немецкого отчета по уничтожению зданий и объектов инфраструктуры Орла. В 1943 году отступавшие из Орла фашистские войска постарались взорвать как можно больше важных городских объектов — заводы, мосты и наиболее крупные здания. Все взрывы немецкие саперы методично фотографировали в два этапа: подготовка — взрыв. Вот и на улице 1-й Пушкарной был заснят взрыв какого-то крупного здания, стоявшего на месте современной бани.

По виду это было какое-то жилое или административное сооружение, выстроенное незадолго до начала войны в модном тогда стиле конструктивизма. Заинтересовавшись неизвестным мне прежде памятником конструктивизма в Орле, решила подробнее изучить прошлое этого места и узнала удивительную историю. Прежде всего я выяснила, что бани на берегу Орлика, недалеко от того места, где сегодня расположен Тургеневский мост, были с незапамятных времен. В книге «Забытая история Орла» известного орловского краеведа XIX века Гавриила Михайловича Пясецкого упоминаются бани, принадлежавшие Борису Афиногеновичу Васильеву. Их в городе называли банями Афиногеновых. В начале ХХ века они даже попали на одну из сувенирных фотооткрыток с видами Орла. Изображенный на ней гимназист с сачком, гуляющий у Афиногеновых бань на Орлике, хорошо известен любителям орловской старины.

Место на открытке и по сей день узнаваемо по окружающим домам и виднеющемуся вдалеке Васильевскому храму. По этим ориентирам ясно, что старые бани были там же, где и современная, только чуть ближе к реке. На набережной они имели специальные огороженные места для купания, так называемые купальни. После революции бывшие Афиногеновы бани продолжали действовать. Но к середине 1930-х уже не могли вместить всех желающих помыться. Тогда на этом месте было решено возвести совершенно новое здание по последней архитектурной моде и согласующееся с новой общественной философией коллективизма — банно-прачечный комбинат.

Здания такого типа возводились в 1920-30-х годах по всему Советскому Союзу. Они ставили целью создать новое идеальное общественное пространство для советского человека. Их высокие потолки, огромные окна и сверкающая плитка были призваны показать, что это не просто место, где можно помыться и постирать вещи, но еще и образ новой «коллективной чистоты», светлого будущего молодой страны, грядущего совершенного мироустройства. Выстроенное здание банно-прачечного комбината в Орле действительно больше напоминало дворец, чем прозаическую «помывочную». Зданий такого масштаба в городе 1930-х было немного. А на улице 1-й Пушкарной в окружении одноэтажных деревянных домов оно было единственным, эдаким гостем из будущего. Будущего, которому так и не суждено было наступить...

О начале строительства банно-прачечного комбината писали газеты 1938 года. Достроить его планировали в 1940-41 году, но еще до завершения строительства всего комплекса новой баней уже частично начали пользоваться. В городе, где большая часть домов не имела не только горячей воды, но и водопровода, это было просто необходимо. А на полную мощность банно-прачечный комбинат запустить так и не успели. Помешала война. В июле-августе 1943 года немецкие войска, отступая из Орла и методично уничтожая важные объекты инфраструктуры, не обошли вниманием и две самые крупные городские бани. На набережной Оки ими было взорвано старинное каменное здание бывших бань Шереметьева, выстроенное в 1877 году.

А на 1-й Пушкарной они не пожалели ни взрывчатки, ни фотопленки для самого современного крупного в городе банно-прачечного комбината. Однако замысел оккупантов не был осуществлен полностью. И уже в октябре 1943 года, всего через два месяца после освобождения города Орла, одна из бань возобновила свою работу. Скорее всего, это был восстановленный после взрыва многострадальный комбинат на 1-й Пушкарной. Старинные же Шереметьевские бани лишь к 1950-м годам смогли частично восстановить на прежнем месте, а в 1970-х окончательно упразднили. Казалось бы, на этом можно было поставить точку в рассказе, поздравить банно-прачечный комбинат с живучестью и внести его в число орловских памятников конструктивизма. Но вид современной бани №2 не дает этого сделать.

Она совсем не похожа на здание с немецкой фотографии. Старожилы улиц Пушкарных объясняют это тем, что комбинат на самом деле взрывали дважды. После взрыва 1943 года остался частично целым первый этаж, который и использовали как баню первое время. А уже после войны, когда была восстановлена работа других городских бань и построены новые, банно-прачечный комбинат взорвали второй раз ради строительства новой бани на том же месте. По этой версии, современная баня №2 не имеет ничего общего с построенной перед войной. Так ли это или старожилы что-то путают, понять сложно. В любом случае в послевоенный период баня была перестроена до неузнаваемости.

И все же орловскую баню №2 на 1-й Пушкарной можно поздравить — с преемственностью традиций. Вот уже не одно столетие на этом месте существуют бани. И несмотря на смену архитектурной и политической моды, войны и прочие потрясения, они вновь и вновь возрождаются на этом упомянутом первым орловским историком месте.

Оригинал