«Александр Македонский, может, и смог бы»

В Сыктывкарском городском суде по делу депутата Государственного совета Коми Михаила Брагина, который обвиняется в коммерческом подкупе, 27 марта выступила свидетель Любовь Кривощёкова. В региональном отделении ЛДПР она отвечала за финансовую сторону избирательных кампаний и работала с кандидатами в депутаты. На процессе свидетель не смогла точно пояснить, о чем она по телефону разговаривала с обвиняемым в 2015 году, но высказала уверенность, что Брагин не имел возможности самостоятельно формировать партийные списки — утверждались они в Москве и на конференции в Сыктывкаре. На заседании побывал корреспондент «7x7».

Свидетель

Любовь Кривощёкова — генеральный директор ООО «Стефановский бульвар», член ЛДПР. С Михаилом Брагиным ее связывают не только партийные дела — они родственники: Брагин — супруг сестры мужа Кривощёковой. С 2015 года она — член координационного совета регионального отделения партии, председатель контрольно-ревизионной комиссии, финансовый уполномоченный партии. В ее обязанности входило составлять финансовые отчеты, оплачивать агитационные материалы, следить за наполнением избирательного счета и движением средств.

Деньги на кампанию

Прокурор поинтересовался у нее о поступлениях на избирательный счет от ООО «Азимут» (на предыдущем заседании суда предприниматель Павел Ильясов рассказал, что он вместе с компаньоном Михаилом Гобановым в 2015 году решил направить на избирательную кампанию 1 млн руб.). Любовь Кривощёкова вспомнила, что на счет поступило 500 тыс. руб. Потом она получила деньги от супруги Михаила Брагина и отдала бухгалтеру. По ее словам, тогда действовали ограничения по суммам — юридические лица не могли пожертвовать избирательным объединениям более 500 тыс. руб., физические лица — более 25 тыс. руб. Поэтому деньги от Ильясова зачислялись на избирательный счет через другие фирмы.

Кандидаты

Прокурор поинтересовался у свидетеля, почему после выборов в совет Сыктывкара кандидаты в депутаты Смирнов, Кузнецов и Шевелёв написали заявления об отказе от мандатов.

— Наверное, потому что не хотели [быть депутатами]. Это мое предположение, — сказала Любовь Кривощёкова.

Прокурор сказал, что Александр Смирнов хотел стать депутатом, но в итоге он написал заявление об отказе от мандата.

— Он посредством партии получал себе клиентов. Он пришел к нам с предложением организовать бесплатную юридическую консультацию, мы согласились. Он консультировал, но юридические услуги оказывал платно. Я не помню его встреч с избирателями. А когда его попросили войти в списки от другого округа, он сказал, что ему все равно, ему депутатство нафиг не надо, — сказала Любовь Кривощёкова.

Разговоры по телефону

Прокурор огласил расшифровку телефонных переговоров между обвиняемым и свидетелем, из которых выходило, что Михаил Брагин просил Любовь Кривощекову поговорить с этими кандидатами по поводу их мандатов и о возмещении 1 млн руб. «ущерба», если они собираются стать депутатами, — якобы партия столько потратила на их кампанию.

Свидетель не смогла объяснить, о чем конкретно был этот разговор. По ее словам, именно партия принимает решение, кто в итоге станет депутатом.

— Партия набирает определенный процент, и становится понятно, сколько проходит кандидатов. Места одномандатников — это их победа. А по спискам — это на усмотрение партии, — заявила она.

Партийные списки

Адвокат Брагина Денис Коткин поинтересовался, кто составляет и утверждает партийные списки кандидатов.

По словам Любови Кривощёковой, часто партии приходится упрашивать людей стать кандидатами, так как людей на все региональные группы и округа не хватает. Некоторые их тех, кто соглашается, являются техническими кандидатами — то есть занимают строчку в списке без шанса попасть в представительный орган. Кроме того, на штабах иногда оглашаются фамилии тех, кто хочет стать депутатом и ради этого готов вложить собственные деньги в избирательную кампанию. Так было, например, с «Азимутом» и подругой члена партии Александры Бушуевой (свидетель предположила, что речь шла о Татьяне Самофаловой).

Списки формируются в регионе, но согласовывает их высший совет ЛДПР в Москве. По словам Кривощёковой, руководство партии ориентируется на собственные критерии — однажды даже руководитель регионального отделения Михаил Брагин не смог отстоять второе после Владимира Жириновского место в местном списке. После этого списки утверждаются на конференции регионального отделения в Сыктывкаре. Конференция — это коллегиальный орган, в состав которого может входить 40-60 делегатов из местных отделений.

— Брагин мог решить — ты будешь кандидатом, а ты не будешь? — спросил адвокат свидетеля.

— Нет, конечно.

— Мог он вообще повлиять на утверждение кандидатов?

— Нет, конечно. Ну, я не знаю. Либо он должен быть семи пядей [во лбу]. Как Фигаро — все везде успеть. Но это невозможно. Я не знаю. Александр Македонский, может, и смог бы. Но я не верю, что человек может вот таким образом решение принять.

Переписка в соцсети

По ходатайству прокурора судья зачитала переписку в соцсети «ВКонтакте» между пресс-секретарем регионального отделения ЛДПР Татьяной Полиной и Михаилом Брагиным. Первые сообщения касались записи поздравительных роликов к трехлетию «Авторадио» и 9 Мая. Потом были обрывочные послания об удалении чего-то, чтобы нельзя было узнать IP-адреса. Третья группа сообщений касалась партийных списков для выборов в совет Сыктывкара. Оказалось, что включенный в один из списков кандидат в депутаты совета Сыктывкара Василий Бундзяк решил идти на выборы как самовыдвиженец, поэтому надо было срочно найти другого человека (место в этом списке предложили Александру Смирнову) и проследить, чтобы эта информация не попала в СМИ.

Следующее заседание состоится 16 апреля. В суд вызван бухгалтер регионального отделения ЛДПР, а прокурор намерен ходатайствовать об оглашении показаний бывшего руководителя управления информации администрации главы Коми Павла Марущака (Марущак — один из обвиняемых по делу экс-главы Коми Вячеслава Гайзера, содержится в следственном изоляторе «Лефортово»).

---

Уголовное дело против Михаила Брагина возбудили 7 октября 2015 года. По первоначальной версии следствия, он вынудил руководителей нескольких компаний заключить невыгодные для них сделки о продаже рекламных конструкций. Кроме того, депутата обвиняли в продаже депутатских мандатов. Он был под стражей в СИЗО и под домашним арестом с 7 октября 2015 года по 17 ноября 2016 года.

Сторона обвинения требовала для Брагина четыре года колонии строгого режима и штраф в 40,7 млн руб. Депутат вину не признал.

В июне 2017 года Сыктывкарский городской суд признал Брагина виновным в покушении на коммерческий подкуп, оштрафовал на 2,5 млн руб. и запретил занимать государственные должности в течение трех лет. По двум статьям — о незаконном предпринимательстве и воспрепятствовании предпринимательской деятельности — суд его оправдал. С решением суда первой инстанции не согласились как обвинение, так и защита: прокуратура требовала признать его виновным по всем трем статьям, адвокат требовал полностью оправдать. В последнем слове Михаил Брагин снова заявил, что невиновен.

В октябре 2017 года Верховный суд Коми оставил в силе решение суда первой инстанции, посчитав Брагина невиновным по двум статьям, а по эпизоду с коммерческим подкупом отправил дело на новое рассмотрение.