Врио главы Марий Эл Александр Евстифеев: Да, республика досталась мне с долгами

На сайте информационного агентства «ТАСС» 29 августа опубликовано интервью с временно исполняющим обязанности главы Марий Эл Александром Евстифеевым. Евстифеев, участвующий в выборах главы региона, рассказал об йошкар-олинской набережной, памятниках и предыдущем опыте работы. «7x7» публикует цитаты из текста.

Откуда взялся «Йошкин кот»

Несколько лет назад в Йошкар-Оле открыли коту памятник, он сразу стал местной достопримечательностью. Туристов туда теперь водят. Но про круг родственных связей кота я до сих пор не слышал. Только крылатое выражение постоянно вертится на языке, как у героя комедии «Любовь и голуби», откуда фраза про йошкина кота, собственно, и пошла в народ.

О «наследстве»

Да, республика досталась мне с долгами — по итогам проверки Счетной палаты дыра составляет более 19 млрд руб. При этом консолидированный бюджет формируется в пропорции фифти-фифти: из 26 млрд руб., которые есть у нас на год, примерно 12–13 млрд — вклад республики, почти столько же — дотации федерального центра.

О предшественнике

Вы знаете — возбуждено уголовное дело, человек арестован. Следствие ведут специалисты, они выясняют в том числе и как образовался долг, у кого осели средства, которые — назовем вещи своими именами — украдены из республиканской казны. Но, повторяю, мне тут комментировать нечего.

О набережной в Йошкар-Оле

Не скрою, эта, назовем ее так, китайская подделка по-человечески мне глубоко чужда. Но как глава региона я не имею права отмахнуться: уберите, не нравится. Недвижимость уже построена и частично находится на балансе республики, чем создает нам колоссальные финансовые проблемы. Ведь эти, с позволения сказать, объекты на набережных нужно содержать, как-то использовать их, эксплуатировать. Единственное, что удалось сделать для покрытия хотя бы части затрат на содержание зданий, — разместить в некоторых из них республиканские министерства и ведомства.

О «маркеловской» архитектуре

Функциональное назначение этих пряничных домиков изначально не определили, к качеству работ строителей тоже есть серьезные претензии: где-то уже крыша течет, в другом месте фундаменты начинают вести себя неадекватно, ну и так далее. Кроме того, на нескольких объектах работы не завершены. Придется решать, что с ними делать. Вкладывать новые средства из республиканского бюджета, вызывая понятное раздражение граждан, недопустимо, но и бросать так, как есть, нельзя: здания станут разрушаться, а на них потрачены деньги налогоплательщиков. Не доводя до ума, продать недострой? Кто возьмет?

О юридических последствиях плагиата

Я вот сильно сомневаюсь, что можно самовольно скопировать в Европе уникальные архитектурные объекты, собрать их в пучок в центре Йошкар-Олы и сказать: «Вау! Красота!». У нас же здесь не Диснейленд и не Лас-Вегас. Рассуждаю как юрист: дизайнерские решения зданий — это интеллектуальная собственность. А правовые вопросы урегулированы, разрешения на компиляцию получены? Из-за этого у меня есть определенное напряжение: еще неизвестно, чем все закончится, не поймать бы международный иск на тему плагиата в градостроительстве.

О служебном автомобиле

За мною закреплены служебный джип и Mercedes представительского класса улучшенной комплектации, оборудованный спецсигналами — световыми и звуковыми. Но я не хочу создавать людям дополнительные проблемы и езжу на стандартном джипе, приобретенном до моего прихода.

О развитии транспортной инфраструктуры

Прорубить дорогу до Кирова и выйти на Транссиб — не проблема. Надо проложить меньше сотни километров пути. И аэропорт Йошкар-Олы можно реанимировать. Мы продолжаем поддерживать его в рабочем состоянии, обновляем документацию, вернулись к теме лицензирования. Ключевые вопросы: что повезем и кто летать будет? Населения в республике — около 700 тысяч человек, большая часть его малоподвижна, средняя зарплата — порядка 20–25 тыс. руб. в месяц. Особо не наездишься, не налетаешься.

Почему Евстифеева нет в социальных сетях

Социальные сети меня практически не интересуют. Я в них не присутствую. Но это связано и с прежней работой. Ведь что такое служба в судебной системе? Скажем, коллектив Девятого арбитража рассматривал за год по 120 тысяч дел. Представляете, сколько у председателя суда могло появиться недоброжелателей? В каждом процессе есть две стороны, одна по определению остается недовольной. И зачем мне лезть в социальные сети? Чтобы читать потом о себе откровенную ложь?

О родителях и знаменитом земляке

Родители мои отношения к юриспруденции не имели. Мама — медсестра, папа трудился инкассатором в Госбанке СССР. Не самая престижная работа со средней зарплатой, может, чуть выше среднего. Жили мы в райцентре Бреды Челябинской области. Это недалеко от границы с Казахстаном. Классический целинный район.

Мой земляк Виктор Черномырдин, родившийся в городе Орске, что 60 км от Бредов, часто говорил: «Люди у нас такие же широкие, как южноуральские степи».

О пеших прогулках по Москве...

Мне очень нравилось гулять по Москве. Любимый маршрут — от храма Христа Спасителя через набережную на Крымский мост. Ежедневно проходил от 9 до 12 километров. Ну если не каждый день, то пять раз в неделю — стабильно. Это стало уже потребностью.

… и «по Йошкар-Оле»

А в Йошкар-Оле, к сожалению, ходить особенно негде. При всех новодельных набережных. Но я нашел решение: купил беговую дорожку. Хороший тренажер! Взял в Москве, там почти на 40% дешевле, чем в Марий Эл. Доставка экспресс-почтой вместе с дополнительной упаковкой обошлась еще в 3,5 тыс. руб. За двое суток привезли к подъезду.

О съемной квартире

Хозяева тогда знать не знали, кто я, это же было в первые дни после моего приезда в республику. Плачу за две комнаты 22 тыс. руб. Цена рыночная. В большой комнате — тренажер, телевизор и диван. Плюс спальня. Очень комфортно. На самом деле человеку не так много надо. А если начать с ума сходить, тогда и появляются пустующие набережные и прочие глупости.