Жемчужина дымового кольца. Как Кострома, один из красивейших городов Золотого кольца России, превратилась в зловонную свалку?

Это личный блог. Текст мог быть написан в интересах автора или сторонних лиц. Редакция 7x7 не причастна к его созданию и может не разделять мнение автора. Регистрация блогов на 7x7 открыта для авторов различных взглядов.

Визит в Средневековье

Несколько дней назад мне довелось стать участницей необычного рейда. Возглавила его помощник межрайонного природоохранного прокурора, юрист III класса Светлана Савинцева. Компанию ей составили общественники, специалисты Росприроднадзора, Роспотребнадзора, костромского филиала Центра лабораторного анализа и технических измерений (ЦЛАТИ), областного департамента природных ресурсов и управления по борьбе с экономическими преступлениями регионального УМВД.

В местах, где мы побывали, надо снимать кино. Но не разухабистую комедию из жизни привидений, декорации для которой разместили в центре Костромы коллеги юмориста Михаила Галустяна.

Там, куда попали мы, впору снимать фильм ужасов о диком Средневековье. И никакие искусственные декорации не нужны! Кругом копоть, сажа, грязь, топливо, предназначенное для загрузки в печи, стихийные свалки… И повсюду - снующие в ядовитом дыму работники - мужчины и женщины без всяких средств защиты органов дыхания.

Фотографии Алексея Молоторенко

Эти зловонные, наполненные черным дымом помойки – не что иное, как подпольные промышленные предприятия по изготовлению древесного угля для шашлыков. В народе их называют «углежоги».

Натура на «углежогах» - говорящая и бьющая по мозгам. Как такое может быть в XXI веке? Экологически вредные производства нигде официально не зарегистрированы, печи не оборудованы системами воздухоочистки. Налоги учредители этого средневекового убожества, естественно, не платят. На пакетах с готовой продукцией производитель не указан, а все работники, все как один, заявляют, что трудятся здесь первый день, «начальника» в глаза не видели, могут даже мамой поклясться.

Тем не менее по поведению персонала «углежогов» видно, что все они – бывалые трудяги, детально проинструктированные, как вести себя на случай приезда проверяющих.

Наш визит не произвел на работников подпольных древесных фабрик никакого впечатления, не вызывал даже малейшего интереса. В условиях коронавирусного кризиса люди держатся даже за такое «рабочее место». Понятно, что работают они без оформления, без всяких трудовых книжек, медосмотров и компенсаций «за вредность».

Проверяющие приходят и уходят, а наемная рабсила знает: хозяин умеет, где надо, договариваться, чтобы предприятие только слегка пожурили, в крайнем случае - даже маленько оштрафовали. При доходах, получаемых от реализации древесного угля через те же торговые точки, выписанный штраф - это такой мизер! Ну пошумят проверяющие, постращают, а печки вновь начнут дымить, а хозяин - подсчитывать барыши. По всему понятно, что каждый углежог в Костроме имеет хорошую «крышу».

Дым в глаза

Мы за время рейда изрядно прокоптились, надышались и пропахли дымом. После возвращения с «углежогов» у меня еще три дня свербило от дыма горло и слезились глаза. А люди в этом кошмаре, в грязи, в дыму, работают ежедневно. Гробят свое здоровье, чтобы хоть как-то прокормить себя и свои семьи.

Если на одном производстве (Галичское шоссе, 50а) все пиролизные печи стоят в здании «а la ангар из бетона», то на втором (ул. Мелиоративная, 8) такие же печи размещены на улице. Глядя на эти чадящие печи-ульи, создается впечатление, что кто-то их слудил, спаял из того, что было, трубу сверху приделал, и понеслась работа: топка, уголь, товар - деньги.

Проблема костромских «углежогов» возникла не сегодня и даже не вчера. Подпольные пиролизные производства годами травят жителей окрестных домов едким дымом. Люди обрывают чиновникам телефоны, звонят во все колокола, но толку – ноль. Городская администрация, призванная следить за правомерностью использования муниципальной земли, по неизвестной причине умыла руки и лишь рекомендует жителям стучаться в двери Роспотребназора, Росприродназора, губернатора, только не к ним. Почему? Давайте же вместе порассуждаем.

На многочисленные запросы костромичей администрация города дает стандартный ответ: согласно Федеральному закону, контроль в области охраны атмосферного воздуха не относится к вопросам местного значения городского округа. Землю в аренду под ядовитые «углежоги» администрация города никому не предоставляла…

Минуточку! А кто же предоставил землю в аренду под производство древесного угля на ул. Солониковской, как не администрация города? Запамятовали, что ли?

Накануне выборов 13 сентября жители буквально атаковали Instagram губернатора Ситникова вопросами о зловонных углежогах. Оценив масштаб бедствия и количество жалоб, губернатор, скорее всего, придал всем ведомствам «ускорение».

Все начали бодро считать количество углежогов. И тут – о чудо! - оказалось, что их отнюдь не пять, как нам писали в ответах, а многократно больше.

Одна беда: цифра количества предприятий по производству угля у различных ведомств разная. Работали чиновники, работали — и доработались до того, что токсичные подпольные углежоги вышли из-под контроля всех надзорных органов. Проморгали, прохлопали!

Фотографии Алексея Молоторенко

Коррупционный смог

«Борьба» костромских чиновников с подпольными углежогами на бумаге ведется уже несколько лет. Но на деле она больше напоминает «черную комедию», нежели реальную работу. Фактически ежегодно на фоне многочисленных жалоб отравленных дымом жителей, которые не могут даже форточки открыть из-за ядовитого черного угольного смога, межрайонная природоохранная прокуратура якобы находила какое-нибудь одно незаконное производство, проводило показательную «порку», подавало иски в суд. Затем следовал «спектакль на камеру»: сотрудники МЧС картинно заливали чадящие печи водой, а судебные приставы жерла опечатывали. Но стоило съемочным группам СМИ покинуть площадку, как «закрытое» производство возобновляло работу. И с новыми силами принималось травить едким дымом костромичей. При этом, судя по жалобам жителей, количество незаконно работающих углежогов в Костроме выросло неимоверно. Плодятся они как поганки после дождя.

Вывод в такой ситуации напрашивается один: отравляющие людей и окружающую среду, незарегистрированные, не платящие налоги, но прибыльные для владельцев производства угля «углежоги», очевидно, приносят нелегальный доход многим из тех, кто их обязан был закрыть.

Камера, мотор… сняли!

По странному стечению обстоятельств, всех честных и ответственных специалистов, которые занимали принципиальную позицию по отношению к ядовитым углежогам, власть различными способами убирала со своего пути. Все мы помним, как «выдавили» с работы заместителя природоохранного прокурора Ирину Орловскую, которая, в отличие от своего тогдашнего руководителя Олега Чепуркова, была прокурором не по должности, а по призванию.

Затем под еще более нелепым предлогом уволили и вот уже почти год безнаказанно травят бывшего заместителя руководителя Роспотребнадзора, профессионала в своей работе Андрея Тарасова…

После бессовестного увольнения «излишне принципиального» Тарасова, когда город в утренние часы окутывал смог, а люди криком кричали о химическом запахе от «углежогов», витающем в воздухе, в июле 2020 года Роспотребнадзор, ничуть не стесняясь, рассылал заявителям письма с заверениями, что предельно допустимой концентрации загрязняющих веществ в воздухе Костромы «не обнаружено». Да мало ли таких примеров!

На мой взгляд, если бы надзорные органы в Костроме действительно честно выполняли свои обязанности, стояли на страже Закона, то многого из того, чем возмущаются сегодня костромичи, просто не могло произойти.

Сейчас Кострома наконец-то избавилась от прокурора Чепуркова, бездействие которого заставляло костромичей терять веру в сам смысл существования природоохранной прокуратуры. На смену одиозному для многих «варягу» пришел новый природоохранный прокурор, что не маловажно - наш земляк Андрей Николаевич Шаталов.

С его приходом начались какие-то подвижки по распутыванию клубка проблем, созданных при непосредственном участии его предшественника. Наконец-то наметилось взаимодействие природоохранной прокуратуры с общественниками. Нас стали слышать.

И одним из примеров такого взаимодействия стал совместный рейд на два предприятия по производству древесного угля. По результатам нашей поездки на «углежоги» представители всех ведомств, принимавших участие в рейде, готовят для природоохранной прокуратуры результаты своих обследований.

А пока пишутся документы, одно из предприятий, то что базировалось на Галичском шоссе, 50а, быстро съехало с изрядно отравленного ими места и переехало поближе к ветке железной дороги в районе пос. Фанерник.

Надеюсь, что этот рейд - не последний, что он положит начало для качественной совместной деятельности общественников, прокуроров и представителей прочих надзорных органов на благо Костромы.

Мне хочется верить, что это взаимодействие поможет преломить ситуацию с экологией в регионе в положительную сторону. А для этого, с учетом тенденции увеличения нагрузок на каждого оперативного работника, необходимо увеличение штата численности сотрудников межрайонной природоохранной прокуратуры. Тогда, возможно, наша совместная работа ляжет в основу серьезного документального фильма об экологическом преображении Костромы, а не превратится в очередную черную комедию в интерьерах старинного города К., который так дорог в качестве «живой декорации» заезжим кинематографистам.