
"М.З. № 256 22 – 28 апреля 2010
Леонид Школьник, Иерусалим
Только что из Варшавы, где в кинотеатре «Muranow» с 20 по 25 апреля проходил VII Международный кинофестиваль документальных фильмов «Еврейские мотивы», вернулся известный тележурналист Александр Ступников – автор конкурсного фильма «Изгои». Эта лента, удостоенная на фестивале специального приза «Варшавский феникс», рассказывает о неизвестной странице истории Беларуси – деятельности еврейских партизанских отрядов во время Второй мировой войны («МЗ» коротко представляла читателям этот фильм).
Саша, почему такое название - «Изгои»?
Потому что во время войны неожиданно для себя евреи оказались один на один со смертью, подлостью, несправедливостью.
Один на один? Они же не в пустыне жили, а среди людей...
Да, среди людей-нелюдей. Как только в городах и селах появились нацисты, соседи бросились убивать евреев (так было, к примеру, в Балтии). Другие смотрели, как убивают евреев, и отворачивались. А чтобы оправдаться перед собой, обвиняли наших соплеменников в поклонении коммунизму и в прочих смертных грехах. Третьи спокойно забирали имущество евреев и вселялись в их дома. Были и такие, которые не убивали, но загоняли евреев в эшелоны и депортировали. И так далее... Только в Беларуси погибли до 800 тысяч евреев. В Польше до войны их проживало более трех миллионов, а сегодня – примерно шесть тысяч.
А евреи, которым повезло выжить, уйти в подполье или в партизаны, тоже были изгоями?
Увы, и в партизанских отрядах встречался антисемитизм: в них не хотели принимать еврейских беженцев, верили слухам немцев, что беженцы из гетто - это засланные агенты. Всякое бывало. Но то, что было на Украине, в Польше, странах Балтии - просто кошмар, хотя общеизвестно, что, скажем, в Польше евреев не любили. Но то, что в Литве и Беларуси еврейские партизаны погибали не только от рук немцев или полицаев, но и от рук польских партизан, - меня удивило. И это были не единичные случаи.
Скажи несколько слов о тех, кто работал над фильмом...
Вопрос, конечно, интересный. Особенно для документальных проектов. Отвечаю - автор сценария, режиссер, оператор, звукооператор, техника, камера, монтаж, подбор музыки, архив и работа с архивом, курьер, посыльный, водитель, осветитель и, наконец, спонсор проекта - я один. Естественно, не от хорошей жизни,
Но ведь тебе наверняка пришлось решать кучу проблем?
Особых проблем, творческих, не было. Ни в Беларуси, ни в странах Балтии, ни в Центральной Европе. Но вот " бытовые" и даже потом психологические - это да. Когда я понял, что надо снимать в разных странах, возникла лишь чисто техническая проблема, я уже не мог обойтись только своими силами. И я решил обратиться в три солидные еврейские конторы – даже не за финансированием, а просто за "содействием" - просил "прикрыть" хотя бы несколько поездок в Литву, Латвию, Украину, Польшу, где нашел последних уже партизан.
Помогли?
Еще как! Великолепно ответил мне один из тех, к кому я обращался - председатель совета директоров одного балтийского банка и большой еврейский активист. «А где я буду занят в этом фильме?» - спросил он. «А вы что, тоже были в партизанах?» - спросил я. «Но если меня там не будет, то какой мне смысл?» - логично объяснил он и отказался…
Хороша «логика» у еврейского активиста...
Но с его отказом я понял, что так же, как и мои герои (живые и погибшие), я просто должен сделать то, что задумал. Как и они – сделать вопреки. Вопреки отсутствию денег, равнодушию "баблового быдла", вопреки обывателю, мечущемуся между кухней, магазином и туалетом. Вопреки тому, что кому-то что-то не понравится. Вопреки растерянности, которую я видел у зрителей после нескольких просмотров.
Давай вернемся в Варшаву. Фестиваль этот - говорят, престижный?
Да, это один из самых больших международных фестивалей на еврейские темы. Называется он - "Еврейские мотивы". В Варшаве его начали еще под покровительством погибшего президента Леха Качиньского, который был тогда мэром столицы. Мой фильм им предложил независимый телеканал «БелСат» на белорусском языке, который его уже показывал у себя. Я в этом смысле безынициативный. Беларусь представлял я один, а, к примеру, только от Израиля было около двадцати фильмов...
Но тогда объясни: ты представлял Беларусь, а в ней твой фильм не показали. Почему?
Хороший вопрос. Об этом меня спрашивают постоянно и в Минске, и в Израиле, и, конечно, в Варшаве. Спрашивали с намеком - мол , там же режим. Но я говорил честно, что просто никому не предлагал свой фильм. Кому предлагать? Мальчикам и девочкам-секретаршам, сидящим на телефоне? Да они одного названия испугаются! Или, как писал белорусский публицист Виталий Тарас, после одной часовой передачи на радио "Свобода", которая давала аудиофайл фильма, его встретил на улице белорусский поэт. Без имени. И сказал: «Вот, услышал концовку передачи о фильме Ступникова о белорусских еврейских партизанских отрядах. Хорошая, наверное, юмористическая передача была...».
Как польский зритель принял твой фильм?
На показах были полные залы, хотя в Польше всего 6 тысяч евреев, но ходили, в основном, поляки. Жюри отобрало для просмотра всего более сорока фильмов из 15 стран.Есть люди, которые интересуются своей историей серьезно - а это значит, и народами , и трагедиями, и культурой не только поляков, но и теми, кто соотносился или принадлежит этой стране и сегодня.
И твои «Изгои» были удостоены приза Варшавского фестиваля?
Да, специального приза - за то, что это был единственный фильм о еврейском героизме во время войны, о совершенно неизвестной странице Сопротивления в Беларуси и, за кадром, это первый фильм за 65 лет после войны о еврейских партизанских отрядах. В Дипломе к "Варшавскому фениксу" написано: "За правду о героизме еврейских патриотов в борьбе против нацистских оккупантов". Их замалчивают везде. После просмотра на обсуждении одна женщина (из Швеции) благодарила, а потом разрыдалась - мол, это надо, потому что об этом не говорят. «Мой отец воевал с нацистами, - сказала она. - Я хочу показать этот фильм своим детям и своему кругу друзей в Стокгольме».
Что тебе дал этот кинофестиваль?
Я еще раз понял, что есть люди, для которых эта тема и этот фильм очень важны. Я хотел популярно рассказать о Беларуси, о том, что там партизанили и евреи - вместе со всеми - против наци. Но против этого фильма был некий заговор молчания, когда я его делал, и помогали только "простые" люди. И сейчас - то же самое молчание - даже в той же Беларуси, хотя, казалось бы, порадуйтесь, что о республике и ее людях узнают и смотрят за рубежом. И даже получают призы. Но вся «беда» в том, что и фильм, и приз этот - это же не официальные и не под патронажем богатых или сильных мира сего. Но я видел и еще раз убедился, что есть достаточно много людей, которым это надо и они хотят знать и о войне, и о себе, и о героизме своих родных и близких. Для меня, конечно, это стало сюрпризом.
Что дальше? Новый проект?
Сейчас я бы делал этот фильм немного иначе, а главное - намного аккуратней. Но обязательно продолжу эту тему, она не только важна, но и близка для меня лично. Кстати, сегодня уже получил официальное приглашение на другой кинофестиваль с этим же фильмом, осенью. А я уже - в другом проекте...
Более ранее интервью можно читать здесь:
http://www.pravda4u.info/
Среда, 26 Октября 2011 г. 21:03 + в цитатник
Известный журналист Александр СТУПНИКОВ снял документальный фильм о Второй мировой войне. Лента еще не вышла в широкий прокат, но уже наделала много шума и обещает быть скандальной. Автор обратился к теме, которая ни разу не звучала. О еврейском партизанском движении в Европе; о том, как оно зародилось и как выживало; как не только нацисты, но и местные жители расправлялись с евреями.
О событиях тех дней рассказывают очевидцы, которых Ступников разыскал в Беларуси, Литве, Польше, Словении…
- Саша, как возникла идея фильма?
- Это произошло довольно просто, как и все в этой жизни. Я начал готовить совсем другой проект, причем и интересный для меня, и необычный, и даже коммерчески привлекательный. Но внезапно вышел на тему партизанского движения в годы войны. Все оказалось далеко не так однозначно, как нам говорили в советские времена. С другой стороны, антифашистов, патриотов нынче стали красить тоже однобоко. Свобода слова там, где к ней не готовы, это и свобода глупости и поверхностности…
Я и раньше слышал о еврейских партизанских отрядах. И вдруг эта тема всплыла. Оказалось, что она совершенно не изучена, более того - всегда замалчивалась. Даже на Западе более чем за полвека о еврейских партизанах никто ничего не снял. И написано очень мало. Все только вселенский плач о Холокосте! В коммунистических странах тема тем более не звучала. Более того, оказалось, что и еврейский истеблишмент почему-то "предпочитает" говорить только о жертвах и только вскользь о героизме и борьбе. У меня возник вопрос: "Почему?"
Со временем этих "почему" становилось все больше, и я начал работать. Сначала только в Беларуси. Искал ответы на вопросы: как еврейские партизанские отряды появились, как выжили в Холокосте, почему именно в Беларуси таких отрядов было подавляющее большинство, в каких условиях они создавались, с какими трудностями сталкивались?
Но потом понял, что еврейские партизаны здесь - это часть общего Сопротивления, еврейского Сопротивления всей Европы. И всплыла тема даже не Холокоста, без которой невозможно говорить о еврейском Сопротивлении, а коллаборационистов. Так и пошло-поехало...
- Поэтому фильм назван "Изгои"?
- Название пришло уже в ходе работы над материалами. Я вдруг увидел - на основании того, что услышал и собрал, - совсем другой подход к этой теме.
Во время войны евреи на самом деле неожиданно для себя оказались одни - один на один со смертью и несправедливостью.
Пришла война и нацисты. И одни соседи начали убивать евреев, как в Балтии. Другие смотрели и отворачивались. А чтобы оправдаться перед собой, обвиняли евреев в коммунизме и во всех смертных грехах. Третьи - спокойно забирали их имущество и вселялись в их дома. Четвертые - сами не убивали, но собирали евреев в эшелоны и депортировали. Или поступали как болгары, которые своих евреев - пятьдесят тысяч человек - Гитлеру не отдали, но, будучи его союзником, оккупировали Македонию и Северную Грецию и всех тамошних евреев "преподнесли" немцам. И так далее...
В итоге - миллионов людей как будто не было на этой земле. Только в Беларуси погибли 800 тысяч евреев. В Польше до войны их проживало более трех миллионов. А сегодня - где-то шесть тысяч.
Те евреи, кому повезло выжить, кто был в подполье или ушел в партизаны, там тоже нередко оказывались одиноки. И в партизанах встречался антисемитизм, и не хотели принимать еврейских беженцев, и верили слухам немцев, что беженцы из гетто - это засланные агенты. Всякое бывало. Но то, что было в Украине, Польше, странах Балтии - просто кошмар. Я, например, и раньше встречал информацию о то, что, скажем, в Польше евреев не любили. Это не новость. Но то, что в Литве и Беларуси еврейские партизаны погибали не только от рук немцев или полицаев, но и от рук польских партизан, - меня удивило. И это были не единичные случаи. Иначе я бы на такие факты не клюнул…
Или, например, я впервые узнал, что из всех стран Восточной Европы, только в Беларуси немцы не смогли поднять местное население на еврейские погромы и потому начали уничтожение сами. При помощи завезенных сюда карателей из соседних стран. Я не знал, например, и то, что, когда немецких евреев вывезли в Минск (и в Ригу), то у них было свое гетто в гетто, своя проходная, паек, своя полиция. Хотя уничтожали всех одинаково. То есть Холокост, который обычно валят только на немцев, - "заслуга" не отдельных выродков, а, в сущности, та же коллективная вина (за исключением Беларуси). Поэтому об этом стараются не говорить, поэтому антисемитизм жив и тлеет. До своего нового часа.
- Но почему сами евреи столько лет молчат об этом?
- Те, кого в годы войны убивали тысячами, тоже думали (и об этом говорится в фильме), что " такого" не может быть. Оказалось, все может быть.
Всю вину за геноцид свалили на немцев… Но посмотрите: даже в западных цивилизованных странах, когда евреев увозили "на переселение", в лагеря уничтожения, абсолютное большинство их соседей вздохнули спокойно. Имущество и дома-то остались. Есть где жить и спать! И можно повесить свою вывеску над лавочкой или мастерской.
Евреи даже в партизанах нередко были изгоями, и принимало их только коммунистическое подполье. Пусть не без проблем, но все-таки советские партизаны их принимали. Кому это на Западе понравится?
Сегодня у грамотного человека нацистская пропаганда, списанная у русских черносотенцев, вызывает почти смех. Мне в фильме молодой нацист говорит, что большевизм - это интернациональный жидизм. И ведь не он один так считает! И когда пришли сильные, когда казалось, что они победили, что это и есть новые хозяева новой Европы, очень многие тоже стали так же считать. И уничтожать, хапать, делать вид, что ничего не происходит. Я оставил этого парня в фильме только потому, что он сегодня вслух говорит то, что не так уж редко другие думают или говорят дома…
А вообще я просто влюбился в тех, с кем работал. За их открытость. За их мужество. За их волю к жизни. Мне было по-человечески здорово познакомиться и с этими людьми, и с честными историками. Я знаю, что ничего не могу изменить. Ну и что? Это не аргумент, чтобы молчать и смотреть, как старая зараза под разными другими соусами ползает снова.
- С какими трудностями пришлось сталкиваться в процессе работы? Возникали ли какие-то препятствия?
- Препятствий никаких и нигде не было. Ни в Беларуси, ни в странах Балтии, ни в Центральной Европе. Возникала чисто техническая проблема, когда я понял, что надо снимать в разных странах: я уже не мог обойтись только своими силами. Гостиницы, бензин, текущие расходы на поездку. Это стало давить. ТВ-съемки - это прежде всего деньги и затраты. И немалые. Тогда я аккуратно обратился в три солидные еврейские конторы. Например, в небедный Евроазиатский еврейский конгресс или, поддавшись советам друзей, - к совладельцу крупного латышского "Парекс Банка". Даже не за финансированием, чтобы не напрягать, а за "содействием" - просил "прикрыть" хотя бы несколько поездок в Литву, Латвию, Украину, Польшу… В ту же Словакию, где я нашел последнего еще живого командира еврейского партизанского отряда.
Просто проект тянул из моего кармана больше, чем я предполагал. И я не успевал "пахать" на гонорары, чтобы вкладывать их в него. Великолепно ответил третий "корреспондент" по этому поводу - председатель совета директоров одного балтийского банка и тоже большой еврейский активист.
- А где я буду в этом фильме? - спросил он.
- А вы что, тоже были в партизанах? - спросил я.
- Но если меня там не будет, то какой мне смысл? - логично объяснил он и отказался…
И тогда мне стало легче. Я понял, что так же, как и мои герои (живые и погибшие), просто должен сделать то, что задумал. Как и они - вопреки. Вопреки деньгам, равнодушию "баблового быдла", обывателю, мечущемуся между кухней, магазином и туалетом. Вопреки тому, что кому-то что-то не понравится. Вопреки растерянности, которую я видел у зрителей после нескольких просмотров.
- Какой эпизод, на ваш взгляд, стал самым ярким в фильме?
- Таких эпизодов много. Я просто влюбился в партизанку Фаню Бранцовскую из Литвы. Ее недавно дернули в литовскую прокуратуру, потому что ее отряд разгромил самооборону в деревне Конюкай (Конюхи). Эту самооборону вооружили немцы против партизан. Во время боя там погибли и мирные жители. Это, говоря сегодняшним языком, семьи полицаев. Так вот, нельзя было их трогать. Надо было, как немцы, селекцию устраивать. Партизанский геноцид получился.
Меня очень резануло, как выживший в рижском гетто пожилой умный человек сказал искренне, что он всю жизнь себе не может простить, что не пошел со своей матерью на расстрел. В Риге в гетто сначала расстреляли всех женщин, стариков и детей, мужчин оставили работать.
Люди почему-то были искренни перед камерой… Кто-то из интервьюируемых вспомнил, что среди десантников - партизан, засылаемых их Москвы, - особо примечал сибиряков. Очень светлые, исконно русские люди были напрочь лишены даже намека на антисемитизм. Или чистокровный еврей-разведчик в немецком вермахте, когда он говорил, что был близок к самоубийству, потому что ему казалось, что он мало делает для Родины. Или командир словацкого еврейского отряда почти в триста человек рассказывал о Словацком восстании, как это было, как они дружили, как там была рота из евреев-ортодоксов….
- Саша, где будет показан этот фильм? Сможет ли его посмотреть белорусский зритель? Не предлагали ли вы его, например, Белорусскому телевидению?
- Русскоязычное ТВ сегодня, по-моему, как и в прежние времена, живет политико-историческими мифами и скармливает эти мифы зрителю. Много передергивания или подтасовок под ту или иную концепцию. И то, что эти концепции и представления не едины, как раньше, не помогает, а только создает мешанину в голове у неподготовленного человека. Выхваченные или подобранные факты и фактики вроде что-то говорят, и вроде все солидно, но все равно - о мифах. Я не делал этот фильм под заказ. Я рассказал о том, что узнал. А поскольку малоизвестных фактов было много, я их не нанизывал на какую-то концепцию "за" или " против". Просто попытался понять через Холокост, коллаборационизм и партизан, - что тогда происходило и с евреями, и с их соседями.
В фильме есть то, что не понравится кому-то в странах Балтии, в Польше, в Украине. Многое - о чем не принято говорить. Я сознательно не стал нагнетать скандальность каких-то фактов или моментов. Что-то пришлось разжевать, потому что на Западе на самом деле не так много знают о той войне. И в этом нет ничего удивительного. У людей короткая память. Иначе бы веками не повторялось одно и то же. В Израиле очень мало или почти не знают даже о самом факте существования еврейских партизан.
Я сделал этот фильм, как увидел. Сделал так, как хотел показать своим детям. Сделал - как подарок тем замечательным людям, с которыми встретился, пока над ним работал. Я ничего никому не доказываю этим фильмом, кроме себя самого. Есть древняя еврейская истина: "Если не ты за себя, то кто же? Но если ты только для себя, то зачем ты?" Значит, мне это было нужно. Разве может быть более серьезный стимул, чтобы жить и уважать себя?