Дата
Автор
Марк Каганцов
Источник
Сохранённая копия
Оригинал материала
Автор "Бухенвальдского набата"
ЗИНАИДА ПАРТИС
"ЕВРЕИ - ПОБОЧНЫЕ ДЕТИ РОССИИ"
« От Москвы до самых до окраин С южных гор до северных морей Человек проходит как хозяин, Если он, конечно, не еврей ! » 1936 г. «Песня о Родине».Сл.Лебедева-Кумача , муз.Дунаевского (последняя строчка – народная обработка). «...Я плачу, я слёз не стыжусь и не прячу, Хотя от стыда за страну свою плачу...» 1960 г. Герман Плисецкий «Памяти Пастернака». Наверно не найдётся читателей не молодого поколения , кому бы не были известны слова из песни конца 50-х гг:
« Люди мира, на минуту встаньте !
Слушайте, слушайте: гудит со всех сторон - Это раздаётся в Бухенвальде
Колокольный звон, колокольный звон !
Это возродилась и окрепла
В медном гуле праведная кровь.
Это жертвы ожили из пепла
И восстали вновь , и восстали вновь.
И восстали ,
И восстали ,
И восстали вновь! »
Я хочу рассказать о судьбе этой песни и о судьбе автора этих до сих пор раскалённых слов. Многие, конечно, могут сказать : это «Бухенвальдский набат» - Вано Мурадели. Да, это песня , которая мгновенно вознесла опального , низложенного в 1946г. ( Ждановскую эру ) композитора , снова на самый гребень славы. Однако, кто же автор этих пронзительных, даже не нуждающихся в музыке , бьющих как набат , слов ? Многие ли назовут автора , не заглянув в интернет ? Но интернет у нас не так уж давно , всего каких – нибудь 10-11 лет, а до интернета автор слов , облетевших весь земной шар и переведённых на множество языков мира , более 40 лет оставался просто неизвестен. А ведь эта песня , 50 лет тому назад буквально всколыхнувшая весь мир , а не только советских людей , звучит очень актуально и сегодня для всего человечества , испытывающего угрозу ислама . Как же могло случиться , что автор такой песни, таких слов остался неизвестным? Очень просто : упоминание имени автора при исполнениях избегалось, не рекомендовалось. Считалось, что достаточно одного звучного грузинского имени Мурадели , и так и пошло и так оно закрепилось.
Фамилия Соболев не бросила бы тени на песню , но в 5-й графе паспорта автора стояло : еврей и имя Исаак. Имя Исаак годилось для ленинградского собора , построенного в 1858 году Огюстом Монфераном , но не для автора «Бухенвальдского набата». Автор « Бухенвальдского набата» Исаак Владимирович Соболев родился в 1915 году в селе Полонное Винницкой обл. , неподалёку от Киева, в бедной, многодетной , еврейской семье. Исаак был младшим сыном в семье. Фамилия его от рождения была Соболев , благодаря прадеду – кантонисту , прослужившему на царской службе в армии 25 лет. Кантонистам в царской армии для простоты обращения присваивались фамилии их командиров. Исаак начал сочинять стихи с детства ,всегда шептал их про себя . Отец , заметив, что он постоянно что-то шепчет, сказал матери озабоченно : « Что он всё бормочет, бормочет. Может показать его доктору ?» .
Когда он окончил школу ,школьный драмкружок на выпускном вечере показал спектакль по пьесе, написанной им : «Хвосты старого быта». В 1930 году умерла мать, отец привёл мачеху в дом . Ему было 15 лет : положив в плетёную корзинку пару залатанного белья и тетрадь со своими стихами, в которой уже были пророческие строчки,предсказавшие его нелёгкий в жизни путь: « О , как солоны , жизнь, твои бурные, тёмные воды! Захлебнуться в них может и самый искусный пловец...» , Исаак уехал к старшей сестре в Москву. Там он поступил в ФЗУ , выучился на слесаря и стал работать в литейном цехе на авиамоторном заводе. Вступил в литературное объединение и вскоре в заводской газете стали появляться его стихи и фельетоны , над которыми хохотали рабочие, читая их. В 1941 году , когда началась война , Исаак Соболев ушёл на фронт рядовым солдатом, был пулемётчиком стрелковой роты на передовой. Во время войны он продолжал писать стихи и статьи, которые печатались во фронтовой газете , там ему предложили печатать их под именем Александр , оттуда и закрепился за ним псевдоним Александр Соболев.
В конце 1944 года после нескольких ранений и двух тяжёлых контузий Соболев вернулся в Москву сержантом , инвалидом войны второй группы . Вернулся он снова на авиамоторный завод, где стал штатным сотрудником заводской газеты . Помимо заводской газеты его стихи , статьи , фельетоны стали появляться в « Вечерней Москве», «Гудке», «Крокодиле», «Труде». В редакции заводской газеты он встретил Таню , русскую, белокурую девушку - свою будущую жену , которая оставалась для него до самого его последнего вздоха другом, любимой , путеводной звездой, отрадой и наградой за всё недополученное им от жизни . Вместе они прожили 40 счастливых , полных взаимной любви , лет. Его статьи в заводской газете о злоупотреблениях с резкой критикой руководства скоро привели к тому , что его беспартийного еврея , не взирая на то , что он был инвалидом войны , а их по советским законам увольнять запрещалось , уволили по сокращению штатов . Начались поиски работы : «хождение по мукам». Отчаяние , невозможность бороться с бюрократизмом , под которым надёжно укрывался разрешённый властями антисемитизм, порождали у Соболева такие стихи: « О нет, не в гитлеровском рейхе , а здесь , в стране большевиков , уже орудовал свой Эйхман с благословения верхов ...
... Не мы как будто в сорок пятом, а тот ефрейтор бесноватый победу на войне добыл и свастикой страну накрыл.
ИСААК СОБОЛЕВ
(1915 -1986)
Здоровье Соболева резко ухудшилось и ему пришлось провести почти 5 лет в различных больницах и госпиталях. В результате врачи запретили ему работать , выдав заключение : нетрудоспособен. В довершение ко всему его жену – журналистку, радиорепортёра , уволили из Московского радиокомитета заодно с другими евреями – журналистами в 1954 году, пообещав восстановить на работе , если она разведётся с мужем – евреем. Татьяна Михайловна Соболева так вспоминает об этом : « После того , как двери советской печати наглухо и навсегда передо мною закрылись , я поняла : быть женой еврея в стране победившего социализма наказуемо ».
Летом 1958 года Соболев с женой находился в городе Озёры Московской области . По радио он услышал сообщение о том , что в это время в Германии в Бухенвальде на месте страшного концлагеря состоялось открытие Мемориала памяти жертв нацизма . А на деньги , собранные жителями ГДР , над мемориалом возвели башню , увенчанную колоколом , звон которого должен напоминать людям об ужасах прошедшей войны , о жертвах фашизма . Сообщение потрясло Соболева , он заперся в комнате , а через 2 часа , как вспоминает вдова поэта , он прочитал ей : « Сотни тысяч заживо сожжённых Строятся , строятся в шеренги к ряду ряд. Интернациональные колонны С нами говорят , с нами говорят. Слышите громовые раскаты? Это не гроза , не ураган . Это , вихрем атомным объятый , Стонет океан , Тихий океан. Это стонет , Это стонет , Тихий океан .»
Таня плакала , слушая эти стихи. Соболев понёс их в центральный партийный орган – в «Правду» , полагая , что там ими заинтересуются : война не так давно кончилась , автор- фронтовик , инвалид войны . Там его встретили вполне дружелюбно, внимательно расспросили кто он , откуда , где работает и обещали прислать письменный ответ. Когда он получил ответ , в конверте лежали его стихи – перечёркнутые . Объяснений не было. Тогда Соболев понёс их в «Труд» , где уже публиковался ранее. В сентябре 1958 г. в газете «Труд» был напечатан «Бухенвальдский набат» и там же ему посоветовали послать стихи композитору Вано Мурадели , что он и сделал .Через 2 дня Вано Ильич позвонил по телефону и сказал : «Какие стихи! Пишу музыку и плачу. Таким стихам и музыка не нужна ! Я постараюсь , чтобы было слышно каждое слово!!!». Музыка оказалась достойная этих слов. «Прекрасные торжественные и тревожные аккорды эмоционально усилили мощь стихов ».
ВАНО МУРАДЕЛИ
Мурадели сам понёс эту песню на Всесоюзное радио , там Художественный совет передал песню на одобрение самому прославленному в то время поэту – песеннику, генералу песни , как его называли , Льву Ивановичу Ошанину . Судьба песни , а также самого автора оказались полностью в руках Ошанина: он мог казнить и мог миловать. Соседи по Переделкино вспоминали , какой он был добрый и сердечный человек . В судьбе поэта Александра Соболева Ошанин сыграл роль простого палача , безсердечного убийцы , который своей безсовестной фальшивой оценкой , явно из недоброго чувства зависти , а ,может быть, и просто по причине антисемитизма , перечеркнул возможность продвижения Соболева на официальную литературную работу, иными словами « отнял кусок хлеба » у безработного инвалида войны. Ошанин заявил – это « мракобесные стихи : мёртвые в колонны строятся.» И на песню сразу было повешено клеймо: «мракобесие». А Мурадели попеняли , что же это Вы Вано Ильич так нерадиво относитесь к выбору текста для песен. Казалось бы , всё - зарезана песнярукой Ошанина .
ЛЕВ ОШАНИН
Но Соболеву повезло : «...в это время в Советском Союзе проходила подготовка к участию во Всемирном фестивале молодёжи и студентов в Австрии . В ЦК ВЛКСМ , куда Соболев принёс «Бухенвальдский набат» , песню оценили , как подходящую по тематике и «спустили к исполнению» в художественную самодеятельность . В Вене она была впервые исполнена хором студентов Свердловского университета и буквально покорила всех . Её тут же перевели практически на все языки , и участники фестиваля разнесли её по миру. Это был триумф! » Судьба этой песни оказалась не подвластной ни генералу советской песни , ни тупым невежественным советским чиновникам .
Вышло как в самой популярной песне самого генерала : «Эту песню не задушишь , не убьёшь , не убьёшь!...» На родине в СССР песню впервые услышали в документальном фильме «Весенний ветер над Веной». Теперь уже и здесь остановить её распространение было невозможно. Её взял в свой репертуар Краснознамённый Ансамбль песни и пляски под управлением Бориса Александровича Александрова. Было выпущено около 9 миллионов пластинок с «Бухенвальдским набатом » без указания имени автора слов. Соболев обратился к Предсовмина Косыгину с просьбой выплатить ему хотя бы часть гонорара за стихи .
ЗВУЧИТ БУХЕНВАЛЬДСКИЙ НАБАТ
Однако правительственные органы не удостоили его хотя бы какого – либо ответа. Никогда он не получил ни одной копейки за авторство этой песни . Вдова вспоминала , что при многочисленных концертных исполнениях «Бухенвальдского набата» имя автора стихов никогда не называли. И постепенно в сознании слушателей утвердилось словосочетание : «Мурадели. Бухенвальдский набат». «В Советском Союзе , где государственный антисемитизм почти не был скрываем , скорее всего замалчивание авторства такого эпохального произведения было результатом указания сверху , в это же время советские газеты писали: « Фестиваль ещё раз продемонстрировал всему прогрессивному человечеству антивоенную направленность политики Советского Союза и великую дружбу народов , населяющих СССР. Это членами советской делегации была исполнена лучшая антивоенная песня фестиваля «Бухенвальдский набат». Это советский поэт призывал : « Люди мира , будьте зорче втрое , берегите мир , берегите мир!» .Триумф достался только композитору , который получал мешками благодарственные , восторженные письма , его снимали для телевидения , брали у него интервью для радио и газет . У поэта песню просто- напросто отняли , «столкнув его лицом к лицу с государственным антисемитизмом , о котором метко говорилось в слегка подправленной народом «Песне о Родине».
И с тех пор советский государственный антисемитизм преследовал поэта до самой смерти». Майя Басс «Автор и государство». Соболев в это время был без работы , в поисках работы, он обратился за помощью к инструктору Горкома партии , который ему вполне серьёзно посоветовал : «Учитывая Вашу национальность , почему бы Вам не пойти в торговлю?» Вдова его комментирует : « Это был намёк, что еврею в журналистике делать нечего». Иностранцы пытались связаться с автором , но они натыкались на непробиваемую «стену молчания» или ответы , сформулированные « компетентными органами» : автор в данный момент болен , автор в данный момент в отъезде , автора в данный момент нет в Москве – отвечали всегда заботливые «люди в штатском». Во время гастролей во Франции Краснознамённого Ансамбля песни и пляски имени А.В. Александрова ( а завершал концерт всегда «Бухенвальдский набат» ) после концерта к руководителю Ансамбля подошёл взволнованный благодарный слушатель пожилой француз и сказал , что он хотел бы передать автору стихов в подарок легковой автомобиль .Как он это может осуществить? Сопровождавший Ансамбль в заграничные поездки и присутствовавший при этом «человек в штатском» быстро ответил : « У нашего автора есть всё , что ему нужно!».
Александр Соболев жил в это время в полученной как инвалид войны убогой комнатёнке в многоквартирном бараке без воды и отопления и других элементарных удобств и нуждался не только в улучшении жилищных условий, а просто нищенствовал на пенсии инвалида войны вместе с женой , уволенной с журналистской работы из-за неподходящей национальности мужа. В период самой большой популярности «Бухенвальдского набата» Соболеву стали звонить недоброжелатели-завистники , иногда звонки раздавались среди ночи. Однажды один из таких звонящих сказал : « Мы тебя прозевали. Но голову поднять не дадим!...» Это уже была настоящая травля! В 1963 году песня «Бухенвальдский набат» была выдвинута на соискание Ленинской премии , но Соболева из числа авторов сразу вычеркнули из списков : не печатающийся , никому не известный автор , не член Союза Советских Писателей, а песня без автора слов уже не могла числиться в соискателях .
Тем временем история авторства стала постепенно обрастать легендами. Одна из легенд , что стихи «Бухенвальдского набата» были написаны на стене барака в лагере неизвестным заключённым. Мурадели , человек уже «пуганый» , прошедший вместе с Ахматовой и Зощенко через зловещий ад Ждановского Постановления 1946 года , молчал , он всегда молчал , когда дело касалось Соболева. Заступиться боялся даже в «безтеррорное» время А, впрочем , когда это террора не было ? Сажали всегда , советские лагеря не были упразднены. Чтобы отстоять своё авторство , нужно было стать членом Союза Писателей, а для этого нужно было писать определённую продукцию. Соболев же не написал ни одной строчки восхваления коммунистической партии и её вождя «отца народов» , поэтому членство в СП для него было закрыто. Из под его пера выходили совсем другие стихи , не имевшие права на жизнь : «Ох , до чего же век твой долог , Кремлёвской банды идеолог -- Глава её фактический , Вампир коммунистический .» Только молодым нужно объяснять , что это о Суслове . Горькие строки писал он о России : «...Утонула в кровище , Захлебнулась в винище , Задохнулась от фальши и лжи ...
.. . А под соколов ясных Рядится твоё вороньё . А под знаменем красным Жирует жульё да ворьё . Тянут лапу за взяткой Чиновник , судья , прокурор... Как ты терпишь , Россия , Паденье своё и позор ?!...
Кто же правит сегодня твоею судьбой ? - Беззаконие , зло и насилие ! » А вот «афганская тема» в его творчестве. 1978 год воевать в Афганистан посылали 18 летних призывников , ещё совсем мальчишек . Вот отрывок из стихотворения « В село Светлогорье доставили гроб » : « ... И женщины плакали горько вокруг , стонало мужское молчанье. А мать оторвалась от гроба , и вдруг Возвысилась как изваянье . Всего лишь промолвила несколько слов : - За них – и на гроб указала , - Призвать бы к ответу кремлёвских отцов !!! Так , люди ? Я верно сказала ? Вы слышите , что я сказала ?! Толпа безответно молчала - Рабы!!! ...» Или: « ... Я не мечтаю о награде Мне то превыше всех наград , Что я овцой в бараньем стаде Не брёл на мясокомбинат... »
«... Непобедимая , великая , Тебе я с детства дал присягу , Всю жизнь с тобой я горе мыкаю , Но за тебя костьми я лягу !...»
«....Не сатана , несущий зло вовек , Не ценящий живое и в полушку , А человек , подумать – человек ! - Свой дом , свою планету «взял на мушку»...»
Итак , несмотря на колоссальный всемирный триумф «Бухенвальдского набата» - его привёз даже на гастроли в Москву японский хор « Поющие голоса Японии » , в Советском Союзе исполняли все самые лучшие солисты , Муслим Магомаев сделал очень волнующее блистательное представление , сопровождаемое документальными кинокадрами времён войны , музыкальным оркестром и колокольным звоном Мемориала в Бухенвальде , автору, вместо славы, подарена была нищенская жизнь пасынка – «побочного сына России» . После создания «Бухенвальдского набата» он прожил 28 лет в атмосфере вопиющей несправедливости, удушающего беззакония и обиды , и только огромная любовь к Тане , дарованная ему свыше , и безмерная ответная любовь Тани к нему помогали ему выжить , не сломаться и даже чувствовать себя счастливым и продолжать писать стихи и автобиографический роман «Ефим Сегал – контуженный сержант» . « Звоном с переливами Занялся рассвет, А меня счастливее В целом мире нет . Раненный , контуженный Отставной солдат , Я с моею суженой Нищий , да богат...»
А вот ещё : « С тобой мне ничего не страшно , С тобой – парю , с тобой – творю Благословляю день вчерашний И славлю новую зарю . С тобой хоть на гору , За тучи , И с кручи – в пропасть , Вместе вниз . И даже смерть нас не разлучит , Нас навсегда Венчала Жизнь .»
В 1986 году после долгой тяжёлой болезни и онкологической операции Александр Владимирович Соболев умер . «... Ни в одной газете не напечатали о нём ни строчки . Ни один «деятель» от литературы не пришёл проститься с ним . Просто о нём никто не вспомнил ...» М. Токарь
После его смерти вдова - Татьяна Михайловна Соболева с помощью Еврейской Культурной Ассоциации издала небольшим тиражом сборник стихов «Бухенвальдский набат» , подготовленный ещё самим автором . Она продала , унаследованную ею от матери , трёхкомнатную квартиру , чтобы издать автобиографический роман « Ефим Сегал – контуженный солдат » тиражом 1000 экземпляров и свою повесть о муже « В опале честный иудей » - 500 экземпляров . . Известно высказывание Федина : « Я не знаю автора стихов , не знаю других его произведений , но за один «Бухенвальдский набат» я бы поставил ему памятник при жизни ». Константин Федин (1892 – 1977 ) - первый секретарь правления Союза Писателей СССР с 1959 по 1971 и председатель правления его с 1971 по 1977 гг ., активный участник травли Пастернака и высылки Солженицына.
В 2002 году вдова А.В.Соболева четыре раза обращалась к президенту России В.В. Путину с письмом - ходатайством об установке в парке Победы на Поклонной горе Плиты с текстом «Бухенвальдского набата». Четвёртое её письмо Путин направил для решения вопроса в Московскую городскую думу . « И Дума решила... единогласно... отклонить ...». Зато родному сынку – генералу Советской песни Льву Ошанину в Рыбинске на набережной Волги установлен памятник : возле парапета Лев Иванович с книгой в руках смотрит на реку . Справедливости ради, нужно сказать, что одна песня Л.И Ошанина, написанная им в1962 году,через 4г. после публикации в «Труде» «Б.набата» , действительно, пленила и очаровала всех Советских людей, на мировой масштаб она не тянула . Это всем известная песня : «Пусть всегда будет солнце» .
Ради той же справедливости, необходимо заметить , что Корней Иванович Чуковский в своей книге « От двух до пяти » (многие из нас читали её в детстве) сообщает , что в 1928 году четырёхлетнему мальчику объяснили значение слова «всегда» и он написал четыре строчки : Пусть всегда будет солнце Пусть всегда будет небо Пусть всегда будет мама Пусть всегда буду я Дальше Чуковский пишет , что это четверостишие четырёхлетнего Кости Баранникова было опубликовано в статье исследователя детской психологии К.Спасской в журнале « Родной язык и литература в трудовой школе ». Затем они попали в книгу К.И. Чуковского , где их увидел художник Николай Чарухин , который, под впечатлением этих четырёх строчек , написал плакат и назвал его : «Пусть всегда будет солнце ». Факты- не только упрямая , но и жестокая вещь .