451 по Брэдбери

Школу без образования, библиотеки без книг — вот что нам обещают.

Готовится постановление Правительства о реорганизации библиотечной системы.

Оптимизация коснулась и библиотечной сферы. Бумага, книги — это слишком громоздко, негигиенично и несовременно. Вчерашний источник знаний становится обузой и рассматривается только как макулатура, определяющая неэффективное использование площади библиотечного учреждения.

Спор о букве и цифре ведется давно. И, с точки зрения прагматики, цифра побеждает. Экономия места, экономия леса, экономия средств. Все так.

Но буква, переведенная в цифру, перестает быть книгой, она становится просто текстом, просто информацией. В этом нет ничего плохого тогда, когда речь идет действительно об информации — учебниках, справочниках.

Но вот глубокие научные и философские трактаты, художественная литература?

Я, наверное, очень старомоден, ибо не могу себе представить восприятие Гоголя или Диккенса, Платонова или Фолкнера с экрана. Здесь что-то не то. Здесь не хватает шороха страниц, запаха бумаги, тяжести книги в руках. Тех же ощущений, которые делают культовым винил, когда речь заходит о музыке.

Да, обещают скопировать, перевести в электронный вид. Однако сколько при этом будет утеряно.

Возьмем, к примеру, литературу социалистического реализма. Кто будет корпеть над переводом в цифру многотомников Павленко, Бабаевского, Пановой, Антонова и многих, многих других. Скорее всего, они пойдут в макулатуру без малейшей надежды на то, чтоб перейти в будущее. Что же останется? Стандартный набор классики, тома развлекательной литературы и того, что полезно по работе и учебе. Без изюминок, без чудесных открытий — надо же, что издавали!

Обрезанное и упрощенное прошлое, продуцирующее столь же безликое усредненное будущее, скучное, среднее, безынтересное, лишенное памяти о человеческих взлетах и падениях, нашедших свое отражение в книге.

Библиотеки без книг, секс без любви, жизнь без запаха, дезодорированная, дистиллированная, пластиковая, ненастоящая.

Нам обещают, что освободившееся место от бумажных книг будет отдано под дискуссионные площадки для читателей. Но не странно ли мечтать о личных встречах тех, кто может быстро и эффективно пообщаться с помощью той же цифры? Избавляться от архаичной формы бумажных книг и ожидать всплеска не менее архаичной формы личного общения — разве это не алогично? Разве в этом есть смысл?

Уничтожая книги, создавать площадку для их обсуждения — это ли не верх абсурда?

Какая насмешка над "451 по Фаренгейту".

И только один вопрос — найдутся ли люди, подобные Гаю Монтэгу?