420 лет вместе

Единству Чечни с Россией добавлен срок

В воскресенье в Чечне отметили сразу три праздничные даты -- 420-летие установления добрососедских отношений между Чечней и Россией, 190-летие города Грозного и 32-летие нынешнего президента Чечни Рамзана Кадырова. Г-н Кадыров, памятуя о том, что на вторник приходится день рождения другого видного политика, премьер-министра России Владимира Путина, решил сделать ему символический подарок и переименовал в его честь одну из центральных улиц Грозного -- проспект Победы.

«На сегодняшний день с уверенностью могу сказать, что 99% населения Чеченской Республики доверяют Путину и поддерживают руководство России, -- объяснил Рамзан Кадыров. -- В знак благодарности чеченского народа проспект Победы отныне будет носить имя национального лидера -- Владимира Путина. Это наша дань уважения человеку, который сделал так много для страны и для всех нас».

Пресс-секретарь главы правительства РФ Дмитрий Песков сообщил, что «в целом в России не принято называть какие бы то ни было объекты именами действующих политиков» и что «сам Владимир Путин неоднократно высказывался на эту тему и предпочитал бы, чтобы таких инициатив не было». «Но и запретить их он тоже не может, -- заметил г-н Песков. -- Такие решения принимаются властями субъекта и согласованию с центром не подлежат, так что это решение только Рамзана Кадырова».

К нынешней торжественной дате проспект имени Путина был окончательно отреставрирован, но многие в Грозном хорошо помнят, что он представлял собой после штурма города федеральными войсками в начале 2000 года. От многих домов постройки середины прошлого века тогда оставались лишь обугленные фасады. От одного из символов советского Грозного, массивного памятника чеченскому, ингушскому и русскому революционерам, которых в народе по имени главного героя любя называли «Гикало и два шакала», уцелел лишь цоколь. Правда, потом выяснилось, что фигуры просто сняли, чтобы спасти от бомбежек. Теперь они снова гордо смотрят в перспективу отреставрированной улицы, по оси которой, как и до войны, разбит ухоженный, чистенький бульвар.

Проспект имени Путина сменил название не впервые -- в дореволюционном Грозном он назывался улицей Граничная, потом -- улицей 11 Августа в честь одной из важных для советской власти дат кровопролитной гражданской войны на Северном Кавказе, а потом -- проспектом Победы. Имелась в виду, естественно, победа в Великой Отечественной войне, одержанная Советским Союзом и странами антигитлеровской коалиции над нацистской Германией в мае 1945 года.

Парадокс был в том, что хотя многие чеченцы в рядах советской армии прошли весь путь от Бреста до Москвы и обратно до Берлина и даже получали высокие награды, народ в целом в этот момент воспринимался официальной идеологией и пропагандой скорее как соратник поверженного врага, чем как соавтор Великой Победы. Обвинение в неблагонадежности и связях с оккупантами, основанное на немыслимом для большинства цивилизованных стран принципе коллективной ответственности, отчасти базировалось на вполне реальных сюжетах -- до и во время войны СССР с Германией в горной Чечне имели место серьезные восстания, для подавления которых приходилось использовать даже фронтовую авиацию. В феврале 1944 года чеченцы и ингуши были подвергнуты тотальной депортации в Казахстан и Среднюю Азию, а чечено-ингушская автономия упразднена. Реабилитация наступила лишь при Никите Хрущеве в 1957 году.

В период фактической независимости Чечни в 1990-е годы проспект Победы переименовывали в честь Исы Арсемикова, ученого-физика, возглавлявшего некоторое время вооруженные силы Конфедерации народов Кавказа и погибшего в бою с отрядами чеченской оппозиции, которая выступала против Джохара Дудаева за Россию. Но это имя прижиться не успело -- улица так и осталась проспектом Победы.

Теперь проспект Победы назван в честь российского премьер-министра, роль которого в истории Чечни, понятно, не всеми ее жителями воспринимается однозначно. Какими бы очевидными ни были успехи восстановления, скорбь о погибших родных и разрушенных домах еще долго будет более искренней, чем ликование из-за включения в конституцию Чечни строки о ее нерушимом единстве с Российской Федерацией. Проспект Путина стал второй улицей его имени на Северном Кавказе: в 2003 году именем тогда еще президента России была названа одна из двух улиц восстановленного после наводнения горного села Ольгети в соседней Ингушетии.

Переименования в Чечне -- вещь довольно распространенная и вполне естественная, если учесть все изгибы ее новейшей истории: даже флаг этой республики поменялся трижды за последние десять лет. Сам Грозный, например, у сторонников независимой Ичкерии после гибели в 1996 году президента Джохара Дудаева стал называться Джохар-кала. Когда в 2004 году от взрыва на грозненском стадионе «Динамо» погиб ее пророссийский президент Ахмат Кадыров, группа его сподвижников предложила переименовать Грозный в Ахмат-калу. В итоге решено было все же сохранить за чеченской столицей название, присвоенное русской крепости Грозная командующим Кавказским корпусом генералом Алексеем Ермоловым в момент ее заложения в 1818 году.

190-летие Грозного, которое отмечается с лета (летом 1818 года был заложен первый камень в основание крепости) и будет, по словам представителей мэрии, праздноваться до конца года, -- более внятная дата, чем 420-летие установления добрососедских отношений. Дело в том, что сведений о контактах русских и чеченцев в конце XVI века крайне мало. И попытки выбрать день для праздника единения в любом случае имеют чисто символический характер -- особенно если учесть, что отношения между Россией и чеченцами в реальности всегда оставались как минимум очень сложными.

Помимо упомянутых выше сталинской депортации и двух войн, сопровождавшихся практически полным бегством из Чечни живших там русских и колоссальными жертвами среди чеченцев, были еще сто лет почти беспрерывных военных действий на левом фланге Кавказской кордонной линии с конца XVIII до второй половины XIX века, а также длинная цепь столкновений, восстаний, мятежей и прочих взаимных обид до и после большой Кавказской войны.

Это, конечно, ни в коей мере не отменяет опыта взаимодействия, дружбы, совместного проживания и боевого братства. Но когда в 1982 году чечено-ингушский обком КПСС по инициативе секретаря по идеологии Виталия Виноградова предложил отметить 200-летие добровольного вхождения Чечено-Ингушетии в состав России, эта идея вызвала активный общественный протест, который, по сути дела, положил начало широкому национальному движению, позднее окрасившемуся в сепаратистские тона.

Ученики и сподвижники историка Виноградова считают, что он вовсе не собирался подвергать забвению трагический опыт Кавказской войны (и депортации, о которой в 1982 году старались вспоминать пореже), но хотел подчеркнуть именно единение русского, чеченского и ингушского народов. Даже дата была выбрана довольно внятно: в 1781 году часть чеченских аулов изъявила покорность и принесла присягу российской императрице.

Но людей, которые лишь в 1957 году вернулись из ссылки, не убедила идея празднования «добровольного вхождения». Праздник оказался камнем, круги от которого породили самую настоящую бурю. В 1991 году на одном из многотысячных митингов в Грозном Виталий Виноградов был объявлен врагом чеченского народа и вынужден был уехать из республики вместе со своими многочисленными коллегами по научной и преподавательской деятельности, чтобы не разделить судьбу похищенного и убитого ректора Грозненского университета Виктора Кан-Калика.

О 200-летии добровольного вхождения надолго забыли. После войны 1994--1996 годов первый президент России Борис Ельцин сказал, подписывая договор с президентом Ичкерии Асланом Масхадовым, что пора положить конец 400-летней вражде двух народов -- таким образом, вслед за сепаратистами он оказался готов отсчитывать историю конфликта примерно с 1597 года.

Нынешний президент России Дмитрий Медведев в своем обращении к участникам воскресного праздника в Чечне забрался еще глубже в историю. «1588 год стал не только началом активных политических и торговых контактов чеченского и русского народов. Тогда были впервые открыты друг для друга национальные культуры, традиции и обычаи, возникли чувства взаимного уважения и интереса, -- говорится в президентском поздравительном адресе. -- Пройдя через века и непростые испытания, сегодня все народы России живут и работают в едином демократическом государстве».

Вместо 200-летия добровольного вхождения теперь отмечается 420-летие добрососедских отношений. Считается, что в 1588 году «окоцкий» владелец Ших-мурза обратился к русскому царю Федору Иоанновичу с прошением о принятии в подданство. В 1588--1589 году в Москву отправилось чеченское посольство, в котором Ших-мурза, возможно, участвовал. Правда, это не особенно способствовало его политической карьере. Спустя несколько лет Ших-мурза был убит, а многие жители подвластных ему аулов были вынуждены бежать под защиту русского укрепления Терки в месте впадения Терека в Каспийское море.

Терки были второй русской крепостью в этом регионе. Первую в середине XVI века, вскоре после покорения Астраханского ханства Иваном Грозным (1556 год), основали «вольные люди» -- казаки, позднее ставшие называться терскими. Она возникла именно в Чечне, вблизи слияния Терека и Сунжи, по всей видимости, в районе нынешних Брагунов. Жили там, по мнению историков Кавказа, не только русские, но и чеченцы, кабардинцы, кумыки и даже черкесы. Позднее этот городок был срыт по договоренности между русским царем и турецким султаном, но терское казачье войско на столетия осталось непременным участником всей политической, военной и социальной жизни региона.

Многие считают, что Ших-мурза был не чеченцем, а кумыком, а если и был чеченцем, то «окоцким» -- так тогда называли чеченцев-аккинцев, которые сейчас живут за пределами административной границы Чечни, в основном в Новолакском и Хасавюртовском районах Дагестана. Есть также мнение, что 420 лет назад он просил у Москвы защиты от кабардинцев, -- а кабардинцы, как известно, уже в 2007 году отметили «450-летие вступления Кабардино-Балкарии в состав Российской Федерации».

Но, в конце концов, нынешняя дата выбрана, может быть, не так уж и плохо. Начальная история терского войска, когда чеченцы еще не видели в немногочисленных казаках угрозы земледельческой колонизации и военного покорения, -- это скорее история общежития, чем история противостояния. Первые серьезные военные столкновения русских и чеченцев начались, когда Россия предприняла попытку «встать твердой ногой» на берегу Каспия, в Дагестане. В июле 1722 года отряд рейтар Петра I попал в чеченскую засаду в районе нынешней границы Чечни и Дагестана. В ответ царь-реформатор отправил в Чечню карательную экспедицию союзных ему калмыков.

Иван СУХОВ