| «Королевская битва 2» на московских экранах Первая «Королевская битва» вышла три года назад и стала сенсацией на продвинутых фестивалях вроде Роттердамского и в кинопрокате Азии, Европы и России. В Соединенных Штатах фильм Кинджи Фукасаку показали только на нескольких локальных киносмотрах, а в прокат так и не выпустили: для Америки, где тема подросткового школьного насилия является одним из немногих абсолютных табу, история о том, как четыре десятка подростков изничтожают друг друга с помощью подручных и подножных средств, оказалась совершенно неприемлемой.
Вторую серию за океаном не покажут тем более. Начать хотя бы с того, что в первых же кадрах медленно, плавно и, чего греха таить, красиво обваливаются вниз токийские небоскребы. Это боевая террористическая группа «Дикая семерка», которую возглавляют подросшие подростки Нанахара и Накагава (единственные выжившие в мясорубке первой части), борется с новым мировым порядком. За три года, прошедших со времен последней Битвы, социальная энтропия выросла до совсем уж апокалиптических пределов. И тем, кто только-только входит в сознательную жизнь, окружающая действительность не сулит ничего хорошего. А самое главное -- изменились правила игры: теперь сорока двум ничего не подозревающим школьникам придется не убивать друг друга, а стать участниками антитеррористической операции и взять штурмом неприступный остров, на котором окопалась «Дикая семерка». Чтобы тинейджеры не расползлись в разные стороны раньше времени, на шею им одевают специальные ошейники с лампочкой -- отойдешь от своей пары больше чем на пятьдесят метров, лампочка замигает, а голова очень красиво взорвется (то же самое, кстати, случается и с напарником). Вопрос, почему на остров нужно отправлять живых людей, а не закидать бомбами с воздуха, вынесен за скобки -- точно так же, как некогда в «Космическом десанте», где инопланетных жуков изничтожали совсем не атомными взрывами, а с помощью царицы полей. Главное -- не результат, а участие. Боевой дух куда вольнее дышит в рукопашной, а не за пультом управления межконтинентальными ракетами. И насей раз это война.
Под совершенно потрясающий саундтрек Масамичи Аману (на фоне этих фанфар и этой меди даже самые патетичные звуковые дорожки Бэзила Полидуриса кажутся легкомысленной французской шансоньеткой) ребятишки, стараясь не отходить далеко друг от друга, пытаются захватить укрепления террористов. Падают, как однополчане рядового Райана, под пулеметными очередями при высадке на берег, не жалеют патронов, как экипаж рухнувшего посреди сомалийской столицы вертолета «Черный ястреб», рвут друг друга на части, как... наверное, как любые другие киногерои, попавшие в аналогичную ситуацию. Для пущего интереса среди юных бойцов оказывается дочка убитого в первой серии профессора Китано, которая записалась на Битву добровольно, чтобы отомстить за отца. Когда же пули и взрывающиеся ошейники проредили атакующих больше чем наполовину, ребята наконец-то одумались и, окончательно разобравшись во всем, объединились с террористами ради единственно верной и благой цели -- уничтожить всех взрослых, превративших их только-только начинающуюся жизнь в дисциплинарный санаторий. «Стар? Убивать! На пепельницы черепа!» -- как провозгласил некогда молодой Владимир Маяковский, которому вторая «Королевская битва» наверняка бы понравилась.
Практически все взрослые в фильме, кстати, являются гордостью и цветом японского кино. Премьер-министра Японии, злобного и трусливого старикана, играет Масахико Цугава, памятный по множеству фильмов о любимых радиоактивных чудовищах вроде Годзиллы, Мотры и летающей черепахи Гамеры. Нового учителя, сменившего Китано, изображает Рики Такеучи, король кинематографической якуздзы, более всего памятный по сериалу Такаши Миике «Живым или мертвым», а в роли предводителя взрослых партизан, который тренировал когда-то «Дикую семерку», появляется сам Сонни Чиба -- великий Уличный Боец из любимых фильмов Квентина Тарантино и один из главных героев грядущего, тарантиновского же блокбастера «Убить Билла». Наконец, вопреки неумолимому отсчету тел, во второй «Королевской битве» появляется и сам профессор Китано (Такеши Китано). Он мелькает в крохотном флэшбэке-воспоминании дочери и меньше чем за пять минут разыгрывает на экране настоящую полнометражную драму, от которой в горле стоит ком, а на глазах появляются скупые слезы.
Но и этого американцы тоже не увидят. Потому что все остальное время с экрана бурным потоком льются антиамериканские инвективы (правда, Штаты называют здесь «той страной», но не нужно быть профессором, чтобы понять что к чему). Предводитель «Дикой семерки», коверкая привычные названия японским произношением, как мантру, как молитву, как самое действенное заклинание, произносит названия стран, которые бомбила «та страна»: «Вьетнам... Никарагуа... Сомали... Босния... Афганистан...» И этот список звучит приговором и «той стране», и всему современному миру в целом. Так что просто как боевик посмотреть этот фильм никак не получится. Вторая «Королевская битва» идеально подходит под существующее в американском праве определение «призывающие к мятежу пасквили». Этакая лимонка во взрослых. Не сказать, что абсолютно оправданная, но действенная и убедительная. В Японии вторая «Королевская битва» стала абсолютным чемпионом национального проката, уступив первенство только второй «Матрице» (но с этим ничего и никогда поделать невозможно -- так устроен свет).
Странно, что там до сих пор остались люди старше шестнадцати.
P.S. Семидесятитрехлетний режиссер Кинджи Фукасаку умер от рака во время съемок фильма. Вторую «Королевскую битву» доснимал его сын, Кента Фукасаку, который по совместительству является автором сценария обоих частей. Станислав Ф. РОСТОЦКИЙ |
