| В Москве презентовали «главный символ России» Вчера в Музее современной истории России (ранее -- Музей революции, еще ранее -- Аглицкий клуб) открыли выставку «Главный символ России. К 120-летию Большого государственного герба». В глубине зала -- трехцветный флаг. По периметру -- огромные медные гербы русских городов. В резной дубовой раме на почетном месте красуется утвержденный Александром III Большой герб с архангелами под мантией. Рядом -- латунный барельеф с портретом Петра I, вариация на тему гравюры начала XVIII века. Вся эта геральдическая роскошь изготовлена в творческой мастерской БАБУР СТМ, в планах которой -- декорация больших правительственных апартаментов, фирм, корпораций и долгосрочное сотрудничество с московской мэрией.
Созерцание геральдической атрибутики такого размера и в таком объеме рождает в душе безотчетный страх маленького человека, очутившегося в кабинете великого государственного чиновника. Министра какого-нибудь или губернатора. Синдром Акакия Акакиевича объясняется тем, что история российского государственного герба -- это отчасти история формирования бюрократии. В самой юбилейной дате -- 120 лет утверждения Большого государственного герба -- скрыт типичный для номенклатурно-канцелярской эпистемологии подвох. Чтобы понять, в чем он, достаточно познакомиться с историей геральдической орнитологии. Можно даже по Интернету, где на сайте refer.ru размещены архивные материалы «Государственный герб России» (редактор раздела Геннадий Сафонов). Действительно, 24 июля (5 августа по новому стилю) император Александр III в Петергофе утвердил Большой герб империи. Но один из ранних проектов этого герба был одобрен еще Павлом I. В таком случае день главной геральдической святыни переносится на 16 (29 декабря) 1800 года, когда Павел подписал Манифест, в котором описывался полный герб России. Проект предусматривал многопольный щиток с сорока тремя гербами российской империи. В центре «коренной герб России» (определение Павла I), двуглавый орел, на груди у которого «щит с ездецом», то бишь святым Георгием. Многопольный щиток держат два архангела -- Михаил и Гавриил. Вся композиция помещена на фоне мантии с куполом, геральдического символа суверенитета. Основное отличие павловского герба от поздних редакций в том, что многопольный щит с гербами был наложен на мальтийский крест, покровительством которому Павел, как известно, очень гордился. Вступивший на престол Александр I убрал мальтийский крест с герба России. Изменения были внесены и Николаем I под влиянием германских геральдических образцов. Еще одна дата «рождения» Большого герба -- 11 апреля 1857 года, день Высочайшего утверждения всего геральдического комплекта: Большого, Среднего, Малого гербов, гербов членов императорской фамилии, а также "титульных" гербов. Одобренная Александром III редакция включала минимальные изменения. В частности, три короны над головами орла (древний символ трех присоединенных царств: Казанского, Астраханского и Сибирского) превратились в изображения алмазных венцов, которыми венчались на царство русские императоры.
Если углубиться в историю, можно найти и другие поводы для геральдических праздников и вообще отмечать юбилеи российского герба каждый год и почти каждый месяц. В 2004 году грядут, например, сразу три круглые даты. 27 марта (9 апреля) 1654 года после воссоединения Украины с Россией царь Алексей Михайлович подписал Богдану Хмельницкому жалованную грамоту, на печати которой двуглавый орел впервые держал в лапах символы власти: скипетр и державу. Тогда же под влиянием герба Священной Римской империи орел стал изображаться с поднятыми крыльями. В том же году кованый герб украсил шпиль Спасской башни Московского кремля. В 2005 году юбилей первой Большой государственной печати. Она появилась в 1645-м, в царствование того же Алексея Михайловича. Главный для герба праздник грядет через пять лет: в 1497 году двуглавый орел впервые появился на великокняжеской печати Ивана III, скрепившей «меновую и отводную грамоту» на земельные владения удельных князей. Сам двуглавый орел был позаимствован с византийского герба. Василий Ключевский рассматривает сей факт в свете преемственности Иваном III идеологии «павшего дома византийских императоров». Стремлением отстроить этот дом в России заново можно объяснить и другие ритуальные жесты, как то: женитьбу Ивана III на племяннице последнего византийского императора Софье Палеолог, приглашение итальянских мастеров для строительства новых кремлевских святынь, введение строгого придворного церемониала. Вместе с рецептом того, как объединить земли на державных основаниях, Россия унаследовала от Византийской империи изумительно сложную и самодостаточную бюрократическую систему. И державную мощь, и державную бюрократию олицетворяет главный двуглавый геральдический символ. С одной стороны, он предмет национальной гордости, с другой -- атрибут государственной канцелярии, эмблема на печатях, банкнотах и паспортах. Да и сама история его, как видим, бесконечная цепь согласований, уточнений, поправок -- ода параграфам, инструкциям и номенклатуре. Сергей ХАЧАТУРОВ |
