Три версии для суда

Свидетели и прокуратура путаются в показаниях по «делу Сычева»

Суд по «делу рядового Сычева» закончил допрос основных свидетелей обвинения -- военнослужащих Челябинского танкового училища. Однако никакой ясности в запутанное дело о дедовщине их показания не внесли. Из-за показаний сослуживцев пострадавшего в новогодние праздники от издевательств старослужащих Андрея Сычева Челябинский военный гарнизонный суд был вынужден уже во второй раз обсуждать степень независимости военной прокуратуры в данном деле. Напомним, согласно версии следователей, в три часа ночи 1 января младший сержант Александр Сивяков заставил рядового Сычева, с которым у него возникали личные конфликты с осени, присесть с упором на пальцы ног. В такой позе молодой человек просидел до семи часов утра.

Первый свидетель обвинения Сергей Горлов, оказавшийся в ту ночь дневальным, данную версию подтвердил, но уже следующий военнослужащий заявил о давлении на него со стороны прокуратуры. Версия о некоем генерале из Москвы, требовавшем говорить неправду, стала весьма популярной и была озвучена при допросе Олега Макарина. Информация о давлении во время следствия вызвала живейшую реакцию в военной прокуратуре, и новый руководитель этой структуры Сергей Фридинский даже командировал в Челябинск следователей для проведения нового расследования.

В среду, когда рассмотрение дела возобновилось, о высокопоставленном военном вспомнил и следующий сослуживец Сивякова и Сычева -- Артем Никитин. На суде он отказался от показаний, данных во время следствия, сообщив, что на допросах был вынужден подписывать уже заполненные за него протоколы. «Я не видел, чтобы кто-то принимал в ту ночь спиртные напитки», -- заявил свидетель, опровергнув тем самым версию следствия: в обвинительном заключении описывалось празднование Нового года, а инцидент с Сычевым подавался как результат гулянки.

Он также объявил, что в описанный прокуратурой период и рядовой, и младший сержант спали. Дать другие показания Артему Никитину пришлось из-за появления на встрече с ним «высокого и большого в плечах» подполковника, пригрозившего, что в случае отказа рядовой станет не свидетелем, а соучастником. В своих показаниях молодой человек поставил под сомнение и чистоту следственного эксперимента, поскольку сообщил, что перед его проведением был вызван все к тому же подполковнику и получил инструкции, как себя вести.

Гособвинитель попросил присутствовавших в зале Олега Макарина, Сергея Горлова и Ивана Дорджиева прокомментировать слова товарища. Первые два военнослужащих объявили, что ничего подобного не было. Дальнейшие их слова запутали суд еще больше. «То, что сейчас говорит Никитин, меня просил рассказать приезжавший к нам из Москвы генерал», -- заявил Олег Макарин. Дорджиев также подтвердил слова Артема Никитина. В итоге у суда появилось две версии вмешательства военных в ход расследования: согласно одной прокуратура заставляла давать показания против Александра Сивякова, по другой некая заинтересованная сторона требовала разыграть на суде спектакль.

Это вывело из равновесия даже председательствующего судью Юрия Шатского. Он объявил в заседании перерыв, после чего вызвал для дачи показаний следователя военной прокуратуры Челябинского гарнизона Антона Шумилина. Последний удивил суд не меньше, чем сослуживцы Сычева. По словам следователя, 17 января четыре солдата, давшие в суде столь противоречивые показания, ночевали в прокуратуре, поскольку опасались давления со стороны Александра Сивякова. Г-н Шумилин утверждает, что ребята сами обратились в прокуратуру с заявлением применить к ним программу защиты свидетелей, после чего расположились в помещении органа надзора, а на следующий день были переведены из своей части в другую. Артем Никитин тут же объявил, что никаких просьб не подписывал. Защита Александра Сивякова поставила под сомнение добровольность ночевки. На этом заседание закончилось. Всего суд планирует допросить около полусотни свидетелей.

Михаил ВЬЮГИН, Екатеринбург