Стратегия-2019

Рамзан Кадыров пожелал себе политического долголетия, а Чечне -- процветания

В честь первомайских праздников президент Чечни Рамзан Кадыров решил несколько поправить свой имидж в глазах щепетильных европейцев и дал развернутое интервью австрийской газете Die Presse. Одна из центральных австрийских газет была выбрана не случайно -- 13 января этого года в Вене был застрелен 27-летний чеченец Умар Исраилов, до своей эмиграции в Австрию некоторое время служивший в охране г-на Кадырова.

По одной из версий, которую разделяет и отец погибшего, Исраилов был застрелен по приказу своего бывшего шефа. Так как был готов дать обстоятельные показания относительно кадыровских частных тюрем в Чечне, пытках по отношению к задержанным и методах так называемой амнистии боевиков, в результате которой вчерашние комбатанты формально становятся сотрудниками МВД России, а фактически образуют костяк республиканских силовых структур, подчиняющихся только чеченскому президенту.

Разумеется, г-н Кадыров опроверг свою причастность к этому преступлению: с его точки зрения, трудно даже предположить его заинтересованность в убийстве человека, которого он амнистировал и которому построил дом. Президент Чечни также заявил, что не имеет никакого отношения к списку из 500 в основном чеченских фамилий, который циркулирует на Западе и обычно обозначается как список людей, приговоренных к смерти лично Рамзаном Кадыровым. По мнению чеченского лидера, за созданием этого списка стоит один из известнейших политэмигрантов из республики, бывший министр сепаратистского правительства Мовлади Удугов. Справедливости ради надо сказать, что список перемещается с сайта на сайт уже более года, и в нем есть фигуранты, которых давно уже нет в живых, так что кто бы ни был автором перечня, обновляется он не особенно аккуратно. Рамзан Кадыров, напротив, отметил, что он старается всячески заботиться о возвращении домой тех чеченцев, которые покинули родину в поисках лучшей доли в период войны. И подчеркнул, что даже если кто-то из чеченцев совершил преступления в эти годы, значительная часть ответственности лежит не на самих преступниках, а на государстве, допустившем такую ситуацию, то есть на России.

Ответив таким образом на несколько ставших обычными обвинений, президент Чечни обратился в будущее и сделал сразу два прогноза. Во-первых, он сообщил, что намерен уйти в отставку через десять лет, то есть в 2019 году. Эта цифра не вполне согласуется с чеченской конституционной арифметикой. Первый кадыровский срок начался в 2007-м году и закончится в 2011-м. Второй, наличие которого, если все будет благополучно с самим претендентом, пока не вызывает никаких сомнений, согласно конституционным поправкам 2007 года, будет пятилетним и истечет в 2016-м. Третий срок, по новой редакции конституции Чечни, также возможен, но г-н Кадыров почему-то пообещал оставаться у власти только до 2019-го, а не до 2021 года.

На календарь федерального президентства эта дата тоже не накладывается: 2019 год окажется самым началом легислатуры, которая наступит через одну после нынешнего срока Дмитрия Медведева (как известно, с 2012 года президент России будет править, как минимум, шесть лет). Впрочем, заслуживает внимания уже само намерение действующего чеченского лидера покинуть офис живым и здоровым, чтобы заняться самим собой и семьей. Рамзан Кадыров намерен, таким образом, избежать судьбы большинства своих предшественников, начиная с Джохара Дудаева, и последовать примеру ныне здравствующих досрочных отставников -- Доки Завгаева и Алу Алханова.

Президент Кадыров пообещал, что к моменту его отставки Чечня будет процветающим регионом, который не получает федеральные дотации, а сам является донором. Населять его будут при этом «самые симпатичные люди в мире» -- таковыми должны стать чеченцы, когда их республика окончательно преодолеет последствия разрухи. Г-н Кадыров сам же указал и на наиболее вероятный источник такого благосостояния -- перераспределение в пользу Грозного права добычи и продажи чеченской нефти, которая сейчас добывается и реализуется НК «Роснефть» и которой хватит, как полагает президент республики, как раз на десять лет при нынешнем уровне добычи. Геологический прогноз г-на Кадырова совпал, таким образом, с прогнозом политическим. Но дело в том, что именно вопрос передачи больших прав на чеченские ресурсы самой Чечне вызывает плохо скрываемое раздражение в Кремле. На сегодняшний день все еще высока вероятность, что политик, который будет ставить эту проблему особенно бескомпромиссно, может быстро лишиться уверенности в своей дальней перспективе.

Иван СУХОВ