Подряды с душком

Обозреватель «Новой» Борис Вишневский — о том, почему диктатура не умеет бороться с кризисами

медицинских работников погибло в Петербурге и Ленобласти с начала пандемии COVID-19 (*по данным «Списка памяти»)

Федеральный бюджет не сможет вернуть 414 млн рублей, вложенных в строительство петербургской кольцевой автодороги (КАД) и попавших в руки мошенников — учредителей ООО «Флора», которое выиграло тендеры на строительство сразу трех участков трассы. Еще примерно такой же суммы лишились контрагенты «Флоры». Общая же задолженность компании — 1,067 млрд рублей при стоимости найденных активов в несколько десятков тысяч рублей. Таковы промежуточные итоги конкурсного производства по делу о банкротстве скандально известной фирмы.

В 2008 г., уже тогда скандально известная «Флора» выиграла очередной подряд на строительство КАДа от ул. Пионерстроя до Бронки

История с тем, как «Флора» с легкостью получала госконтракты на строительство КАДа, пахнет настолько дурно, что впору обращаться за порцией чистого воздуха к флористам. Конечно, к настоящим, а не к тем, кто под красивым брендом пытался построить три участка кольцевой — от улицы Пионерстроя до трассы «Нарва» (стоимость контракта — 6,8 млрд рублей), от Ржевки до Шафировского проспекта (5,9 млрд рублей) и от «Нарвы» до поселка Бронка (тоже 5,9 млрд рублей). Вообще говоря, когда никому не известная «Флора» в 2008 году стала раз за разом выигрывать эти тендеры, у обывателей возник вопрос — а почему у фирмы такое название? Ларчик открывался просто: до тех пор «Флора» специализировалась на озеленении, а также прокладывала небольшие трубопроводы.

Из грязи — в князи
Рецепт стремительного взлета «Флоры» в новом для себя сегменте прост: компания на аукционах откровенно занижала стоимость строительства и обязалась завершить работы в рекордные сроки. Конкуренты роптали: при такой стартовой цене, как у «Флоры», невозможно покрыть даже себестоимость строительства, не говоря уже о прибыли. Но в ГУ «Дирекция по строительству транспортного обхода Санкт-Петербурга Минтранса РФ» (ДСТО) подписывали контракты с новичком на строительном рынке, ссылаясь на то, что федеральный закон о госзакупках не оставляет им выбора. Система отбора генподрядчиков, предусмотренная нынешней редакцией закона, многоуровневая: каждому фактору (цена, сроки, гарантии качества, банковские гарантии, страховки и т. п.) присваивается определенный балл, но решающее значение имеют цена и сроки. А, к примеру, опыт работы компании на рынке в этой иерархической системе весит очень скромно. Это и помогло «Флоре» побеждать.
Разумеется, компания, в штате которой дорожных строителей практически не было, не спешила исполнять госконтракты — она долго подыскивала субподрядчиков, затем на участке в районе Ржевки стала прокладывать не 6-колейную трассу, как было предусмотрено конкурсной документацией, а 4-колейную и т. п. В марте 2010 года договор ДСТО с компанией был расторгнут.

Два весомых «но»
Наиболее любопытное произошло чуть раньше — в мае 2009-го. «Флора», которая к тому времени уже откровенно срывала график работ на КАДе, получила еще один лакомый госконтракт — на реконструкцию набережной Обводного канала под Американскими мостами. Цена вопроса — 3,3 млрд рублей. Заметим: это уже не федеральный контракт, а городской, и получен он был сразу после перехода гендиректора федерального госучреждения ДСТО Бориса Мурашова в городскую исполнительную власть — в кресло председателя Комитета по благоустройству и дорожному хозяйству Санкт-Петербурга. Иначе говоря, «Флора» в своих тендерных приоритетах строго перемещалась вслед за конкретным чиновником.
И это можно было бы считать простым совпадением, если бы не два «но». Как и следовало ожидать, «Флора» не справилась с подрядом на ремонт набережной Обводного канала. Компания должна была завершить его к концу прошлого года, но уже к лету 2010-го стало ясно, что работы практически не ведутся. Мурашов, несмотря ни на что, до последнего не разрывал с «Флорой» контракт. Лишь в феврале нынешнего года его комитет (теперь он называется Комитет по развитию транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга) все-таки забрал у «Флоры» подряд и передал его более солидной компании — «Мостострой № 6».
Но и тут не обошлось без скандала. Главным субподрядчиком «Мостостроя № 6», которому перепадет 45% выделенных бюджетных средств, т. е. свыше 1,5 млрд рублей, оказалось ООО «МВМ». Столь замысловатое, казалось бы, название фирмы расшифровывается просто — это инициалы Мурашова Владислава Михайловича, единоличного владельца ООО и по совместительству родного брата чиновника, подписывавшего ранее с «Флорой» контракт за контрактом. По данным газеты «Деловой Петербург», общая стоимость проектов, в которых принимало участие МВМ, превышает 100 млрд рублей.
Впрочем, сам Борис Мурашов претензии в свой адрес отвергает. По его словам, от генподрядчиков жалоб на МВМ не поступало, а влиять на выбор победителями тендера своих контрагентов он не в силах. Аргументы Мурашова юридически безупречны, но позволим себе все-таки констатировать первое «но».
Второе «но» тоже весьма серьезно. Глава Санкт-Петербургского тендерного центра Максим Шишкин напоминает, что закон о госзакупках содержит статью 19 — «Реестр недобросовестных поставщиков». По словам эксперта, фирма, нарушившая условия госконтракта, должна, согласно закону, почти моментально оказаться в перечне недобросовестных подрядчиков и потерять возможность для участия в новых тендерах. Однако Борис Мурашов и в случае со строительством участков КАДа, и при реконструкции набережной Обводного канала как будто бы специально оттягивал предъявление «Флоре» официальных претензий, до последнего пытаясь уладить вопрос миром. Поэтому в список недобросовестных поставщиков компания и не попадала.
Вообще складывается ощущение, что Валентина Матвиенко под занавес своей губернаторской карьеры думала больше о неприкосновенности подчиненных, чем об эффективности управления. Разделение Комитета по благоустройству и дорожному хозяйству на два — по благоустройству и по развитию транспортной инфраструктуры — привело к тому, что теперь в исполнительной ветви власти Петербурга за транспорт отвечают сразу три ведомства. Помимо комитета, возглавляемого Мурашовым, это Комитет по транспорту и Комитет по транспортно-транзитной политике. Даже если учесть, что Петербург — сложнейший мегаполис и самый северный город-миллионник в мире, это все равно явный перебор.

Искать мерседесы бесполезно
Что же касается судьбы «Флоры», то здесь все проще. Начиналась она как «Флора», а ликвидирована будет как «Еврострой». Так решили собственники этой компании, переименовав ее в прошлом году. Сами они начиная с весны на связь не выходят. Адвокат ДСТО Андрей Тындик полагает, что гендиректор «Евростроя» Александр Коростовцев со товарищи давно покинули страну и возвращаться не спешат. На родине они оставили лишь несколько предметов мебели и оргтехники. Этой конкурсной массы едва хватит даже для оплаты труда персонала, нанятого арбитражным управляющим, — юриста и бухгалтера.
По словам конкурсного управляющего «Евростроя» Дениса Лебедя, накануне банкротства компании все ее имущество было выведено с баланса. К примеру, банковские счета были обнулены (скорее всего, по фиктивным сделкам). Выясняется также, что на государственные деньги было закуплено около полусотни мерседесов и иных элитных иномарок. Эти машины перед банкротством были переданы на баланс дружественной «Флоре» компании — ООО «Люкс». Но сейчас на балансе «Люкса» автомашин уже нет, и искать их, судя по всему, бесполезно.
До поры до времени владельцы «Флоры» избегали уголовного преследования — например, подавая в арбитраж встречные иски к ДСТО. «Флористы» пытались, в частности, оспорить законность разрыва с ними контрактов на продолжение строительства КАДа или реконструкцию набережной Обводного канала. В какой-то момент, вспоминает Андрей Тындик, число таких исков достигло полусотни. «Я просто ужасался от роста пачки судебных бумаг, — говорит он. — Но суть маневра была проста: они пытались нас на возможно более долгий срок погрузить в гражданско-правовые споры. А пока идут разборки двух хозяйствующих субъектов, правоохранители не спешат открывать уголовные дела. Говорят: вы сначала завершите гражданские споры».
Сейчас, после завершения арбитражных процессов (все они выиграны ДСТО), таких уголовных дел сразу три. Самое масштабное по размеру ущерба — 200 млн рублей — инициировало ООО «Космос», один из главных субподрядчиков «Флоры». Еще 40 млн пытается взыскать с мошенников ДСТО и около 6 млн — налоговики. Но почти очевидно, что с «флористов» взятки гладки — ни по каким процессам ответственность они не понесут. В лучшем случае — по уголовным, и то если поможет Интерпол. Так что миллиардный ущерб примерно в равной степени разделят и бюджет, и честные строители-частники.
А новому петербургскому губернатору, кто бы им ни стал, следует внимательнее отнестись к получаемой в наследство администрации сразу трех транспортных комитетов. Быть может, чтобы сократить коррупционный потенциал городского чиновничества, хватило бы и одного?

Алексей КЛЕПИКОВ
Фото Михаила МАСЛЕННИКОВА