Рабочее место: Редакция The Calvert Journal

14 марта состоялся официальный запуск The Calvert Journal — онлайн-издания на английском изыке, созданного по инициативе лондонского фонда Calvert 22, который организует выставки российских художников в столице Великобритании. Новый интернет-журнал будет подробно рассказывать о современной российской культуре — пока сайт работал в тестовом режиме, были опубликованы материалы в диапазоне от идиллических фотографий Крыма, сделанных молодым фотографом Сашей Mademuaselle, до серьезных текстов о кураторе Дмитрии Озеркове, который занимается современным искусством в Государственном Эрмитаже. Look At Me познакомился с журналистами The Calvert Journal и выяснил, как им удалось наладить работу на расстоянии.

Игорь Зинатулин, заместитель главного редактора: «Наш офис находится в Шордиче, на востоке Лондона, это такой интересный, живой район, — можно сказать, это аналог Вильямсбурга в Нью-Йорке или Кройцберга в Берлине, и, может быть, отчасти Китай-города в Москве. Редакция расположена в том же здании, что и выставочное пространство — вместе они занимают довольно просторное двухэтажное помещение в здании бывшей текстильной фабрики, которое было построено в Викторианскую эпоху. Так как журнал появился недавно, сначала у нас была маленькая комнатушка, где сидели я и Эко (Эшун, главный редактор The Calvert Journal. — Прим. ред.) и думали, какими знаменитыми мы станем. Потом мы постепенно расширились и отобрали часть помещения у галереи. Вся редакция сейчас состоит из семи человек и помещается за одним большим белым столом.

Эко — очень известный британский журналист, он с нами от трех до пяти дней в неделю. Я отвечаю за все организационные вопросы, контакты с Россией, отбор контента и развитие сети контрибьюторов в разных регионах. Наш features editor — Мэриам Умиди, она писала для The Guardian, а потом уехала на Мальдивы и запустила там издание, ставшее очень популярным. Раньше она не бывала в России, но недавно все-таки съездила и вернулась в полном восторге. А вот наш online editor Сэм Крюс знает русский язык и изучал русскую культуру в университете. Еще есть comment editor Джейми Ранн, он связывается с интересными авторами, он тоже великолепно знает русский язык и недавно получил приз как один из лучших переводчиков с русского на английский. И еще один член нашей команды — это Гетан Нивон, французский дизайнер, он помогает нам совершенствовать сайт, подбирать видео и фотоконтент и в целом вдохновляет нас. Также у нас есть ассистент редакции — Настя Федорова, она из Петербурга.

Далеко не все наши сотрудники интересовались российской культурой до начала работы в Calvert Journal, у всех был разный бэкграунд. Сэм и Джейми, которые не пропускают ни одного мероприятия, связанного с Россией, были настоящей находкой. А Мэриам и Гетана мы нашли с помощью открытого конкурса, они только вникают в этот проект. Набирать контрибьюторов было очень сложно. Проблема в том, что Россия — это очень мозаичное, очень самоизолированное пространство, где нет массовых федеральных культурных СМИ, которые бы рассказывали о регионах. К счастью, выяснилось, что во многих городах существуют очаги перемен, которые формируют определенный слой, в который входят какие-то гиперлокальные блоги, фанзины, журналы. Мы старались найти людей, которые могли бы стать нашими проводниками к выходу на более широкие круги. Мы использовали социальные сети, часто «ВКонтакте» — там очень много творческих людей из регионов, у которых красивые страницы и которые занимаются взрослыми, серьезными вещами, которые были бы популярны и в Лондоне».

Эко Эшун, главный редактор: «Я был редактором многих журналов, например Arena, Face, Tank Magazine и др. Кроме того, в последние годы я работал директором лондонского центра искусства и культуры Institute of Contemporary Arts — занимая эту должность, я познакомился с Нонной Матерковой, которая основала фонд Calvert 22. Я интересовался русской культурой, историей и политикой еще во время учебы в London School of Economics and Political Science, так что я сразу согласился, когда мне предложили возглавлять The Calvert Journal, хотя тогда я не очень разбирался именно в современной российской культуре. Когда я начал изучать этот вопрос, самым интересным оказалось то, что мы нашли очень много интересных творческих профессионалов в регионах, а не в Москве и Петербурге, которые тоже, безусловно, являются важными культурными центрами. Например, стрит-арт-художник Radya в Екатеринбурге — его не зря называют «русским Бэнкси», потому что его работы очень интересны, и особенно мне нравится то, как он выстраивает взаимодействие с публикой».

Эко: «В нашем офисе мне больше всего нравится то, что мы сидим за одним столом. Благодаря этому мы можем поддерживать зрительный контакт — это очень важно».

Игорь: «Наш проект находится в стадии стартапа, так что пока у нас нет каких-то заведенных процедур или традиций, так что мои дни состоят из феноменального количества встреч, кропотливой работы по сбору контента и перерабатыванию текстов и бесконечных брейнстормов о будущем. Каждую неделю мы проводим планерки, на которых обсуждаем список из пятидесяти-шестидесяти идей, которые приходят нам из разных регионов, и в результате оставляем три-четыре на следующие несколько недель.

У нас бесконечно приятный офис, потому что ты работаешь рядом с галереей современного искусства, где каждые три месяца проходят очень интересные выставки. Плюс у нас есть классное кафе и мы там все время собираемся. Еще у нас есть отдельная комната, в которой можно жить, там останавливаются художники и кураторы из России. Это создает очень особенное ощущение, потому что получается, что мы работаем бок о бок: ты приходишь на работу, а рядом с тобой что-то рисует Александр Бродский, по ходу комментируя наш дизайн сайта».

Джейми Ранн, comment editor: «Я знаю русский язык и занимаюсь переводами: я переводил на английский язык сценарий сиквела Generation P, Быкова, Анну Старобинец. У нас в редакции всегда очень живо, динамично, всегда появляются идеи новых проектов. Мне нравится, что мы можем обсуждать все наравне, без всякого официоза. Самое интересное — это когда на редколлегии ты узнаешь о том, что происходит в Томске, в Омске, во всей стране. Единственная трудность заключается в том, что в России и в Англии разные традиции журналистики. Наши авторы очень глубоко изучают вопрос, о котором пишут, и всегда ссылаются на философию, показывают свою начитанность — нам нужно переработать статьи, чтобы они были чуть более доступными для читателей, которые не очень разбираются в России. Еще здорово, что офис находится в галерее: во-первых, мы каждый день видим искусство, а во-вторых, всегда рядом команда галеристов и кураторов, они очень знающие люди. Мы вместе обедаем, и я все время узнаю от них что-то новое».

Эко: «Я фанат Достоевского и русской литературы XIX века, но еще мне нравится конструктивизм и в целом русское авангардное искусство: Эйзентштейн, Малевич, Кандинский. Ясно, что художники этого периода очень повлияли на современную культуру, но больше всего меня восхищает, что за короткий период времени они переосмыслили, что такое кино, живопись, фотография и литература — это очень вдохновляет».

Игорь: «У нас изначально были какие-то представления о том, как должен выглядеть сайт. Мы провели открытый тендер, в котором участвовали близкие нам по духу лондонские дизайн-бюро, в результате победила команда Winkreative, которая создала сайт журнала Monocle — с его редакцией мы тоже очень подружились. Нам очень помогал основатель Winkreative и главный редактор Monocle Тайлер Брюле. Нам близок немного либертарианский подход Monocle: мы верим, что в любой среде можно делать красивые вещи и делать их хорошо. Именно это мы и хотим показать, рассказывая о России.

Мы не говорим, что в России все замечательно, мы понимаем, что там сложная политическая и социальная ситуация, но во Владивостоке, Екатеринбурге, Краснодаре, Перми, во многих городах мы находим самые фактурные примеры индивидуального подвига против среды. Например, нас поразила независимая киносцена Бурятии — это удивительный эзотерический феномен. Или, например, сейчас почти в каждом крупном городе есть не меньше трех отличных марок, выпускающих бабочки для мужчин. Происходит много удивительных событий, они не формируют глобальные тренды, но дают понять, что в России есть много творческих личностей, которые меняют культурную среду вокруг себя. Это больше всего интересно британцам: им не очень важно знать о таких vanity projects, как «Гараж» или «Стрелка», хотя это тоже очень интересные институции. Интереснее конкретная человеческая судьба, личность».