Александр Гольц: "Повторить уже не сможем"

"Не знаю как вы, а я стал уже покрываться пятнами и гусиной кожей от первых тактов песен про детей галактики, грохот космодрома, а также про пыльные тропинки далеких планет, песен, которые всю прошедшую неделю звучали уже не из каждого утюга даже, а из каждого водопроводного крана", - пишет шеф-редактор "Ежедневного журнала".

"Отечественные чиновники от пропаганды, способные опошлить самое святое, с тактом и изяществом стада носорогов оттоптались на 60-й годовщине действительно славного события в истории человечества - первого полета человека в космос, совершенного нашим соотечественником Юрием Гагариным.

Команда "достойно отметить" пришла, очевидно, с самого верха, и весь телеэфир с утра до ночи был забит славословиями относительно побед в освоении космоса. Своим пафосом и патетикой все это напоминает о предстоящем праздновании Дня победы с такой же официальной фальшью и дробью жестяных барабанов.

Между тем эта годовщина первого полета в космос, как и Победа в великой войне заслуживают куда большего, чем ура-патриотические песнопения. Это, как мне кажется, некие отправные точки, позволяющие задуматься о том, куда идет страна. Покорение космоса - это действительно некий пик в нашей истории. Нынешние балбесы пишут на задних стеклах своих, произведенных в Германии фольксвагенов и "бэх" залихватское "Можем повторить", намекая очевидно на то, что, даже если агрессора и не будет в природе, то мы его выдумаем. Так, как выдумали "укрофашистов". Главное ведь иметь повод и возможность съездить куда-нибудь на танке.

А вот про "можем повторить" применительно к космическим прорывам что-то не слышно. Победив на первом этапе космической гонки, наша страна - сначала СССР, а потом Россия - последовательно теряла свои позиции в освоении космоса.

Прежде всего, следует признать советские космические достижения - это результат способности авторитарного государства концентрировать ресурсы на каком-то сверхважном для него направлении. Освоение космоса, на которое смотрели прежде всего с точки зрения его применения в военной сфере, в противостоянии Соединенным Штатам, и было таким приоритетом. Члены Политбюро были уверены, что забота о советском человеке, о которой они постоянно говорили, и сводится к тому, чтобы обеспечить его предметом постоянной гордости. За два года до гагаринского триумфа состоялись знаменитые "кухонные дебаты" между Никитой Хрущевым и американским вице-президентом Ричардом Никсоном. В Сокольниках проходила выставка, на которой американцы продемонстрировали достижения того, что в СССР презрительно будут именовать "обществом потребления": дом на одну семью (простые советские люди жили тогда в бараках и коммуналках), посудомоечные и стиральные машины, "кадиллаки" с открытым верхом и туфли на шпильках. Для совграждан, валом валивших в Сокольники, все это выглядело запредельной несбыточной сказкой.

И Никита Сергеевич не мог не дать отпор. В ответ на рассказы Никсона о чудесах бытовой техники он неловко острил: "А у вас нет такой машины, которая бы клала в рот еду и ее проталкивала?" И разъяснял непонятно чем гордившемуся американцу, что промышленность Советского Союза ориентирована не на производство предметов роскоши, а на производство действительно значимых вещей, вроде космических кораблей. И полет Гагарина, казалось, доказывал правоту советских начальников.

Пройдет всего лишь тридцать лет, и СССР развалится в том числе и из-за того, что простым советским людям вдруг захочется всего того, что так презирал Хрущев: туалетной бумаги, посудомоечных машин и джинсов. При этом Советский Союз на самом своем излете добился фантастического успеха в космосе: в автоматическом режиме слетал челнок "Буран". Но, увы, это уже никого не вдохновляло.

Удивительнее всего то, что научно-технический прогресс пошел сегодня путем, предложенным Никсоном. Тридцать лет назад открытия делались прежде всего при реализации гигантских государственных (прежде всего военных) проектов, а уже потом реализовывались в гражданском производстве. Теперь же прорывные открытия делаются для создания товаров потребления, а уже потом внедряются в военное производство. Увы, этого не понимают отечественные начальники, которые вбухивают триллионы в "хотелки", которыми ловкачи от Роскосмоса" прикрывают свою интеллектуальную и менеджерскую импотенцию.

Российское космическое ведомство регулярно проваливает реализацию разрекламированных планов и не может освоить средства, которые ему выдает щедрой рукой государство. Некогда великая космическая держава занимает жалкий один процент мирового космического рынка. С одной стороны ее теснит наглый частный бизнес, который отнял у нее пуски тяжелых спутников и создание глобальной сети космической связи. А с другой поджимают вороватые и бездарные руководители, к чьим достоинствам относится лишь лояльность Путину и способность к безграничному вранью. И чтобы ни обещал сегодня неугомонный Дмитрий Рогозин, повторить гагаринский триумф не удастся".