Осенью 2020 года из Томска в Тегульдетский район отправилась небольшая экспедиция. Несколько человек — поисковики, краеведы, журналисты — решили добраться до Бобровского лагерного пункта, чтобы изучить, что осталось от единственного сохранившегося до наших дней объекта Томско-Асиновского ИТЛ.
Автор: Денис Бевз, фото к материалу «Томасинлаг. Экономика строгого режима» Установка поклонного креста на месте бывшего лагеря, осень 2020 Автор: Денис Бевз, фото к материалу «Томасинлаг. Экономика строгого режима» Установка поклонного креста на месте бывшего лагеря, осень 2020 Бобровский лагерь, как и другие лагпункты Томасинлага, существовал недолго — постановление ЦК ВКП (б) о немедленной организации в системе ГУЛАГа лагерей, специализирующихся на лесных разработках, вышло в конце июня 1937. Уже в следующем году заключенные проложили в причулымской тайге километры дорог и построили десятки сооружений (бараки, комендатуры, вышки). А в октябре 1940 года лагерь внезапно расформировали.
Автор: Денис Бевз, фото к материалу «Томасинлаг. Экономика строгого режима» Бухта колючей проволоки Автор: Денис Бевз, фото к материалу «Томасинлаг. Экономика строгого режима» Бухта колючей проволоки В окрестностях нежилой ныне деревни спецпереселенцев Бобровка до сих пор можно найти лагерные артефакты, вроде смотанных бухт колючей проволоки, рабочих инструментов или монет 1930-х годов. Один из участников экспедиции Станислав Кармакских привез из Тегульдетского похода в Томск два метровых фрагмента рельсов. Не совсем обычных, на взгляд современного человека.
Автор: Сергей Коновалов Станислав Кармакских с рельсом из Бобровского лагпункта Автор: Сергей Коновалов Станислав Кармакских с рельсом из Бобровского лагпункта «Один рельс, гнутый-перегнутый, метров пять или шесть длиной, валялся на подъезде к Бобровке, — говорит Станислав Кармакских. — На концах были дырочки для соединения. Сбоку буквы — ИЗТМ. На втором рельсе, оттуда же, клеймо чешского Тршинецкого завода. Местные мужики сказали, что это рельсы от конки. Стал выяснять, что это такое, и как они могли там оказаться».
Конки или конно-железные дороги появились в жизни горожан в 19 веке. Пионером стали США — жители Балтимора могли воспользоваться общественным транспортом на конной тяге уже в 1828 году, Нью-Йорка — четырьмя годами позже. В России в 1820 году подмосковный кулибин Иван Эльманов спроектировал конно-рельсовую «Дорогу на столбах», которая, по сути, стала первым монорельсом в мире. Но не смог найти инвесторов и проект забросил. Действующие конки стали появляться в российских городах уже во второй половине столетия — в Питере в 1860-х, в Москве — в 1872, Казани — в 1875...
Автор: Bundesarchiv, Bild 183-R81527 Конка в Москве, 1900 Автор: Bundesarchiv, Bild 183-R81527 Конка в Москве, 1900 Новый вид пассажирского транспорта представлял собой закрытый или открытый экипаж, иногда двухэтажный, который по рельсам тянули одна или несколько лошадей под управлением кучера. Перспективными стали считаться после того, как французский инженер Альфонс Луба изобрел рельсы, которые имели желоб для реборды колеса (так вагон получал дополнительную устойчивость), и которые можно было укладывать в полотно дороги так, чтобы они были на одном уровне с поверхностью. Бесперспективными конки стали после появления электрических трамваев.
Автор: Пресс-служба Правительства Москвы Конка образца 1874 года на «Дне рождения московского трамвая», 2016 год Автор: Пресс-служба Правительства Москвы Конка образца 1874 года на «Дне рождения московского трамвая», 2016 год «Высота рельса Тршинецкого завода — 6,5 см, рельса с клеймом ИЗТМ — 7 см, — говорит Станислав Кармакских. — Если они действительно от конок, то можно предположить, что когда в большие города пришли электрические трамваи — а в Минске, например, конка действовала до 1928 года — старые пути начали разбирать, делать новые. Отслужившие свое рельсы могли пригодиться в системе ГУЛАГа — по ним при помощи вагонеток и коней могли, например, вывозить лес из тайги на берег реки для последующего сплава. Но есть вопросы без ответов. Так, если погуглить аббревиатуру «ИЗТМ» выходит «Иркутский завод тяжелого машиностроения». Сомневаюсь, чтобы он до революции выпускал рельсы — хоть для конок, хоть для узкоколеек. Кстати, рельсы для большинства советских узкоколеек были больше по высоте».
Рельс Тршинецкого завода и рельсовый костыль Рельс Тршинецкого завода и рельсовый костыль Узкоколейка — это ж/д путь меньшей ширины, чем стандартный. В России принято укладывать рельсы для железнодорожного транспорта на расстоянии 1520 мм друг от друга, в Европе — 1435 мм. Ширина же узкоколеек обычно варьируется от 600 до 1200 мм. Прокладывать узкоколейные пути проще — из-за облегченного веса можно класть рельсы даже на заболоченных участках, обходиться без насыпи, да и стоит такой вариант дороги дешевле. Появились узкоколейки позже «стандартных» дорог и, как правило, решали конкретные задачи промышленного свойства — их строили, чтобы обслуживать промпредприятия, а также шахты, рудники, лесосеки.
Василий Ханевич с рельсом КМК имени Сталина Василий Ханевич с рельсом КМК имени Сталина Рельс от узкоколейки в музее «Следственная тюрьма НКВД», куда Станислав Кармакских передал найденную им в Бобровском лагере часть от «конки», тоже имеется. Он выпущен КМК (Кузнецким металлургическим комбинатом) имени Сталина в 1954 году.
«Это символ ГУЛАГа, — говорит старший научный сотрудник музея «Следственная тюрьма НКВД» Василий Ханевич. — Такой рельс обычно вешали перед входом в барак, и он служил рындой. Рано утром удар в рельс означал подъем, построение и отход на работу. Я для экспозиции долго искал именно с клеймом завода имени Сталина. И нашел... у себя дома в Белостоке. Он подпирал столбик в огороде. Отец рассказал, что нашел его в корпусе развалившегося коровника — там перекрытия были из таких рельсов сделаны».
Рельс в качестве подпорки в здании по ул. Ленина, 44 Рельс в качестве подпорки в здании по ул. Ленина, 44 Традиция использовать рельсы в строительстве родилась не в советское время. Раньше. В здании самого музея «Следственная тюрьма НКВД», 1896 года постройки, одна из подпорок тоже является рельсом. С надписью Ural Railway, 1875.
«Можно предположить, что это импортный рельс, сделанный на заказ для Уральской железной дороги, которую начали строить в 1875 году, а открыли в 1878, — говорит Станислав Кармакских. — Как этот уральский рельс оказался в Томске? Вероятно, благодаря строительству Транссиба».
Музей в Томском техникуме железнодорожного транспорта Музей в Томском техникуме железнодорожного транспорта
Татьяна Грикова, заведующая музеем Татьяна Грикова, заведующая музеем В музее железнодорожного техникума история строительства Транссиба проиллюстрирована большой картой, фотографиями и разными экспонатами. В том числе — и рельсами.
«Первый рельс, который появился в нашем музее, датирован 1896 годом, — говорит заведующая музеем Татьяна Грикова. — Он лежал на задворках ТУСУРа, в здании которого когда-то располагалось Управление средне-сибирской железной дороги. Нам этот рельс предложили забрать. А потом, в том числе и с помощью Станислава Кармакских, у нас появились рельсы ДЮМО (Донецко-Юрьевского металлургического объединения), общества Путиловских заводов, Надеждинского завода...».
Все эти (и не только) заводы и объединения в конце 19 века активно обслуживали госзаказ — их рельсы в огромном объеме шли на строительство Транссиба, которое длилось с 1891 по 1904. На некоторых можно увидеть аббревиатуру КЖД, наиболее вероятный вариант расшифровки которой — «казенная железная дорога». К этому моменту европейская часть страны была покрыта железными дорогами весьма основательно. Вообще вставать на рельсы страна начала задолго до этого — первые упоминания о колейных дорогах в рудниках, где рельсами служили деревянные брусья — «лежни», относятся к 16 веку. А в 1809 году заработала первая чугунная 2-километровая дорога с конной тягой от Змеиногорского рудника до Корбалихинского сереброплавильного завода по проекту горного инженера Петра Фролова (позже стал томским губернатором).
Автор: Раскрашенная литография, 1837 год. Карл Беггеров (hermitagemuseum.org) Царскосельская железная дорога Автор: Раскрашенная литография, 1837 год. Карл Беггеров (hermitagemuseum.org) Царскосельская железная дорога «В 1834 отец и сын Черепановы испытывают первый паровоз, — говорит Татьяна Грикова. — В 1838 году запускается в эксплуатацию Царскосельская «увеселительная» дорога. В 1860-х строится железная дорога от Москвы до Петербурга длиной 650 км. К моменту строительства Транссиба протяженность ж/д путей на территории до Урала — порядка 30 тысяч километров. Транссибирская магистраль протянется от Петербурга до Дальнего Востока почти на 9 тысяч километров. Строили Транссиб участками. В начале стройки весь труд был преимущественно ручной. Грузы для прокладки пути доставляли либо по воде, либо подводами. Других вариантов не было».
Фото Ивана Томашкевича из альбома «Великий путь» Фото Ивана Томашкевича из альбома «Великий путь»
Альбом «Великий путь» Ивана Томашкевича — один из экспонатов музея ТТЖТ Альбом «Великий путь» Ивана Томашкевича — один из экспонатов музея ТТЖТ «Во время Первой мировой войны нагрузка на российские железные дороги возросла, — говорит Татьяна Грикова. — И по ее окончании рельсы начали активно менять. Вот почему старинные рельсы можно встретить где угодно — то из них мост сделают, то подпорки для столба деревянного, то в качестве перекрытий используют. Они ведь быстро не ржавеют, устойчивы к разным внешним воздействиям — долговременно могут служить».
Возможно, именно таким образом рельсы стали подпорками в здании томских арестантских рот (ныне ул. Советская, 47). Само здание построили в 1850-х. С 1920 по 1924 здесь отбывал заключение прадед Станислава Кармакских — Федор Титков. Несколькими годами ранее он служил в полиции, охранял Сталина в нарымской ссылке и писал донесение о его побеге. Бэкграунд сыграл свою роль — коммунисты определили Титкова в «томдомзак» с формулировкой «впредь до окончания гражданской войны». Когда точно в бывшем «томдомзаке» появились рельсы-подпорки, неизвестно. Но точно не раньше 1912-го — один из рельсов имеет клеймо «Демидов НТЗ (Нижнетагильский завод), ХII мца, 1911 года».
Сложнее объяснить использование рельсов в зданиях, которые появились в городе одновременно с приходом в Томск Транссиба. В музее «Следственная тюрьма НКВД» рельс Ural Railway – не результат позднейшего ремонта, а часть оригинальной конструкции.
Рельс URW в здании по ул. Ленина, 44 Рельс URW в здании по ул. Ленина, 44 «Швеллеров тогда не выпускали, — говорит Станислав Кармакских. — А деревянная балка, если ее делать в качестве опоры, например, в подвале, где сырость, быстро сгниет. Поэтому огромное количество подвалов в Томске сделаны с использованием рельсов. Навряд ли их растаскивали со строительства железной дороги. Скорее всего, было некое распоряжение городских властей на этот счет. Возможно, лишние остались. А, может, их сочли некондиционными для нового участка пути».
Балкон с торца здания по ул. Ленина, 42 Балкон с торца здания по ул. Ленина, 42 Рельсу с маркировкой URW на момент строительства церковно-учительской школы (именно для нее было спроектировано здание нынешнего музея на Ленина, 44) был уже 21 год. Ровесники этого рельса поселились по соседству. Фрагменты ж/д путей производства Демидовских заводов — один 1875, другой 1876 года выпуска — подпирают балкон с торца здания по Ленина, 42. Эту любопытную деталь заметил экскурсовод-гид Александр Власенко.
Александр Власенко Александр Власенко
«Для меня это здание — одна из загадок Томска, — говорит Александр Власенко. — Неизвестно точно, когда оно было построено — ориентировочно в начале ХХ века. Не ясно, кто его автор — вроде бы, архитектором был Лыгин, но документов, подтверждающих это, нет. Не сохранилось ни чертежей, ни планов. Известно, что строили по заказу купцов Кухтериных. И сын Евграфа Кухтерина Алексей здесь, на Почтамтской, 37 и проживал. А еще известно — благодаря рекламным объявлениям — что здесь была парикмахерская Франца Свендровского. Относительно всего остального сведения разнятся. Одни считают, что здесь был ресторан. Другие — что торговые ряды, в пользу чего говорят арочные проходы на первом этаже, ныне заложенные кирпичами. Но в путеводителях по Томску того времени Почтамтская, 37 почему-то не упоминалась».
Автор: с сайта nkvd.tomsk.ru Франц Свендровский и реклама его парикмахерской из томской прессы начала ХХ века Автор: с сайта nkvd.tomsk.ru Франц Свендровский и реклама его парикмахерской из томской прессы начала ХХ века
Краеведением Александр серьезно увлекся три года назад. Выучился на гида-экскурсовода. Во время прогулок по городу начал обращать внимание на разные детали — где оконный проем заложен, где кирпичи сбиты, где на них клейма стоят, а где вместо подпорок рельсы использованы. Кейсов с рельсами Александр насчитал немало — доходный дом Некрасовой, ТУСУР, дом офицеров, Второвский пассаж… Где-то снаружи зданий, где-то — внутри. Про рельсы на балконе «кухтеринского» дома ему подсказали сотрудники находящейся здесь художественной школы. Они же рассказали о том, что во время замены окон с фасада, в здании был обнаружен тайник с письмом. Два листа, исписанные с обеих сторон. Речь в них идет о человеке, осужденном в арестантские роты. Дата письма — 6 октября 1849 года. Как и почему это письмо оказалось в здании — загадка. И тема для совсем другой истории.