Вот вам и квота

Единого реестра по всем несовершеннолетним, нуждающимся в неотложной и дорогостоящей медицинской помощи, в пятимиллионном Петербурге нет. Слишком трудоемок процесс сбора и корректировки информации, слишком разобщены измотанные перманентным реформированием звенья сложной цепи, называемой системой здравоохранения города.

– В принципе, такую базу могли бы составить и вести в отделе лечебно-профилактической помощи матерям и детям городского Комитета по здравоохранению, – объясняет главный педиатр северной столицы профессор Лев Эрман. – Для этого нужно регулярно связываться и запрашивать данные во всех детских поликлиниках (а их у нас 72), во всех стационарах городского и федерального подчинения, – но ведь там лечатся не только петербуржцы...
Кроме того, есть дети, и их немало, которые живут в городе на Неве без регистрации, а пациенты частных клиник, как правило, и вовсе выпадают из всех официальных списков. Наряду с этим собственные альтернативные базы имеются в общественных организациях, объединяющих родителей больных ребятишек по тем или иным профилям – рак, гемофилия, сердечно-сосудистые, эндокринные патологии, – но и эти сведения далеко не полны.
Впрочем, пациенты, независимо от возраста, страдающие особенно тяжелыми недугами, в комздраве все же на учете: речь идет о так называемых листах ожидания. Из Министерства здравоохранения и социального развития РФ спускаются квоты, и периодически поступает финансирование, позволяющее оплачивать некоторым больным дорогие операции и процедуры – допустим, пересадку костного мозга.
– Реальная потребность города при этом, конечно, не учитывается, – говорит доктор Эрман, – иначе с чего бы в СМИ появлялись объявления: «Помогите, перечислите 10 (20, 30) тысяч долларов на лечение ребенка...»? А исходя из каких критериев формируются квоты – это вопрос к министру Зурабову.
Справедливости ради надо уточнить, что средства на медицинскую помощь тяжело больным детям (как и взрослым) – это не только пресловутое квотирование. Клиники федерального уровня, как, например, Педиатрическая медицинская академия (в этом вузе Лев Эрман заведует кафедрой), частично финансируются строкой бюджета, небольшая часть их коечного фонда входит в систему ОМС, есть и платные отделения. «Тем не менее даже суммарно это не поток, а скудные ручейки», – подчеркивает профессор, имея в виду деньги.
Вообще, не секрет, что зачастую выделение государственных дотаций в каждом конкретном случае зависит главным образом от напористости мам и пап: поднимается шум, летят письма во все инстанции – полпреду, президенту... Иногда это срабатывает, а стоял ли мальчик или девочка в очереди первым или сотым – уже неважно.

Валерия СТРЕЛЬНИКОВА