Оригинал материала
Грузите инсулин коробками
Вместо лекарства диабетики получили уголовное дело
Расследование самой скандальной в истории отечественного здравоохранения аферы -- о несостоявшемся строительстве в Майкопе первого в России комплекса по производству инсулина -- завершили сотрудники Следственного комитета (СК) при МВД. Как полагают следователи, сорвалась эта нашумевшая в свое время госпрограмма по причине самого откровенного воровства -- большая часть выделенных под нее десятков миллионов долларов бесследно исчезла. Обвиняемыми по делу проходят руководители АО «Российский инсулин» и крупный итальянский предприниматель.Как уверяют в СК, это только начало -- часть дела, где упоминаются известные в 90-х гг. госчиновники, выделена в отдельное производство. Предстоящий процесс сотрудников «Росинсулина» обещает немало скандалов -- в качестве свидетелей вызовут среди прочих замминистра финансов Андрея Петрова, бывшего министра экономики Якова Уринсона, его зама Владимира Коссова, некоторых сотрудников ЦБ, экс-главу экспертного совета при комиссии по инвестиционным конкурсам Александра Шахназарова и почти все руководство Республики Адыгея.
По данным Минздрава, сейчас в России зарегистрировано более 2 млн диабетиков, четверти которых постоянно необходим инсулин. Ежегодно государство тратит на покупку этого препарата 90 млн долларов. Именно вокруг этой до сих пор не разрешенной проблемы и закрутилось все дело.
Еще в 1992 г. президента Адыгеи Аслана Джаримова навестил руководитель научно-производственного объединения центра новых медицинских и специальных технологий (НПО ЦНМиСТ) Николай Анистратенко, предложивший организовать в Майкопе инсулиновый завод. Коммерсант, по данным следствия, представился крупным специалистом в данной области (хотя имел всего лишь среднее образование), предъявил письмо Санкт-Петербургского института высокомолекулярных соединений РАН, упоминал о своих связях в правительстве и Минздраве. Как потом показал г-н Джаримов, ему визитер показался «энергичным кооператором», и он решил проконсультироваться насчет проекта в правительстве, в частности с Виктором Черномырдиным, Александром Шохиным, Олегом Лобовым, Яковом Уринсоном.
В конце концов курировать проект взялись Яков Уринсон (экс-министр экономики), Олег Лобов (экс-глава Совбеза) и Эдуард Нечаев (экс-министр здравоохранения). Именно они приезжали несколько раз в Майкоп и, по свидетельству очевидцев, вначале отнеслись к идее возведения завода скептически. Однако потом чиновники неожиданно поменяли точку зрения, и уже в 1994 г. в ЦНМиСТ (позже он был переименован в ОАО «Российский инсулин») начали поступать бюджетные деньги на строительство. Всего на счета «Росинсулина» в банке «Новация», по данным СК, поступило 20,4 млрд рублей.
В Варшаве, где Анистратенко собирался закупать технологические документы по производству говяжьего инсулина, он познакомился с бизнесменом Эннио Паскуино. После чего «Росинсулин» решил приобретать необходимую документацию не непосредственно у польских ученых, а через зарегистрированную в Монако фирму Setex SAM, принадлежащую новому знакомому Анистратенко -- Паскуино. Между «Росинсулином» и Setex были подписаны необходимые документы, и на счет монакского предприятия в банке Credit Foncier De Monaco ушло 415 тыс. бюджетных долларов. Как выяснили представители СК, на самом деле эта сделка была фиктивной, и никаких технологий никто закупать не собирался. Когда деньги поступили в банк, люди Паскуино их обналичили, часть забрали себе, а другую отправили Анистратенко. Последний же, по версии СК, потом просто подделал акт приемки документации, якобы приобретенной у Setex.
В 1996 г., когда под инсулиновый проект был выделен из бюджета новый транш, по версии следователей, была придумана другая схема хищений. На этот раз «Росинсулин» заключил сразу несколько фиктивных договоров с ИЧП «Ширяев и К» на проведение неких консервационных и строительно-монтажных работ. Вскоре на счета ИЧП в «Югинвестбанке» ушло в общей сложности 497 млн рублей, которые, как считают в СК, тоже осели в карманах руководителей «Росинсулина».
В 1996 г., по данным следователей, Анистратенко попытался получить у государства крупный инвестиционный кредит. Для этого глава «Росинсулина» составил даже бизнес-план под названием «Майкопский завод медицинских препаратов по производству 26 млн флаконов инсулина» и отправил его в Минэкономики. Там проект поначалу завернули, отправив его на доработку. Однако спустя несколько месяцев Анистратенко вновь отправил почти тот же план, только под другим названием, и его сразу одобрили. При этом представители комиссии по инвестиционным конкурсам при Минэкономики даже толком не проверили правдивость заявлений главы ОАО о том, что у него есть необходимые собственные средства (20% от предполагаемой стоимости проекта). На самом деле, как считают в СК, на тот момент у Анистратенко было не более 2% от нужной суммы.
В результате Минэкономики принял решение выдать «Росинсулину» кредит в 41 млрд рублей, а уполномоченным банком при осуществлении этого проекта выступил Росэксимбанк. 26 декабря 1997 г. замминистра финансов Андрей Петров и председатель правления Росэксимбанка Ачкасов подписали соответствующее соглашение, и в тот же день правительство перечислило 15 млрд рублей на счет «Росинсулина».
После этого «Росинсулин» заключил договор с лихтенштейнской фирмой General Precision AG (одним из ее учредителей на тот момент являлся все тот же Эннио Паскуино) на поставку оборудования по выпуску готовых форм инсулина. Под этот контракт деньги конвертировали в 2,5 млн долларов и перевели из Росэксимбанка на счет General Precision AG в Swiss Bank Corporation, после чего их следы затерялись. Так, г-н Паскуино на допросе заявил спецслужбам Монако, что деньги ушли на закупку нескольких технологических линий у женевского предприятия «А.М.Р.П. Хандельс АГ». Глава же этой фирмы, допрошенный по запросу СК швейцарскими следователями, сообщил, что и впрямь отправлял в Москву два агрегата, только предназначались они для производства не инсулина, а картонных коробок, и стоили всего 170 тыс. долларов.
Все эти факты всплыли, когда «Росинсулину» настало время выплачивать проценты по инвестиционному кредиту. Анистратенко не только не смог заплатить хоть какую-либо сумму, но даже отказался предоставить от General Precision AG гарантию возврата перечисленных денег. В результате кредитная линия ОАО была закрыта, а его долг с процентами в 1999 г. пришлось возвращать Росэксимбанку. Одновременно против шести руководителей «Росинсулина» СК возбудил уголовное дело. Среди обвиняемых оказались сам Анистратенко, бывшие исполнительный директор предприятия Александр Нартов, технический директор Владимир Шмелев, финансовый директор Николай Петелин, а также сотрудники Зенона Дыбайло и Евгений Белых. Всем им инкриминируется статья 160 УК (присвоение или растрата).