| Есть шанс поучаствовать в спасении архитектуры Русского Севера Музей архитектуры имени Щусева и Каргопольский музей-заповедник вчера открыли выставку «Небесное воинство». В полуразрушенном и неотапливаемом флигеле Музея архитектуры выставлены огромные расписные потолочные перекрытия из храмов Каргополья XVIII--XIX вв. Если быть точным, сами перекрытия («небеса», как их называли), составляющие единое целое с венцами оседающих и гниющих покинутых деревянных церквей Русского Севера, вывезти, естественно, не удалось. На выставку привезли сохранившиеся доски с иконописными изображениями -- уцелевшие фрагменты «небес».
В экспозиции показаны части расписных перекрытий церквей и часовен из Волосова, Низа, Ловзанги и Большой Шалги. Самые старые из них относятся к первым десятилетиям XVIII века и развивают традиции европейского барокко, а наиболее поздние созданы в первой половине XIX века.
Искусствовед Владимир Седов считает, что главная ценность «небес» в том значении, которое они занимают в цельном ансамбле северорусского храма. Его внутреннее помещение, пишет Седов, низкое, шатры или восьмерики часто отрезаны перекрытием от пространства для молящихся -- для сохранения тепла. Чтобы выстроить духовно возвышенный интерьер, вместо купола византийского храма появилось перекрытие «небом». В вершине «неба» присутствовал Пантократор или Новозаветная Троица, а на гранях свода изображались архангелы, евангелисты, пророки, позднее и целые сюжетные композиции.
Директор Музея архитектуры Давид Саркисян рассказывает, что в свое время каргопольские купцы вместе с городским головой напоили, напарили в бане и щедро одарили мастеров, приехавших проводить железную дорогу, -- откупились. Те отвели дорогу в сторону, и еще долго край оставался заповедным. С давних времен эти земли по берегам реки Онеги считались очень богатыми и имели своеобразный жизненный уклад. Каргопольские купцы торговали железом, солью, мехом, льном. Знаменитые «бутылочные» рыжики поставляли к царскому столу и экспортировали во Францию. Делали зеленое пиво -- из болотных трав и морошки. Речной жемчуг «каргополочка» считался классическим русским стандартом. Не всякая купчиха в Москве могла позволить себе расшитый жемчугом кокошник, а в Каргополье жемчужное шитье было частью народной жизни.
В городе Каргополе -- 12 больших белокаменных храмов. Некоторые были способны вместить до трех тысяч молящихся. Одних часовен в краю было более двухсот, монастырей -- шесть, пустыней -- двенадцать. Из Кожеезерского монастыря, соперничавшего с Соловецким, в Москву когда-то уехал его настоятель, будущий патриарх Никон.
Теперь удаленность и заповедность края ему уже не на благо. Погибают церкви, разрушается традиционный уклад. Памятники Каргополья нуждаются в немедленной консервации, а в дальнейшем в научной реставрации, на которую, как водится, совсем нет денег. «Каргопольский музей располагает замечательным персоналом, но средств у них нет никаких. Наш столичный музей рад бы помочь, да только мы сами находимся в бедственном положении. Все, что мы можем, -- это выставить разрушающиеся северные доски, покрытые росписью и плесенью, в разрушенном корпусе Музея архитектуры. Мы надеемся, что этот акт отчаяния обратит на себя внимание», -- говорит Давид Саркисян.
Так что открывшаяся вчера выставка -- акт отчаяния, последнее средство для привлечения внимания к гибнущему национальному достоянию. Открыт сбор средств для помощи Каргапольскому музею. Ему же пойдет все, что заработает выставка в Москве. Вряд ли это будут большие деньги, но, возможно, найдутся меценаты, которые захотят помочь спасти всю эту разрушающуюся красоту.
Выставка будет работать четыре месяца в режиме платных экскурсий -- в 13, 15 и 17 часов. С группы любого состава за экскурсию возьмут 100 рублей. Глеб МЫШКИН |
